Красотки и оборотни - Виктор Ночкин

Городская казна охранялась ливдинскими стражниками, сослуживцами Лысого. Томен отметил про себя, что разделение обязанностей между красно-желтыми имперскими солдатами и местными стражниками пролегает по, так сказать, весьма причудливой ломаной линии. Видимо, юный граф поручал солдатам с галер только менее ответственные посты вроде входа в Большой Дом, миновать который, скорее всего, было несложно, тогда как охрана казны — серьезное дело… Да и вообще, чувствовалось, что порядок в городе при новом правителе еще не установился как следует.

Лысый проводил колдуна в подвал к казначею, где Великолепному отсчитали десять келатов — в основном мелкими монетами. Томен не возражал, все равно он намеревался значительную часть полученной суммы истратить немедленно на экипировку и снаряжение — какая разница, какой монетой платить? Да если говорить откровенно, ему нечасто доводилось не то что держать в руках — даже видеть столько денег сразу… На этом дела в Большом Доме были окончены, и троица направилась к выходу.

Удалившись от охраняемых солдатами дверей Большого Дома — так чтобы не привлекать ничьего внимания, — Лысый остановился и заявил:

— Ну, здесь мы разбежимся. Я домой. — Тон стражника был довольно-таки многозначительным.

Колдун вопросительно поглядел на Лысого.

— Денег ему дай, — пихнул приятеля в бок Лотрик, — не жмись. И мне бы тоже подкинул маленько.

— А… — Томен беспрекословно отсчитал два келата и протянул стражнику, — но мне потребуется помощь.

— Само собой! — Получив монеты, сержант стал куда любезнее. — Только я ж дома две недели не был! Должен я своим хоть на глаза-то показаться?

— Ну… — маг задумался, — вообще-то, конечно… Но мне с ограбленными поговорить надо… И на постоялом дворе тоже…

— А что — на постоялом дворе? Без меня не оправишься, что ли?

— Я хочу снять ту же комнату, что и Дудочка. Или хотя бы оглядеть ее повнимательнее. Когда убивают сильного мага, должны остаться следы, приметы… Ведь как-то его застали врасплох — и мне нехудо бы вызнать, как именно это произошло.

Томен сам не знал, с чего ему взбрело в голову Сниматься еще и постоялым двором, но мысль показалась заслуживающей внимания.

— Ну ладно, — с некоторой неохотой кивнул сержант. — Тогда двинем сейчас в тюрягу нашу городскую. Там я к вам кого-нибудь из своих парней приставлю, он все остальное и покажет. А мне лучше рядом с тобой, колдун, не крутиться, если ты решил действовать втайне. Слишком многие слыхали, зачем я уезжал. Ох, не знаю я, чего у тебя выйдет… Ладно, пойдем!

Сержант уверенно зашагал в нужную сторону, Томен пристроился за ним. Лотрик, сопя и бормоча что-то, зашагал следом. Минутой позже он, видимо, решившись, подергал Томена за рукав:

— Слышь, Пекондор, а мне что — ничего сегодня не обломится?

— Погоди, — отмахнулся маг, — твоя доля никуда не денется. Получишь потом. Сейчас мне нужно о деле подумать.

— Ну… А когда ж?..

— Погоди, говорю! Может, вечером… Ты ж все равно со мной будешь.

— Нет, брось! Мне еще товар распродать.

— Ладно, ступай тогда, — решил Томен. — Занимайся делами. Пока что я со стражниками займусь, так без тебя смогу обойтись. Вечером приду к тебе на «Одаду», поговорим.

— Пришли! — объявил сержант.

Они остановились перед мрачным зданием городской тюрьмы. Лотрик что-то неразборчиво буркнул на прощание и поспешил удалиться — похоже, даже вид тюрьмы вызывал у бравого шкипера неприязнь. Зато Лысый чувствовал себя куда увереннее, чем в доме Совета. Здесь не было красно-желтых, только ливдинские стражники, так что сержант приободрился.

— Эй, Червяк! — поманил он пальцем одного из стражников, скучавших у входа. — Иди сюда!

— С возвращением! — фальшиво улыбаясь, поприветствовал начальника неприятный тощий стражник. — Как поездка, мастер сержант? Удачно?

— Удачно, удачно… Вот этот почтенный мастер желает знать все о наших грабителях, Гангмар их забери. Расскажешь ему все, что спросит. Еще с ограбленными он желает побеседовать. Будешь делать все, что скажет. Понял?.. Ну а я домой…

— Поклон почтеннейшей супруге вашей, мастер сержант, — крикнул вслед Лысому стражник. Тот не отреагировал.

* * *

— Так что же, осмелюсь спросить, почтенный мастер, — осклабился Червяк, — вы и будете тот самый маг?

— Тот самый? — переспросил Томен. Стражник ему не понравился.

— Сержант уехал за магом. Теперь вернулся с вами, мастер.

— Маг приедет завтра или послезавтра, — соврал маг, сам себе удивляясь. Ложь вышла экспромтом. — Я его помощник.

— А, ученик, — все так же подобострастно закивал стражник.

— Не ученик, а помощник!

Последнюю фразу Томен произнес строгим тоном. Обычно стражники в больших городах — народ наглый и с приезжими держат себя грубо. Заискивающая манера этого Червяка выглядела непривычно, а потому — подозрительно. Хотя, конечно, странное поведение стражника можно было списать на то, что ему велел Лысый… Но Томену списывать почему-то не хотелось. Поэтому он решил на всякий случай сразу же наметить дистанцию между собой и ливдинским стражем порядка.

— Ученики капюшоны носят, — заявил Томен, — разве ты не знаешь? А я — помощник. Ну, вроде компаньон. Младший.

— Как вам угодно, мастер. С чего желаете начать?

— С темниц. Есть там кто-нибудь?

Червяк развел руками:

— Интересного никого нет. Все знакомые рожи — наши, ливдинские. Желаете взглянуть?

Томен желал. Кто знает, какие сведения окажутся полезными? Но осмотр тюрьмы не дал магу совершенно ничего, никаких зацепок. Несколько оборванцев, занимавших общую камеру, были ему отрекомендованы как местные, давно известные мелкие воришки. Они находились в тюрьме до тех пор, пока их не выкупят на волю товарищи. Обычная практика. На всякий случай Томен заглянул в камеру и осмотрел отдельные «номера», предназначенные для более опасных преступников… Наконец, колдун заявил сопровождавшему его Червяку: