Адские механизмы. Книга 3. Механическая принцесса. - Кассандра Клэр

- Уилл...

- Я поеду к Уайтчепел, - сказал Уилл, - этой ночью. И привезу весь инь фэн, что есть, весь, что может тебе понадобится.

Джем покачал головой.

- Я не могу просить тебя делать что-либо, что идет вразрез с твоей совестью.

- Моя совесть... - прошептал Уилл, - Ты - моя совесть. И всегда ею был, Джеймс Карстаирс. Я сделаю это для тебя, но прежде возьму одно обещание.

- Какого рода обещание?

- Несколько лет назад ты попросил меня прекратить поиски лекарства для тебя, - сказал Уилл, - я хочу, чтобы ты освободил меня от этой просьбы. Освободи меня, чтобы хотя бы посмотреть. Освободи для поисков.

Джем посмотрел на него с некоторым удивлением.

- Что ж, когда я думаю, что прекрасно знаю тебя, ты снова меня удивляешь. Да, я освобожу тебя. Ищи. Делай, что должен. Я не могу сдерживать твои лучшие намерения - это будет только жестокостью - и если бы был на твоем месте, я сделал бы то же самое. Но ты знаешь это, не так ли?

- Знаю, - Уилл сделал шаг вперед. Он положил руки на плечи Джема, чувствуя их угловатость под своими ладонями, кости, как птичьи крылья.

- Это не пустые обещания, Джеймс. Поверь, нет никого, кто знал бы лучше, чем я, боль ложных надежд. Я буду искать. Если и есть что-то, что можно найти, я найду это. Но до тех пор, твоя жизнь принадлежит тебе и как ее прожить выбирай сам.

Невероятно, но Джем улыбнулся.

- Я знаю, - сказал он, - но очень любезно с твоей стороны напомнить это.

- Я ничто, если не сама любезность, - сказал Уилл. Его глаза изучали лицо Джема, знакомое, как свое собственное. - И проясним. Ты не оставишь меня. Не пока я жив.

Глаза Джема расширились, но он ничего не сказал. Нечего было говорить. Уилл опустил руки с плеч своего парабатая и повернулся к двери.

Сесилия стояла там же, где и днем раньше с ножом в правой руке. Она подняла его до уровня глаз и затем выпустила нож, позволяя ему лететь к цели. Он застрял в стене, в непосредственной близости от нарисованного круга.

Разговор с Тессой не успокоил ее нервы, а наоборот сделал хуже; она вдохнула, выбрасывая из головы огорчение из-за Тессы, которая заставила ее чувствовать себя едкой и тревожной. Как бы она не злилась на Уилла, она не могла понять, но чувствовала, что Тесса беспокоилась за него всем сердцем, и Сесилия хотела понять из-за чего. Как она могла защитить своего брата, когда не знала от чего его нужно защищать?

Извлеча нож, она подняла его до уровня плеч и вновь бросила. На сей раз он застрял еще дальше от круга, что заставило ее гневно вздохнуть.

- Uffern nef! - пробормотала она на валлийском языке. Ее мать была бы в ужасе, но ее здесь нет.

-Пять, - сказал протяжно голос из коридора.

Сесилия обернулась. В дверном проеме появилась тень, которая по мере приближения оказалась Габриелем Лайтвудом, со своими растрепанными каштановыми волосами и острыми зелеными, как стекло, глазами. Он был высоким как Уилл, возможно даже выше, и крупнее, чем его брат.

-Я не понимаю, что вы имеете ввиду, мистер Лайтвуд.

-Ваш бросок, - сказал он, элегантно вытягивая руку.

-Я оцениваю его в пять очков. Мастерство и технику, возможно, следует доработать, но у вас есть природный талант. Если что тебе и надо, так это практика.

-Уилл обучал меня, - сказала она, когда он подошел ближе.

Уголок его рта немного скривился.

-Как я и сказал.

-Я полагаю, ты можешь лучше.

Он сделал паузу и выдернул нож из стены. Тот сверкал, пока Габриель вращал его меж своих пальцев.

- Могу, - сказал он, - Я прошел подготовку у лучших и так же тренировал мисс Коллинз и мисс Грей...

-Я слышала. Пока вам не стало скучно. Возможно, и не обязательно было искать наставника. - Сесилия сохраняла голос холодным; она помнила прикосновение Габриеля, когда он помог ей подняться на ноги в доме Лайтвудов, но она знала, что Уиллу он не нравился, и сохраняла в своем голосе самодовольство.

Габриель прикоснулся кончиком пальца к острию ножа. Кровь скатилась к лезвию красной бусинкой. У него были мозоли на пальцах, а тыльная сторона ладони оказалась спрыснута веснушками.

- Вы сменили снаряжение.

- Оно было покрыто кровью и ихором, - она взглянула на него, осмотрев сверху до низу, - А вы, я так понимаю, нет.

На мгновение его лицо странно изменилось. Это выражение тут же исчезло, но она видела, как брат скрывает эмоции достаточное количество раз, чтобы распознать эти признаки.

- Здесь нет ничего из моей одежды, - сказал он, - и я не знаю, где буду жить. Я мог бы вернуться в одну из резиденций семьи, но...

- Вы думаете остаться в Институте? - удивленно сказала Сесилия, прочитав это на его лице, - Что скажет Шарлотта?

- Она позволит, - лицо Габриеля быстро изменилось. Оно больше не выражало уязвимости, лишь твердость, показанную ранее.

- Здесь мой брат.

- Да, - сказала Сесилия, - как и мой.

На мгновение Габриель остановился, почти как если бы этого с ним и вовсе не происходило.

- Уилл, - сказал он, - Вы очень похожи на него. Это... нервирует.

Он покачал головой, словно бы стряхивая с нее паутину.

- Я только что видел вашего брата, - сказал Габриель, - Стучащего кулаком по крыльцу Института, будто его преследуют Четверо Всадников. Я не думаю, что Вы знаете, к чему это?

Цель. Сердце Сесилии подпрыгнуло. Она выхватила нож из рук Габриеля, не обращая внимания на испуганный возглас.

- Вовсе нет, - сказала она, - но я намерена это выяснить.

В то время как в части Сити Лондона рабочий день подходил к концу, в Ист Энде жизнь только пробуждалась. Уилл шел по улице вдоль линии киосков, продающих подержанную одежду и обувь. Тряпичники и точильщики ножей, тащили свои телеги через переулки, предлагая свои товары хриплыми голосами.

Мясники развалились в дверных проемах, их фартуки были забрызганы кровью, туши животных виднелись сквозь окна ларька. Женщины, развешивающие белье, окликали друг друга через всю улицу, перекрикивая всех сквозь звон колоколов, у них был сильный акцент, возможно они были русскими, насколько Уилл мог догадываться.

Начался мелкий дождь, и намочил волосы Уилла в то время, как он вышел за поворот около табачной, и пошел по узкой улице. Он видел шпиль шпиль церкви Уайтчапел издалека.

Тени сгущались, туман был густой и мягкий, пахло железом и мусором. По центру улицы шла узкая сточная канава, заполненная неприятно пахнущей водой. Впереди виднелась дверь, над которой висела газовая лампа, покачивающаяся из стороны в сторону. Когда он дошел до двери, он нырнул в нее и вытянул руку.