Дела эльфийские, проблемы некромантские - Дарья Снежная

Астонарт месяц, 5-е число.

День народной вилейской пляски

— Тим, а почему ты не убиваешь?

— А почему ты не ешь пирожки с печенкой? — поинтересовался в ответ я, запихивая в рот вышеупомянутый пирожок. Полли скривилась:

— Фу! Противно же!

— Ну вот и я поэтому.

Сей бессодержательный разговор происходил в харчевне «Веселый Ткарш’ши»[24]на восточной окраине Квирина, куда мы прибыли неделю назад. Квирин — портовый город, насквозь провонявший рыбой и ромом. Проезжих здесь в три раза больше, чем коренных жителей, и, согласно «Краткому путеводителю по Гремору» Соринэля,[25]в основном это пираты, разбойники, контрабандисты и торговцы (в чем разница между этими четырьмя категориями, я для себя так и не уяснил). Наемникам здесь словно медом намазано и золотом присыпано. Котам, кстати, тоже. Причем как естественным представителям сего животного класса, так и тем, кто позаимствовал этих орущих созданий в качестве эмблемы. Кто знает, может, их одинаково привлекает запах рыбы.

Как выяснилось, Коты разгуливали по Квирину, даже не пряча медальоны. Впоследствии мне сообщили, что испокон веков это их территория и Псы рискуют сунуть сюда нос только за очень большое вознаграждение. Вообще парень, у которого я поинтересовался, как мне найти Кошачью резиденцию, оказался на редкость говорливым и за какую-то четверть вески пути вывалил на меня кучу нужных и ненужных сведений на тему «особенности поведения Кошачьей общины». Собственно, полезные сведения заключались в том, что место сбора Котов в любом крупном городе можно найти по флигелю в виде кошки, годовой членский сбор составляет пятьдесят золотых, а также что в резиденции любой Кот может бесплатно разместиться сроком на неделю, а затем жить еще энное количество времени за минимальную оплату.

Старый Кот, хозяин резиденции, обвел нас внимательным выцветшим взглядом, разместил без единого вопроса, а когда мы спустились к завтраку, доверительно сообщил, что Котам надо решить одну проблему, которая, вероятно, меня заинтересует.

Как оказалось, двое торговцев, находящихся под опекой Котов, что-то смертельно не поделили, и один решил убрать другого. Коты серьезно задумались, каким образом решить данную задачу, не потеряв лицо. Не знаю, почему Старый Кот решил, что я могу им помочь, но, с другой стороны, на то он и Старый Кот. И он совсем не удивился, когда через сутки Патриций Монтус скончался и при этом ни один из родственников не предъявил претензий Котам, хотя все они прекрасно знали, кто покрывает их богатенького «дядюшку». У заказчика отпали все вопросы, как только он получил заляпанный кровью медальон, с которым «покойный» никогда не расставался. Все счастливы, а нам с Полли достался двойной гонорар.

Я до последнего не хотел брать девчонку с собой к торговцу, но после того, как я запер ее в комнате, а она вылезла через окно и догнала меня через несколько саженей, я понял, что сопротивление бессмысленно. А Полли оказалась на удивление небесполезной.

За что получила на леденцы, которыми и хрумкала весь день. Вот уж не думал, что леденцы грызут, а не лижут.

Почему именно Квирин?

Из Эскалиола пришлось удирать, как зайцу, петляя и прижимая уши, я справедливо опасался, что заказчик не оценит той шутки, которую с ним сыграли мы с деканом Фелем.

Помотавшись по деревням без особого заработка, я решил, что ближайший город, в котором легко затеряться, — самый крупный греморский порт. К тому же его предпочитают объезжать стороной все светлые эльфы и большинство темных.

— Но ты же не сможешь всегда всех обманывать. А вдруг когда-нибудь правда раскроется? Тогда тебе будут мстить, — продолжала допытываться демоница.

— Pollie, я что-то не пойму, ты это к чему? Хочешь, чтобы я стал убийцей? — Я поднял брови и одарил девчонку недоуменным взглядом.

— Нет! — Она вскинула на меня серебристые глаза, а для убедительности еще и отрицательно помотала головой. — Просто… я за тебя волнуюсь.

Волнуется! Она за меня! О, боги…

Я по привычке фыркнул, а потом поинтересовался, осознав вдруг, что так до сих пор и не удосужился задать этот вопрос нежданной спутнице:

— Pollie, а где твои родители? Брат?

Девчонка опустила голову, пряча взгляд под челкой. Понятно.

— Tərein, не хочешь — не говори. — Я пожал плечами. — Только ты не подумай, что я это спросил, чтобы тебя куда-то там вернуть, дело в том, что…

Я не договорил, потому что дверь в харчевню распахнулась, и вошли двое. Allanei! Упоминая про большинство темных, предпочитающих не заглядывать в Квирин, я, кажется, не учел меньшинство.

Поспешно накинув капюшон и заработав озадаченный взгляд Полли, я догрыз пирожок, чтобы добро не пропадало, и, кинув хозяину монету, направился к выходу. Эльфы, кажется, не обратили на меня внимания. Но надо же было сынишке хозяина додуматься кинуть огрызком яблока в одного из посетителей! Тот взревел, словно в него нож всадили, вскочил, локтем пихнув меня в живот. Почти. Я отскочил на пару шагов и почувствовал, как с меня сползает капюшон. И встретился взглядом с темно-оранжевыми глазами сородичей.

— Dan’elle! — ахнул один из них. — Та…

Я не стал дожидаться, чего он еще ляпнет, схватил Полли за руку и вылетел из харчевни, словно за мной гналась стая хриссов. Оглянувшись, я убедился, что стая или не стая, но парочка решительно настроенных темных определенно наличествует. Я прибавил ходу, Полли летела за мной, через раз касаясь земли.

— Что случилось?! — крикнула она, когда я начал петлять по переулкам. Сородичи, как заправские гончие, упорно не хотели сбиваться со следа.