Драконья сага. Восхождение Луны - Туи Сазерленд

– Так уж и никто? – Ледяной дракончик махнул блестящим ледяным крылом в сторону перепуганной Луны. – С нами, между прочим, одна из них! Мы же здесь собрались, чтобы понять друг друга, так? Вот и спросим!

Семь пар драконьих глаз, зелёных, янтарных, чёрных, синих и оранжевых, уставились на ночную. В одних светилось любопытство, в других враждебность, но их пристальное внимание было одинаково мучительно, не говоря уже о бурлящей волне чужих мыслей и чувств, которая отзывалась в мозгу раскалывающей болью. Хотелось развернуться и кинуться прочь отсюда, из пещеры и из Яшмовой горы, и не останавливаться до самого дождевого леса.

– Луна тут ни при чём! – вскинулась Кинкажу. – Откуда ей знать? Она выросла одна у нас в лесу, её мать спрятала там своё яйцо! Ночные кормили её теми же сказками, что и всех нас!

Вот настоящая подруга! Сейчас Луна никого из драконов не любила больше, чем маленькую радужную. «Пожалуйста, поверьте ей! – взмолилась она мысленно. – Хватит вопросов!»

«Вот как? – Холод уже не в первый раз взглянул с удивлением, будто Луна вдруг сменила чешую, или даже превратилась из дракона в какую-нибудь обезьяну-ревуна. – Может, и не стоит так уж её ненавидеть? – подумал он, но тут же снова нахмурился. – Всё равно ночная кровь никуда не денется, никому из них нельзя доверять!»

«Ага, – подумал в свою очередь Вихрь, – это кое-что объясняет. Вот почему у неё совсем не такой мерзкий спесивый вид, как обычно у ночных. Интересно, скучает по лесу или рада, что наконец живёт с другими драконами? Наверное, там было очень одиноко… а может, ей это как раз и нравилось, не привыкла ни с кем дружить. Я бы мог с ней дружить… нет, не сразу, надо сначала изучить её как следует…

– Послушайте, – сердито фыркнула Цунами, – какая разница, какие у ночных были способности, если теперь их нет? – Она широко развела крыльями, и солнечные лучи ярко высветили спиральные завитки королевского узора на чешуе. – Теперь всем известно, что ночные мыслей не читают, будущего не видят и не могут никем тайно управлять! Никакие они не таинственные, не всезнающие и не всемогущие, и если кто-нибудь когда-нибудь вам скажет, что вы из какого-то пророчества, скажите, пусть засунет свой хвост себе в глотку! Жаль, что я ничего не знала и не могла сказать это Когтям мира раньше.

«Она уж точно не поверит, – поняла Луна, – ни про голоса в голове, ни про видение, где рушится Яшмовая гора. Решит, что я всё придумываю… и вообще не доверяет ночным, да и вообще не любит слушать ничьих советов.

– Но… – хотел возразить ледяной дракончик, но Цунами продолжить не дала.

– Кто хочет на охоту? – воскликнула она. – Я точно хочу, отличная идея, по-моему… и не спорьте, я тут главная! Вперёд, за мной! – Она прыгнула с утёса, взмахнула крыльями и устремилась в облака.

Сердолика фыркнула.

Похоже, занятия окончены.

Луна не смогла скрыть усмешку. В конечном счёте сбежала не она, а бесстрашная непобедимая Цунами. Однако улыбка тут же померкла: ледяной дракончик вдруг оказался рядом и уставился в упор. Странно синие глаза пронизывали насквозь, словно и впрямь читали мысли, в их подозрительном взгляде гнев смешивался с печалью.

– Холод, оставь её в покое, – забеспокоился Вихрь, вставая рядом с Луной. – Ты же видишь, она не враг нам.

– В Пиррии теперь мир, – поддержал его Карапакс, – врагов больше нет.

«Потому что племена подписали соглашение и признали Тёрн новой Песчаной королевой, – подумал ледяной, – однако не всё можно простить. Бывает такое, что просто нельзя прощать, ночные должны ответить!.. С другой стороны, за ней вины нет… и всё же она из них племени!»

– Говоришь, не знаешь ничего? – прошипел он, расправляя крылья. – Но других ночных ты знаешь и можешь спросить у них – а потом сказать нам!

«Ха, да они скорее вам расскажут, чем мне!» – хмыкнула она про себя и робко выдавила:

– Да, наверное.

– Я хочу знать, что они умеют, – продолжал Холод, – что умели прежде и почему больше не умеют… или всё-таки умеют? Хватит вранья! – грозно рыкнул он. «Пугнуть как следует, и она всё сделает, – шевельнулась мысль, – мама всегда этим пользуется». – Почему вы всё время врёте, а?

– Эй, ледышка, опять горячишься? – фыркнул Вихрь.

– Луна из нашего крылышка! – ощетинилась Кинкажу. – Мы должны поддерживать друг друга!

– А я согласна с ледышкой! – Сердолика вскинула свои мощные красные крылья, так что сидевший рядом земляной дракончик едва успел увернуться. – Если мы собираемся дружить, то никаких больше секретов! Пускай всё узнает и расскажет. – Оранжевые глаза небесной сверкнули, в мыслях зловеще мелькнул образ ночной, зажатой в когтях.

– Я не шучу! – крикнула Цунами, заглядывая на лету в пещеру. – Мы отправляемся на охоту! Сколько можно ждать?

Небесная шагнула к выходу и взмыла в воздух. Охр оглянулся на остальных, думая: «Бедная Луна… но правду узнать всё же хочется», – и прыгнул следом.

– Я как все, – пожал крыльями Карапакс, устремляясь за ним.

Ночная, радужная, песчаный и ледяной продолжали смотреть друг на друга.

«Если надо, буду драться, – деловито размышлял Вихрь. – Он всё время сжимает когти, а значит, рассчитывает на них. Первым делом ударю в плечо, чтобы упредить атаку, но не слишком ранить, а потом оглушу, пока он не дохнул холодом… Интересно, обрадуется Луна, если я за неё подерусь, или больше оценит умение договариваться? С радужной проще, той понравится что угодно, а вот ночная… Сама она не боец, но и особого страха как-то не заметно. Может, и выстоит. Нельзя отступать, когда тебя запугивают!»

С другого бока мелькали мысли радужной: «Как странно, когда нельзя понять его чувств по цвету чешуи – всегда лёд, всегда блестит, красота!.. Стоп, не отвлекаться! Будь ты какой угодно красавчик, но мою новую лучшую подругу не трожь!»

Луна недоумённо моргнула. Новую лучшую подругу – это как? Или у Кинкажу лучшие подруги меняются каждый день? Так или иначе, сейчас пока союзник имеется, пусть случайный и незаслуженный.

– Хорошо, – ответила она, встречая взгляд Холода. Казалось, что вглядываешься в сверкающий горный ледник. – Я попробую, только не пытайся меня запугать. – И, поколебавшись, добавила одно из метких наблюдений, подслушанных в мыслях Вихря: – Ты вовсе не такой уж страшный, каким себя считаешь!

Опешив, ледяной отступил на шаг, в мыслях его царило смятение.

«Вот тебе! – подумала с усмешкой Кинкажу. – Что, съел?»

«Так и знал, что она с характером», – подумал Вихрь.

Холод мысленно зарычал, подавляя невольную симпатию к ночной. Предупреждал же отец: «Все они лжецы! Будь сильным, бдительным и всегда бей первым». Никому нельзя доверять, даже хорошенькой ночной с серебряными чешуйками в уголках глаз!

– Ладно, – проворчал он, – узнай только правду о способностях ночных…

– А ты прекрати на всех рычать! – перебила радужная.