Артания - Юрий Никитин

Щажард помолчал, сказал осторожно:

– Еще три дня… Он может вернуться. Янкерд отмахнулся.

– Чепуха!

Щажард сделал долгий глоток, тяжелые набрякшие векиопустились, он некоторое время прислушивался к ощущениям. Янкерд выпилсодержимое своего кубка в несколько быстрых торопливых глотков, не отрываясь.Щажард поморщился, когда Янкерд со стуком опустил кубок на столешницу.

– К тому же, – сказал он в сомнении, – Тулейне захочет нарушить слово.

– Тулей?

– Ну да, Тулей. А что? Слишком многие знают о подвигахэтого варвара. О нем поют песни… такого еще не было, чтобы пели и его песни,что он сложил, и о нем самом! Варвар-певец, надо же такую нелепость… Но еслинаши соотечественники любой обман по адресу артанина примут как военнуюхитрость, то артане придут в ярость… Так что Тулей будет ждать до последнегодня.

Янкерд прямо взглянул в глаза первого после Тулея человека вКуявии, сказал размеренно:

– Уверяю вас… вы же государственный человек!.. варварне вернется.

В голосе было столько твердой убежденности, что Щажарднасторожился.

– Почему так думаете, дорогой друг?

Янкерд заколебался, хотелось сказать правду, этот хитрый ижестокий бер будет уважать по-настоящему, уважать и побаиваться, но плох тотинтриган, который дает прямые ответы, и Янкерд ответил очень-очень скромно:

– Да так… я мог бы сослаться на чутье. Просто чутье…Щажард внимательно посмотрел в его торжествующее лицо.

– Ах, не просто чутье…

– Да-да, – подтвердил Янкерд и тоже посмотрел емув глаза, холодновато и оценивающе, знай меня, старик, и таким, – не просточутье.

– Чутье, – повторил Щажард, он растягивал слова,заметно было, что чуть растерян, пытается быстро найти единственно правильнуюдорожку, все приближенные к тцару ходят по лезвию ножа, а слухи о привольной ибеспечной жизни придворных беров – сказка. Жизнь их привольна, но совсем небеспечна. – Я понимаю, что чутье… чутье у вас должно быть, как у орла надичь! Только чутье могло помочь найти верный путь от храброго вожака мелкогоплемени южан до знатного князя!

Он говорил, сыпал комплименты, Янкерд смотрел оценивающе,уже расправил плечи, смотрел сверху вниз, а Щажард прогибался все ниже. Онпонял, принял, уже в позе пьющего оленя. Значит, уже видит его на троне.

– Начинаем готовить свадьбу, – велелЯнкерд. – Скажу вам, как самому близкому к трону человеку: варвар невернется. Я посылал с ним двух верных людей… Увы, один из них погиб, сорвавшисьвместе с варваром в ту бездну… Вы же знаете, что такое Небесное Плато! Есливерхний край этой плиты чуточку не достает до неба, то нижний находится чуть лине в аду.

Щажард помолчал, спросил осторожно:

– А варвар… погиб?

– Он упал с края обрыва, – ответил Янкерд. –С такой высоты пока долетишь, можно состариться. Я не думаю, что от негоосталось даже мокрое пятно.

Тулей возлежал на широком ложе, подложил кучу подушек подбок и голову. Перед ложем на коленях стояла полуголая девушка с подносом вруках, в зале под тихую музыку медленно плясали юные танцовщицы, Тулейрассеянно отщипывал крупные виноградины.

Слуга ввел Щажарда и Янкерда, бесшумно удалился, плотнозакрыв за собой дверь. Щажард некоторое время стоял в неподвижности, ожидая,пока тцар изволит заметить обоих, наконец решился кашлянуть, сделал робкийшажок вперед.

– Ваше Величество…

Тулей окинул обоих брезгливым взором, губы скривились внедовольной гримасе.

– Ну что у вас?.. После тяжелого дня еще и ваши рожи…

Щажард торопливо поклонился.

– Зато у нас рожи совсем не тяжелые!

– Зато веселые, – добавил Янкерд. – Глядя натакие рожи…

– …будто уксусу хлебнул, – закончил Тулей. –Ну что у вас? Предупреждаю, дури я за день уже наслушался. Вволю.

Он не кивнул им на сиденье, что значит, долгих бесед нежелал, потому Щажард сказал быстро и коротко:

– Мы только на минутку. Благородный Янкерд уверен, чтопора начинать подготовку к свадьбе. Я поддерживаю его мнение. Союз смогущественным бером, князем и властелином богатейшей Нижней Куявии – разве нето, что нужнее всего Вашему Величеству? А значит, нашей любимой Куявии?

Тулей посмотрел исподлобья. Жестом велел служанке оставитьподнос с виноградом, а самой убираться из покоев. Девушка подхватилась и сявным облегчением исчезла, словно испарилась.

– Я дал ему сроку месяц, – обронил он. –Прошло только три недели.

– Из лесов Славии не возвращаются, – сказалЩажард.

Он покосился на Янкерда, тот понял, сказал с поклоном:

– К тому же варвар отправился прямо к НебесномуРазлому. Еще ни одному не удавалось спуститься с этого разлома. Тулейпроворчал:

– Осталась неделя.

– Он не вернется. – сказал Янкерд. – Осмелюсьнапомнить, осталось три дня. Если считать и сегодняшний, то четыре.

– А если вернется?

Янкерд сказал медленно, со значением:

– Он не вернется.

Тулей надолго задержал кубок возле губ. Глаза из-поднависших бровей бросили острый и очень жесткий взгляд на Янкерда, на Щажарда,снова вернулись к Янкерду. Тот уверенно взглянул в его напряженное лицо, глазане отвел, хотя Тулей буквально прожигал его взглядом.

– Вот как, – сказал Тулей медленно. – Воткак… Гм, иногда жалею, что я тцар не Артании… Тогда все было бы просто. Ониочень простой народ. И честный.

Щажард хмыкнул, пожал плечами.

– Очень честный.

– Даже чересчур, – добавил Янкерд. – Такиедолго не живут.

Тулей молчал долго. Музыканты приглушили музыку, танцовщицынезаметно исчезли, а за ними неслышно ушли музыканты.

– Через неделю, – ответил Тулей неожиданно. –Ладно, через четыре дня.

Щажард видел, как Янкерд за эти четыре дня почернел.Могущественный бер чувствовал себя оскорбленным, тцар должен был тут женазначить свадьбу. Во-первых, слово бера, что опасный соперник уже больше непоявится в этих покоях и палатах, во-вторых, что значило быть предельно честнымс каким-то дикарем, когда вот он, союз с сильнейшим из правителей Куявии? Дажевеликий тцар нуждается в постоянной поддержке наместников удаленных земель,ведь у них, помимо своих законов, есть и свои армии. И – не слабенькие!..

Сам Щажард видел, что появление отважного артанина не прошлобесследно для Куябы. О нем говорят, его песни распевают по улицам, насчет егосудьбы заключают пари, его возвращения ждут. С удивлением он убедился, чтознают не только день и час, когда он должен вернуться, но и подробности ихдоговора с Тулеем. Насчет Итании мнения разделились, многие не хотели отдаватьее за артанина. однако Щажард был поражен, как еще больше народа считают, чтоартанин уже завоевал прекрасную принцессу и что по справедливости она ужепринадлежит ему.