Когда зацветет абелия - Ирина Лакина

– Мой выбор – герцог Альба.

Филипп смерил меня презрительным взглядом, в котором я разглядела угрозу. Чувство опасности вновь заполнило меня, заставив съежиться, точно загнанного зверька.

– Браво! – захлопала в ладоши королевская тетка, искренне радуясь моему решению.

– Графиня, я весьма польщен! – Альваро склонился передо мной, а затем подставил мне руку. – Вы осчастливили меня!

Мне ничего не оставалось, как, стиснув зубы, взять его под руку.

– Не смейте думать, что я пополню ряды вашего гарема, – прошипела я ему на ухо, натянув на лицо дежурную улыбку.

– Я бы не посмел, – с сарказмом ответил он. Но моя интуиция подсказывала, что именно это герцог и собирался мне предложить.

Опять все пошло не по плану. Я злилась и на себя, и на папеньку, и на старика Вильенсо, и особенно – на герцога, лицо которого наверняка украсила самодовольная улыбка победителя, которую он скрывал под бархатной маской.

Хотя, признаться честно, находиться в такой волнительной близости от него было весьма приятно. Я сама не могла объяснить, почему его присутствие приносило мне радость. Когда я почувствовала тепло, исходившее от его тела, меня словно пронзил электрический разряд. С недоумением я узнавала симптомы возбуждения, охватившие меня. Внизу живота началась мучительная пульсация, в груди покалывало, а во рту пересохло. Я слегка повернула голову и остановила свой взгляд на его губах, которые виднелись в прорези на маске. Не было совершенно никакого логичного объяснения тому, что творилось у меня внутри, но я еле сдержала себя, чтобы не впиться в эти губы поцелуем.

«Наваждение… колдовство… самообман… сон…» – перебирала я мысленно все возможные причины этих чувств. Ничего не помогало. Я в одно и то же мгновение хотела бежать от него как можно дальше и прижаться к его загадочной фигуре, чтобы услышать, как бьется его сердце.

– Что ж, – ехидно буркнул Филипп, – мне остается только поздравить молодых! Я обещал вам сдержать свое слово, герцог, и я сдержу его. Графиня отныне принадлежит вам. Но не забудьте прислать мне приглашение на вашу свадьбу.

Чувствовалось, что он из последних сил старается сохранить свое достоинство, но его напряженное лицо говорило о кровной обиде. В эту секунду я поняла – так просто эта история не сойдет герцогу с рук. И дело не в том, что его величество лишился невесты, а в том, что он проиграл Альваро. Проиграл, как мне показалось, далеко не в первый раз. И, наверное, не в последний.

– Безусловно, – ответил герцог, вновь согнувшись перед королем в любезном поклоне. – А теперь, если вы позволите, мы покинем вас.

– Удачной дороги, – сквозь зубы пожелал Филипп, а затем демонстративно отвернулся, чтобы показать нам высшую степень своего презрения.

Мы покидали двор, а мне все не верилось, что я смогла избежать свадьбы. В голове, точно диафильм, крутились воспоминания. Как яркие вспышки возникали лица, слова, эмоции. Неужели это все действительно произошло со мной?

Я ущипнула себя за запястье и сморщилась от боли. Если это сон – то весьма реалистичный.

Моя нога коснулась последней ступеньки лестницы, когда за спиной раздался голос моего папеньки:

– Федерика! Моя Фике!

Мы остановились и посмотрели назад. Граф Конте семенил за нами, смахивая со лба пот.

– Я хотел пожелать вам счастья, – промямлил он, когда поравнялся с нами, – и напомнить тебе, моя дорогая бесценная дочь, чтобы ты не забывала о своем старике и родном имении, когда станешь герцогиней Альба… Эти налоги совсем лишили меня сна.

Я ухмыльнулась. Конечно. Зачем еще он будет меня догонять? Уж явно не для того, чтобы дать свое отцовское благословение. Старик вовремя сориентировался – понял, что с королем породниться не удастся, и решил, что я позволю ему поживиться из кормушки герцога.

– Вам ведь все равно, какая судьба меня ждет, не так ли? – спросила я в лоб.

– Что? – опешил граф.

– Вас интересуют только деньги, граф. Вы не искали меня, а когда нашли, решили тут же выгодно продать. Сделка с королем сорвалась, и вы сразу переключились на герцога и его казну. Мне стыдно за вас. В вас не осталось ни капли дворянского достоинства и отцовской любви.

– Возьмите. – Альваро достал из кармана толстый кошелек и подбросил его в воздух. Папаша с удивительной ловкостью поймал его, даже не подумав ответить что-то в свое оправдание.

– Надеюсь, мы больше никогда не увидимся, дорогой папенька, – бросила я напоследок.

Согнувшись в три погибели, старый граф начал пятиться назад, прижимая к груди заветный кошелек. Жалкое и омерзительное зрелище. Не знаю почему, но на глаза вдруг навернулись слезы. Хорошо, что я не его родная дочь.

– Вам не стоило этого делать, – сказала я, когда мы подошли к коню герцога, который был привязан к дереву неподалеку от парадного входа.

– Я сделал это ради спасения вашего имения, графиня, – ответил Альваро, отвязывая животное, – оно находится на скалистом берегу. Мой опыт и знания подсказывают мне, что в недрах есть драгоценные металлы и камни. Однажды это все перейдет к вам по наследству. Ради этого его стоит сохранить. Пусть граф заплатит долги и спасет земли от конфискации.

– Вы чересчур самоуверенны, герцог. Если я выбрала вас, это вовсе не означает, что я выйду за вас замуж. Ваши надежды на получение моего наследства весьма призрачны.

– Разве я сделал вам предложение? – Он вдруг перестал возиться с уздечкой и хитро посмотрел на меня. – Меня не интересует графство Конте. Я решил сохранить его для вас. Воспринимайте это как дружеский жест доброй воли.

Меня передернуло от его наглости. Что значит, он не делал мне предложения? За каким чертом он тогда меня выиграл? Зачем ему это было нужно? И как понимать его слова? Он что, решил держать меня при себе в качестве четвертой гаремной гурии?! Ну уж нет!

Возмущение переполняло меня. Руки чесались вцепиться ему в шею и хорошенько сдавить ее, чтобы из его рта начал вырываться хрип висельника.

– Да как вы смеете? Вы не можете так играть с моим достоинством! Я вам не вещь!

– Вы выбрали меня только потому, что Вильенсо спутал ваши карты. Думаете, я не прочел в ваших глазах решение, которое, как вы думали, одурачит всех? Он буквально снял у вас с языка идею о монастыре. Я заметил, как вы разозлились, когда он сказал это. Разозлились не потому, что он посмел говорить за вас, а потому, что испортил ваш план. Поверьте, это легко читается по мимике, по глазам. Я достаточно хорошо знаю людские натуры, чтобы говорить так уверенно. Если бы вы выбрали меня сердцем, сейчас я стоял бы перед вами на коленях и молил стать моей женой. Но… – он развел руки в стороны, – увы. Я могу выиграть вас у короля, но не могу заполучить ваше сердце. А если ваше сердце не принадлежит мне – вы мне тоже не нужны.

Вот это поворот! Он что, решил провести для меня сеанс психологической помощи? Я открыла от удивления рот и лишь моргала ресницами, не в силах вымолвить ни слова.