Железная королева - Джули Кагава

– Ясень?

– М-мм?

– …я тебя люблю.

Руки его вздрогнули и застыли.

– Знаю, – прошептал он мне, склоняя голову. – Поспи. Я буду рядом.

И с этими словами я уплыла в забытье.

– Здравствуй, любимая, – прошептал Машина, протягивая мне навстречу руки; стальные провода у него за спиной извивались в завораживающем танце. Высокий и элегантный, с длинными серебряными волосами, переливающимися, точно жидкая ртуть, он смотрел на меня, и глаза его были черны как ночь. – Я ждал тебя.

– Машина. – Я поежилась, озираясь в окружающей нас пустоте. Мой голос отдавался эхом отовсюду. Мы были одни в неизмеримой темноте. – Где я? Почему ты здесь? Я думала, что я тебя убила.

Железный король улыбнулся; серебристые волосы вспыхнули в кромешной тьме.

– Тебе не избавиться от меня, Меган Чейз. Мы едины, отныне и навсегда. Ты просто еще этого не приняла. Подойди. – Он знаком подозвал меня к себе. – Подойди, любимая, я покажу тебе.

Я попятилась.

– Прекрати меня так называть! Я не твоя! – Он подплыл еще ближе, я же сделала шаг назад. – Тебе не до́лжно здесь быть! Хватит лезть ко мне в сон! Я люблю другого!

Машина улыбнулся, как ни в чем не бывало.

– Ах да, твой темный принц. Неужели ты в самом деле надеешься сохранить его после того, как поймешь, кто ты на самом деле? Неужели надеешься, что он тебя и после этого захочет?

– Что ты об этом знаешь? Ты всего лишь сон… кошмар, и только!

– Нет, любимая. – Машина покачал головой. – Я – часть тебя, которую ты не в силах принять. И, пока ты будешь меня отрицать, ты никогда не осознаешь свой истинный потенциал. Без меня тебе не одолеть фальшивого короля.

– А я попробую. – Я прищурилась и ткнула в него пальцем. – А теперь уходи. Это мой сон, и тебе тут не рады.

Машина грустно покачал головой.

– Очень хорошо, Меган Чейз. Если ты все же решишь, что я тебе нужен – а так и будет, – я подожду тебя здесь.

– Не утруждайся, – буркнула я и проснулась от собственного голоса.

Я заморгала и приподнялась с подушки. В комнате было темно, однако в круглое окошко мансарды сочился серый свет, и небо уже светлело. Ясеня не было, простыни остыли. Он ушел давно.

Снизу донесся запах бекона, и в животе у меня заурчало. Я поспешила вниз, гадая, кто там хозяйничает в такую рань. Перед глазами возникла картинка: Ясень в белом фартуке жарит оладьи; я истерически хихикнула и вошла на кухню.

Ни Ясеня, ни Пака там не оказалось, зато Грималкин пристроился на углу стола, уставленного едой. Яйца, блинчики, бекон, печенье, фрукты и хлопья покрывали стол ровным слоем, а между ними умостились графины с молоком и апельсиновым соком. Грималкин подмигнул мне и принялся снова болтать лапой в стакане с молоком, а потом облизывать.

– Что это? – с недоумением спросила я. – Это папа приготовил? Или… Ясень?

Грималкин фыркнул.

– Эти двое? Боюсь даже предположить последствия! Нет, обо всем позаботились брауни Лэнанши, а сейчас они убирают твою спальню.

Он уставился на лапу и торопливо слизнул молочно-белые капли.

– А где все?

– Человек еще спит. Плутишка не возвращался, хотя наверняка вскоре объявится, и, возможно, преследуемый всеми окрестными фейри.

– Мне все равно, чем занят Пак. Пусть его хоть тролли сожрут.

Грималкин, ничуть не тронутый моим отпором, невозмутимо облизывал лапу. Я поковыряла омлет на ближайшей ко мне тарелке.

– А Ясень где?

– Зимний принц ушел вчера вечером, пока ты спала, и, разумеется, не сообщил, куда. Несколько минут назад он вернулся.

– Ушел? А теперь он где?

В дверь постучали. В кухню ввалился Пол, шатающийся, точно зомби. На нас он не смотрел.

– Привет, – негромко поздоровалась я.

Пол будто и не слышал. Он взял со стола тост, куснул и побрел восвояси, так и не показав, что заметил мое присутствие.

Аппетит у меня пропал. Грималкин воззрился на стакан с молоком на углу стола и легонько стукнул его лапой.

– Между прочим, – заявил он, пока я хмуро смотрела вслед скрывшемуся за дверью Полу, – твой Зимний принц желает встретиться с тобой за ручьем на поляне, когда ты позавтракаешь. Он дал понять, что это важно.

Я подцепила ломтик бекона и равнодушно куснула.

– Важно? Почему?

– Мне было скучно расспрашивать.

– А как же папа? – Я опять посмотрела на дверь. – Ему тут ничего не угрожает? Его можно оставить одного?

– Ты сегодня утром удивительно тупая. – Грималкин специально опрокинул стакан молока и принялся удовлетворенно наблюдать, как жидкость стекает на пол. – Те же чары, которые не позволяют людям войти внутрь, не дадут ему выйти наружу. Дальше поляны человек не уйдет, даже случайно. Куда бы он ни пошел, он будет возвращаться в то же самое место.

– А если я захочу его отсюда забрать? Не может же он остаться тут навсегда?

– Лучше спрашивай у Лэнанши. Меня это не касается.

Грималкин грузно спрыгнул на пол.

– Когда пойдешь к своему принцу, тарелки оставь прямо здесь, – заявил он, выгнув хвост трубой. – Если сама их помоешь, брауни обидятся и могут даже разбежаться, а это было бы весьма неудобно.

– Ты для этого устроил тут такой бардак? – подколола я, кивая на капающее на пол молоко. – Чтобы брауни забот хватило?

– Разумеется, нет, человек. – Грималкин зевнул. – Просто от скуки.

Кот потрусил прочь из комнаты, а я лишь покачала головой, схватила тост и поспешила на поляну.