Агентство «Острый нюх». По следам преступлений - Кира Стрельникова

– Ты какая-то напряженная, взвинченная. Вы не поссорились с Женькой? – Ведьма чуть нахмурилась.

– Н-нет. – Я прожевала, вздохнула и решила рассказать Василиске о странном предсказании Рады. – Вот как-то так, Вась. – Я отправила в рот очередную пельмешку. – И Женька дергается ни с того ни с сего, ревность в нем взыграла. – Я не удержалась и фыркнула.

Ведьма задумчиво улыбнулась.

– Ну, я его понимаю, Рожнов видный мужик, – понизив голос, произнесла она. – А ты, Ален, прости, Женьку не любишь, – вдруг заявила решительно Василиса, и я второй раз чуть не выплюнула пельмень.

– А при чем здесь любовь? – Я пожала плечами, покосившись на собеседницу. – Мне с Женькой хорошо, он классный мужик, заботливый, милый очень.

– Но ты его не любишь, – настойчиво повторила Василиса и перестала улыбаться. – Уж извини, Ален, но если по-честному, по-бабьи, Рэм тебе больше подходит, – выдала она, чем ввергла меня в легкий ступор.

– Ва-ась, ты вообще о чем? – Я собрала последней пельмешкой сметану. – Рожнов в мою сторону и не смотрит, что вы, сговорились, что ли? – Внутри поднялось непонятное раздражение, и я отодвинула пустую тарелку, поджав губы. – Я не собираюсь бросать Женьку и за его спиной крутить амуры тоже! Все, тема закрыта. – Признаться, даже пожалела, что рассказала Ваське про Радины предсказания.

– Угу, а видения Рады, между прочим, всегда сбываются, – напомнила Василиса и выразительно посмотрела на меня.

– Ну да, она ведь сказала, что Женька нашел свою судьбу, – вспомнила я расклад цыганки. – А мы вместе живем…

– Ты бы вышла за него замуж? – перебила меня Василиса неожиданным вопросом.

Вот тут я растерялась по-настоящему. Замуж?.. Признаться, не думала никогда об этом, тем более не представляла Лиса в роли мужа. Мы и так живем вместе, и нам хорошо, чего еще надо? Ну и Женька не предлагал, чего уж. Я пожала плечами и отнесла тарелку к раковине.

– Рыжий не звал, – невозмутимо ответила я Василисе. – Нам и так хорошо живется.

– А если позовет? – не отставала Вася, и захотелось ее чем-нибудь стукнуть.

– Василиса! – предупреждающе сказала ей, обернулась и подняла палец. – Давай, мы сами как-нибудь разберемся? Вот как предложит, буду думать. Пока – все хорошо, и менять ничего не собираюсь.

Так получилось, что беседа с Василисой в какой-то мере оказалась пророческой… Но пока к нам приехала наконец Катя, и я провела ее на кухню, где уютнее было вести личные разговоры. Ведьма тоже пошла с нами, пристроилась у стола и первым делом осмотрела палец девушки, все такой же красный и распухший, и горячий к тому же.

– Как ты, милая? – заботливо поинтересовалась Вася, заглянув в лицо грустной Кате.

Она вздохнула, зябко кутаясь в широкий шарф.

– Пока нет кошмаров, но сплю все равно плохо, и постоянно всякие мелкие неприятности случаются, то обожгусь, то порежусь, то сильно ударюсь, – сообщила она. – И ощущение такое странное, будто за мной кто-то наблюдает. – В глазах Кати мелькнул страх. – Постоянно хочется оглядываться.

Я налила чаю и поставила перед гостьей, потом села напротив.

– Кать, а ты что-нибудь знаешь про Валю, прежнюю девушку Николая? – негромко спросила, обхватив свою кружку с чаем ладонями.

– Ну, мы дружили. – Она дернула плечом, и мне показалось, слегка смутилась. – Вам мама Коли про нее сказала, да? – предположила Катя, и я не стала разуверять ее.

– Она тоже умерла, да? – продолжила я расспросы.

– Валя болела сильно. – Катя опустила взгляд и помолчала. – Мне Колька давно нравился, но я не лезла в их отношения и старалась лишний раз не видеться, даже когда Валька звала с ними. Чужих парней не отбиваю. – Она немного криво улыбнулась. – Пыталась даже с другими знакомиться, встречаться. Потом Валя заболела, ее положили в больницу, и я не могла ее там оставить одну, мы еще со школы дружим. – Катя нахмурилась. – Коля тоже часто приходил, мы виделись с ним, и… Ну, так получилось. – Она ссутулилась, отпила из кружки. – Мы ничего Вале не говорили, не хотели ее расстраивать лишний раз, но мы с Колей начали встречаться, еще когда она жива была, где-то за месяц до ее смерти. – Катя снова прерывисто вздохнула. – Никому ничего не говорили, понятное дело, да и после похорон тоже осторожничали, мало ли что. И вот… эта авария. – Она прикусила губу и уткнулась носом в кружку.

Я помолчала. Не буду никого осуждать, ребята молодые, и кто виноват, что парень не захотел до конца быть верным той, которая все равно уйдет. И что мы тогда имеем? Откинувшись на спинку стула, я уставилась перед собой невидящим взглядом, пытаясь понять, что можно извлечь из рассказа Кати, как неожиданно за спиной раздался спокойный голос Рэма:

– Катя, а у Вали родственники остались какие-нибудь?

– Ну да, у нее мать есть, – кивнула девушка. – Про отца она никогда не говорила, и не знаю, знала ли Валька его вообще. Мать у нее суровая, довольно сильная ведьма, я всегда побаивалась ее и старалась лишний раз в гости к Вальке не приходить.

Признаться, я малодушно вздрогнула и едва подавила порыв оглянуться – и как так бесшумно появился! Я даже не заметила, хотя вот как он заговорил, тут же ощутила запах снега и ландышей. Василиса скользнула по мне взглядом и хотя ничего не сказала, наш недавний разговор отчетливо вспыхнул в памяти.

– А где она живет сейчас, не знаешь, случайно? – Рэм подошел ближе и опустился на свободный стул.

– Раньше жила на Парголовской, около Лесотехнической, но вдруг переехала, я не знаю. – Катя пожала плечами. – Последний раз на похоронах Вали ее видела, с тех пор мы не встречались больше.

– Оставьте адрес, Катя, – попросил Рожнов и достал из кармана блокнот с карандашом.

– Думаете, это она? – Брови девушки поднялись, в голосе звучало неподдельное удивление. – Но зачем, господи?..

– Мы пока ничего не думаем, но проверить обязаны все, – успокоил ее Рэм.

Катя написала адрес матери этой Вали, получила от Василисы еще запас мази и ушла. Мы же снова собрались в гостиной.

– И? – Андрей вопросительно уставился на шефа. – Какие результаты?

– Безутешная мать может натворить много дел, особенно если она ведьма, – задумчиво протянул Рэм, вертя в руках блокнот с адресом Татьяны Петровны – так звали родительницу умершей Вали. – На всякий случай надо с ней поговорить.

– Кстати, там в парке есть кладбище, – обронил Андрюха. – Старое, воинское.

Я недоверчиво хмыкнула.

– Убить парня дочери только за то, что он после ее смерти начал встречаться с другой девушкой? Да бред, – покачала головой, с ногами забравшись на диван. – Зачем? Неужели, по ее мнению, он должен был вечно хранить о Вале память? Средневековые какие-то замашки, тебе не кажется? – Я покосилась на Рэма.

– Я предпочитаю проверить все версии, – невозмутимо отозвался Рожнов. – Даже самые невероятные.