Война с демонами. Книга 5. Королева демонов - Питер Бретт

– Неужели урожай важнее жизни гроувчан? – Раген знал, что для многих придворных, которые вложились в Гроув, урожай таки важнее, но, как он и предположил, никто не посмел выразить вслух столь бессердечную мысль. – До новолуния остались считаные дни. Если подземникам понадобится стянуться под городские стены, они не оставят Гроув в стороне. Мы должны эвакуироваться.

– Вздор, – сказал Брайн. – Гроув пережил тысячу новолуний. Там сильные метки.

– Не такие сильные, как на полустанках его светлости, – возразил Раген. – У Горных Копий не было ни женщин, ни детей, они не защищали посевы, однако не выстояли. На что надеяться гроувчанам?

– На что надеяться нам всем, если мы откажемся от заготовки продовольствия на зиму? – спросил Брайн. – И кто их примет? В Гроуве живет более пятисот душ, новограф. Ты заберешь их в Утреннее графство?

Треша скрестила руки, и Раген понял, что не в его власти пообещать подобное, но Элисса выступила вперед и ущипнула мать.

Графиня Треша секунду смотрела на дочь, затем таким же сумрачным взглядом окинула зал:

– Если другие графства слишком прижимисты, чтобы принять часть беженцев, то Утреннее графство позаботится обо всех, и пусть рассудит Создатель.

– Утренняя графиня щедра, – сказал Юкор. – Но Золотой граф прав: это преждевременно. Мы не сдадим Гроув без боя.

Брайн тоже удовлетворенно скрестил руки, и Раген скрипнул зубами:

– Ваша светлость, слова графа Брайна звучат разумно, но я сомневаюсь, что тот, кто не видел воочию, на что способны подземники в новолуние, в состоянии оценить их опасность.

– Решено. – Юкор ударил наручью по металлическому подлокотнику трона, и по залу пошел звон. – Оборону Харденс-Гроува возглавит Утренний новограф.

Раген перевел взгляд с Юкора на Брайна. Ловушка захлопнулась. Он угодил в нее, как и задумывалось ими с самого начала.

– Ваша светлость, я не солдат.

– Ты Утренний новограф, – сказала мать Джоун. – Ты связан присягой и обязан воздеть копье по зову трона.

– Наверно, граф прикидывает, не послать ли вместо себя престарелую тещу, – заметил Брайн, и двор откликнулся смехом.

Раген чопорно поклонился:

– Сколько Горных Копий будет под моим началом?

– Можешь взять двести, – сказал Юкор.

– Ваша светлость…

– Если мало, набери в своем графстве рекрутов. А лучше – приспособь самих гроувчан.

– В самом деле, – подхватил Брайн. – Привлеки крестьян, как поступил твой приемный сын с энджирцами. Говорят, он защитил Лесорубову Лощину, имея меньше сотни человек.

Раген сделал глубокий вдох, радуясь, что этих слов не услышал Йон.

– Как ваша светлость прикажет.

Когда они вышли из герцогского дворца, Йон ждал у кареты.

– Я поеду с тобой, – сказала Элисса, едва экипаж тронулся.

– Провалиться мне в Недра, если поедешь, – ответил Раген.

– Я тебе нужна.

– Куда ехать-то? – спросил Йон.

Раген не ответил. Он не сводил глаз с Элиссы:

– В Милне ты нужна больше. Это только начало. Демоны осадят город, кто-то должен остаться и подготовиться.

– Эй! – позвал Йон. – Кто-нибудь скажет, в чем дело?!

– Все полустанки уничтожены, – ответила Элисса. – До новолуния три дня, а Юкор отправил Рагена держать Харденс-Гроув.

– Держать? – переспросил Йон. – Такое место в новолуние не удержишь. Надо выводить народ.

Элисса сверкнула глазами на Рагена:

– Нет, будь я проклята, ты не умрешь там.

Раген тяжко вздохнул:

– Лисса, что мне ответить? Я не Создатель. Настанет день, когда меня что-нибудь да убьет. Или тебя. Нельзя из-за этого жить по кривде. Я нужен гроувчанам немедленно, а ты нужна Утреннему графству. Закон разрешает нам набрать милицию. Йон с его лесорубами могут остаться и обучать…

– Хрена с два! – перебил его Йон. – Без нас ты в Харденс-Гроув не поедешь.

– Это не твоя война, Йон, – сказал Раген.

– Моя. Общая. Слова самого Избавителя. Езжай хоть в Недра – пока я жив, с тобой поедут лесорубы.

Рагену хотелось спорить дальше, но он знал: собеседника не согнуть. Да и чего греха таить – ему будет легче от мысли, что, когда завяжется схватка, рядом окажется Йон Лесоруб.

– Этого мало, – сказала Элисса. – Тебе не удержать Харденс-Гроув с двумя сотнями Горных Копий и лесорубами, которых не наберется и двадцать.

– Я уже вызвал подкрепление, – ответил Раген; карета тем временем въехала на двор их особняка.

Во главе пятидесяти вестников и еще сотни воинов из охраны каравана стоял цеховой мастер Малькум, в тесных доспехах, которых не надевал двадцать лет. Все панцири были надраены, в руках – длинные копья с наконечниками из меченой стали.

Дерек возглавлял две дюжины метчиков. Те, привычные больше к тихим мастерским, нежели к дорогам и открытым ночам, держали копья неуклюже, но Раген понимал, что при хорошей работе они поспособствуют обороне больше, чем воины.

Ждали и лейтенант Ворон с сержантом Геймсом.

– Дружище, ты уверен, что потянешь? – спросил Раген. – Ведь еле выжил!

– Мы живы благодаря тебе, – ответил Ворон. – Юкор предложил Горным Копьям выдвинуть добровольцев. С нами идут все, кого ты вернул к жизни.

С этими людьми Раген переговорил в кулуарах двора и ожидал их.

Но он не рассчитывал на Кирина.

Однако герольд был здесь. Его окружала стайка подмастерьев, которые усердно разучивали сложные пассажи из музыки Восьмипалого. Раген подошел к ним, и Кирин объявил паузу:

– У нас мало времени на репетиции, цеховой мастер.

– Юкор тебя вышвырнет, если узнает…

– Я вышел в отставку, – сказал Кирин. – Еду с тобой.

В горле у Рагена возник комок. Меньше месяца тому назад он презирал этого человека. Теперь же… Он поглядел на подмастерьев. У многих в глазах стоял страх.

– Они готовы?

– Я не дам честного слова, что готов сам, – ответил жонглер. – Жена считает, я спятил. Но я пятнадцать лет приписывал себе заслуги Арлена Тюка. Ночь, я велел подмастерьям избить его за то, что он посмел сказать правду перед толпой.

Кое-кто из подмастерьев потупился, но отрицать услышанное не стал.

– В пути я видел то же, что и ты, – продолжил Кирин. – Демоны на подходе. Мы начинали вместе, когда привели сюда из Тиббетс-Брука Арлена Тюка. Правильнее будет и закончить сообща.

– Ничто не кончается, – сказала Элисса. – Если ты не надеешься пережить первую ночь новолуния, уведи местных в Милн. Пусть объедают нас, мне нет до этого дела.