Лаксены. Начало - Дженнифер Арментроут

* * *

На следующий день на тригонометрии Дэймон снова ткнул в мою спину ручкой.

– Сегодня я пропущу твою тренировку, – тихо произнес он.

Меня затопило досадное разочарование. Даже несмотря на то что Дэймон не являлся мне подспорьем в этом процессе, я искренне верила, что именно благодаря ему смогла передвинуть книги.

И да-а, ко всему прочему мне просто хотелось с ним увидеться. Вздох.

Я пожала плечами, пытаясь держаться непринужденно.

– Хорошо, я поняла.

Его нефритовые глаза всматривались в мое лицо еще несколько секунд, а потом он отодвинулся и начал отстраненно листать тетрадь. Чувствуя себя так, словно меня только что попросили удалиться, я отвернулась и медленно выдохнула.

Карисса бросила свернутую вчетверо записку на мой стол, и я, снедаемая любопытством, быстро ее развернула.

«Почему такое лицо?»

Боже, неужели мои эмоции были настолько очевидны?

Я быстро написала ответ чуть ниже на том же клочке бумаги:

«Просто устала. Мне нравятся твои новые очки».

Они мне действительно нравились. Оправа была с оригинальным принтом зебры. Мы не боялись того, что нас поймает преподаватель – мы сидели в самом конце класса, так что он вряд ли бы заметил, что мы его не слушали. К тому же он уже был настолько стар, что по сравнению с ним даже Санта-Клаус казался мальчиком.

Несколько секунд спустя записка снова вернулась на мой стол, и я с усмешкой на губах ее развернула.

«Спасибо. Лесса просит передать тебе, что Дэймон сегодня выглядит сногсшибательно».

Я не могла с ней не согласиться, поэтому, тихо рассмеявшись, написала в ответ:

«Дэймон всегда выглядит сногсшибательно!!!»

Потянувшись через пролет между рядами, я собралась бросить записку Кариссе, но, прежде чем клочок бумаги покинул мои пальцы, его перехватили чьи-то пальцы прямо из моей руки. Вот негодяй! Мой рот открылся, а щеки загорелись, и я, развернувшись на стуле, бросила уничтожающий взгляд на Дэймона.

Усмехнувшись, он приподнял свернутый листочек вверх.

– Передавать записки на занятии нехорошо, Котенок, – пробормотал он.

– Верни ее мне, – прошипела я.

Покачав головой, он – к моему полному ужасу и определенно к ужасу Кариссы с Лессой, – развернул треклятый листок. Мне хотелось умереть на месте, пока я наблюдала, как его яркие глаза бегло просматривали текст. Я сразу поняла, когда он дошел до моего последнего комментария, потому что его темные брови взлетели вверх.

Усмехнувшись, он ртом снял колпачок с ручки и что-то написал. Судорожно выдохнув, я украдкой бросила взгляд на Лессу, сидевшую с открытым ртом, и Кариссу, щеки которой полыхали огнем. Боже, он даже никуда не торопился.

Наконец Дэймон свернул записку вчетверо и протянул ее мне.

– Держи, Котенок.

– Ненавижу тебя. – Я отвернулась – и как раз вовремя, потому что преподаватель начал настороженным взглядом осматривать весь класс. Когда он снова развернулся к доске, я взяла записку, словно она была бомбой с часовым механизмом. Медленно и осторожно я заставила себя ее развернуть.

И окончательно умерла.

Боже. Эта идиотская записка больше никогда не увидит свет. Скомкав ее в кулаке, я быстрым движением отправила ее в сумку. Мое тело буквально горело.

Позади меня Дэймон тихо рассмеялся.

* * *

Несколько дней мы с Блейком тренировались только вдвоем. Что и следовало ожидать, без угнетающего присутствия Дэймона процесс обучения проходил гораздо спокойнее. Под руководством Блейка я смогла развить свои способности от уровня простого кратковременного перемещения небольших предметов в воздухе до полной перестановки в комнате силой одной мысли. Всякий раз, когда мне удавалось достичь какой-то новой ступени, Блейк был счастлив, и я старалась этому соответствовать – потому что это действительно было круто, но… у меня не очень-то выходило. Всякий раз, когда у меня получалось что-то стоящее, мне хотелось разделить эту радость с Дэймоном.

В конечном итоге Блейк решился перейти на следующий этап, пытаясь путем проб и ошибок научить меня, как управлять более серьезными предметами. В первый раз, когда я попыталась контролировать огонь, все закончилось ожогом второй степени на моих несчастных пальцах.

Все начиналось вполне безобидно. Блейк расставил передо мной свечи, и моя задача состояла в том, чтобы, сконцентрировавшись, зажечь их одновременно. Сначала мне было позволено до них дотрагиваться, и после того, как я несколько часов просидела, уставившись на них, я все-таки умудрилась зажечь одну путем создания в голове устойчивой картинки процесса горения.

Как только я смогла это сделать, Блейк более не разрешил мне касаться свечей, и моей следующей задачей стала попытка зажечь их при помощи одного лишь взгляда. Для демонстрации того, как это должно быть, Блейк повел рукой в пространстве, и все свечи вспыхнули одновременно.

– Проще простого, – пожал плечами он и затем снова провел пальцами в воздухе, и свечи послушно потухли.

– Как ты это делаешь? Лаксены тоже так умеют?

Блейк улыбнулся:

– Они контролируют все сферы, связанные со светом, помнишь? Поэтому манипулировать предметами, и в частности огнем, – это их стихия. Они могут создавать достаточное количество энергии для того, чтобы генерировать электричество и организовывать масштабный шторм.

Я кивнула, вспомнив, как внезапно налетела гроза в тот день, когда мы вернулись с Дэймоном с озера и обнаружили, что нас ждал мистер Гаррисон.

– Это все равно, что высасывать атомы из воздуха… поэтому да, они способны создавать ветер. Но мы сильнее их в этом плане.

– Ты продолжаешь это говорить, но я не понимаю, как такое может быть?

Он пожал плечами.

– Они являются носителями только одной разновидности ДНК. – Он сделал паузу, нахмурившись. – Если, конечно, у них вообще есть ДНК. Давай предположим, что все-таки есть, чтобы можно было от чего-то отталкиваться. Так вот, в отличие от них, у нас с тобой две разновидности ДНК. Мы собрали лучшее из двух миров.

Звучало как-то жутко и не слишком научно.

– В любом случае попытайся это сделать. – Он подтолкнул меня коленом.

Прошло некоторое время, и я, казалось, делала ровно то же самое, что и с предыдущей свечой, когда держала ее в руках, но… что-то пошло неправильно. Мои пальцы вдруг вспыхнули, как небо Четвертого июля.

– Вот дерьмо! – Блейк вскочил на ноги и потащил меня за собой. Пока он тянул меня в кухню и запихивал мои руки под струю холодной воды, шок немного прошел. Это был первый раз, когда я слышала, чтобы Блейк так ругался.

– Твою за ногу!.. Кэти, я просил тебя зажечь свечи, а не свои несчастные пальцы! Это же не настолько сложно. О господи.