Янтарь на снегу - Оксана Глинина

— Нет вашей вины в том, — продолжила я с новыми силами отстаивать свою простородную честь, — что к диким скачкам через лес я не приучена. У меня только один вопрос: вам меня во дворец нужно целой и здоровой доставить или можно немного подпорченной? Возможно, по частям тоже сойдет?

— Э-э… — Юноша почесал затылок. — Видите ли, всей этой ситуацией руководит лорд Вардас. Это его решение — сделать все спонтанно и тайно. Да и искать вас пришлось очень долго, подключили всех, кого могли, а в итоге все равно к оракулу пришлось за помощью обращаться. Ваши следы пропали в том городке…

— Сунагере, — подтвердила я.

— Да, в нем.

— Но если все было тайно, как вы говорите, и спонтанно, то как вышло, что мы напоролись на любезных патрульных лорда Чаплиса?

— А вот тут-то и оно! — самодовольно заметил Лаугас, придерживая ветку орешника, чтобы та не посягала на мое и без того отхлестанное тело. — Не знаю, должен ли я говорить вам это, но тень падает на все окружение короля.

— И вся эта подковерная чехарда — цена жизни Браггитаса? — не выдержала я. — По-вашему, очень весело, когда большая часть людей осталась там, за лесом? И неизвестно, вернутся ли?

— Вернутся, леди! — наигранно бодро воскликнул мой собеседник. — Мы готовились к самым неожиданным ситуациям. Слово чести!

Верилось в это с трудом.

Захотелось еще раз умыться прохладной водицей — может, хоть это отгонит тяжелые мысли. Но до привала было рукой подать. Господа дознаватели за это время развели костер, что было, несомненно, хорошо. Оставалось только молиться, чтобы нами в этот вечер не пожелали закусить кадуки, лесовики или болотницы. Снова усесться на пень я не решилась, потому как пусть муравьи уже спят, но для моего седалища могут сделать поправку в своем распорядке дня. Решила так: в сторонке постою, подумаю.

Красивая история с королевским сватовством закручивалась не хуже пеньковой веревки, на которой подвешивают у дороги разбойников. Что-то мне подсказывало — не все тут чисто. Неприятной гнильцой пованивало. Как бы мне, если выпадет добраться до дворца, посреди этого королевского цветника не остаться в шипах и удобрении по уши.

— И что теперь будет? — спросила, потому что молчать сил не было.

— Лорда Браггитаса ждать будем, — ответил лохматый. — Без него на ту сторону нельзя.

— А что будет, если лорд… — запнулась, подбирая правильные слова. — Нас, скажем так, не найдет?

— Не беспокойтесь, леди, — очень спокойным тоном, цедя каждое слово, ответил неприветливый дознаватель. — Просто сидите и ждите! Продолжим путь, как только лорд нас нагонит.

— Очень надеюсь, что живым.

— А как же! Он главный дознаватель нашего королевства, — хохотнул бородач. — Вы же не думаете, что его поставили на эту должность за прекрасные глаза и шелковистые волосы!

— Ну что вы! — И кто меня за язык тянул. — Судя по вашему внешнему виду, на королевскую службу следователей принимают не за это.

— Нет конечно же. — Мой собеседник не стушевался, наоборот, ухмыльнулся. В отличие от своих сослуживцев, которые молча наблюдали за нами и не решались вставить слово. — Теперь на службе ценится не только происхождение, но отвага, честь и верность долгу, леди Браггитас.

— Ну, хоть что-то изменилось в лучшую сторону! — У меня получилось вполне искренне.

— Вы многого не знаете. Но, может, это и к лучшему. Чем больше будете узнавать, тем больше станете удивляться.

«А ведь он не из простолюдинов», — подумалось мне. Его речь была слишком хороша для человека с низким происхождением, а вот внешний вид подвел. Такое впечатление, что образование ему дать успели, а привить вкус к хорошему платью и уходу за своей огненной гривой и бородой — нет. Прямо как мне.

Человек Вардаса! Точно! И как мне сразу эта мысль в голову не пришла?

Только при храме простолюдин может получить неплохое образование. Ну или, если говорить о безликих, к ним на службу нередко поступали представители обнищавших дворян, которым некуда было податься. Это касалось тех, кто не чурался служения.

В общем, не знаю, сколько еще я пребывала бы в тяжких раздумьях, но из чащи донеслось глухое всхрапывание, и земля стала подрагивать от тяжелой поступи. Сразу испугалась — показалось, что это лесовики человечину учуяли или кадуки выползли из своих укрытий. Однако, к моей радости, на опушку выехали всадники — наши потерянные сопровождающие. И если сразу я обрадовалась, то потом расстроилась — кони в мыле, наездники в пыли.

— Гинта! — как всегда, с особой любезностью рявкнул мой родственник, поспешно слезая с коня. — Тут твоя помощь нужна!

И как ни в чем не бывало добавил:

— Ты справишься!

В обители нас всегда учили: если наша помощь требуется, надо помогать страждущим. Молодому дознавателю двое помогли спуститься с коня, и в свете костра стало хорошо видно древко арбалетного болта, торчащего из кирасы. Благо что вообще доскакал и не упал с коня. Крови натекло — не с каждого кабана столько выйдет. Сам болт вошел глубоко в плечо и задел кость. Вот уж от души стреляли! Попали бы чуть правее, и моя помощь уже не понадобилась бы.

— А что с людьми Чаплиса? — решила уточнить на всякий случай.

— Винца хлебнули, языками почесали да и разошлись тихо… А что с ними, по-твоему, может быть?! — огрызнулся кузен, что меня вконец обидело. Можно подумать, я сама вызвала его из Дейделиса и заставила тащить меня в такие дебри! Молча проглотила обиду и расстегнула ремешок наплечника.

Плохи дела, конечно. А впереди еще переход через портал, будь он неладен, так раненый может и душу в Навь отпустить, коли из него все силы выйдут в тонкие миры. Большущая мужская ладонь накрыла мою руку. Сквозь мучительную боль мужчина проговорил:

— Нам их… убрать п-пришлось, не обижайтесь, леди…

А рука совсем холодная. Надо скорее его вытягивать.

— Не стоит. — Дознаватель посмотрел на меня так грустно, что душа заплакала. — Вы все силы отдадите… вам самой тогда портал не одолеть…

Может, и не справлюсь, но человеческая жизнь важнее. Если он умрет на моих руках — вина за это ляжет на меня.

Граненый наконечник легко вышел, дав свободу густому бурому потоку. Приложила руку к кровоточащей ране и почувствовала чужую боль, а еще тоску по родному дому и тонкие навьи путы, что проросли к самому сердцу, готовясь отделить от тела искру жизни. Воин был родом не из Латгелии и совсем не дознаватель. Служитель Брексты — человек лорда Вардаса. Значит, из людей Браггитаса здесь только сам Легарт, Лаугас и его друг, с которым он меня обсуждал. Все остальные — безликие. Боль заглушила все остальные ощущения. Ну, еще немного сосредоточиться на ране, и все будет сделано.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Перестаньте думать о прошлом, сосредоточьтесь на своем ранении.

Вокруг было тихо.