Золотой пергамент - Марина Клингенберг

— У него правда были рога? Как он был одет?

— Откуда я знаю! — хмыкнула Розетта. — В какую-то черную хламиду. Плащ, наверное. А еще он что-то странное делал, — вдруг вспомнила она. — От него черные молнии разлетались… Хотя мне, конечно, померещилось, — спохватилась она.

Балиан, что было сил, пнул один из деревянных столбиков, на которых держался навес. Тот почти вылетел из земли, полотно накренилось, но Балиан не обратил на это внимания. Последние сомнения развеялись. Это был Таранос, и он ушел буквально у них из-под носа.

Кристиан молча встал и пошел прочь. Юан окликнул его, но он не обернулся. Балиан и вовсе никак не отреагировал на уход брата. Он продолжал злобным взглядом сверлить пустоту.

— Балиан! — голос Юана дрожал — он чуть не плакал. — Ты что, его не догонишь? Ты его теперь ненавидишь?

— А? — Балиан словно очнулся. — Сдурел, что ли? — покрутил он пальцем около виска. — Еще не хватало, чтобы ты разревелся. Возьми себя в руки!

— Но Кристиан…

— Что Кристиан? Оставь его в покое, — Балиан пожал плечами. — Ему надо подумать. Через пять минут его найду, потому что если найду раньше, он меня отправит в градеронском направлении. У кого-нибудь еда осталась?

Они немного перекусили, правда, без особого аппетита и в гробовом молчании. Даже Розетта, не слишком понимающая, что значил уход Тараноса из Дилана, заметно притихла. Ее охватила растерянность, и она уже жалела, что все рассказала. Что, думала она, если теперь они не станут возвращаться в Этериол?

— Юан, слушай, — вдруг сказал Балиан.

Юан вскинул на него глаза, кажущиеся огромными на смертельно бледном лице.

— Я вот не верю, что Кристиан взял и случайно открыл Врата. Ну, не может такого быть! А если бы даже он и ошибся, то рядом бы не было Тараноса. Так не бывает! Вот подошел он, и тут же Кристиан случайно Врата открыл. Бред.

— Не бывает, да! — заметно приободрился Юан. — Ой, Балиан! Может, они пергаментом?!

— Вот и я о том же подумал. Ладно, с этим разобрались, — Балиан тоже порядком повеселел. — Пойду, найду Кристиана.

— Я с тобой, — вызвалась Розетта.

— Нет, — неожиданно отказался Балиан. — Я один.

Он прихватил на дорогу яблоко и торопливо оставил стоянку.

Кристиана он нашел быстро — ему нетрудно было догадаться, куда он отправится, чтобы обдумать свою роковую ошибку. Конечно, на какую-нибудь возвышенность, откуда открывался вид на Врата Рассвета. Балиан и сам раньше искал уединения в подобных местах, но потом понял, что в период депрессии ему становится куда лучше, если он вступит в битву — желательно, с кем-нибудь посильнее, чтобы как следует выместить наболевшее. Впрочем, с ним это бывало крайне редко. Как и с Кристианом. И вот теперь…

Балиан огляделся и увидел то, что нужно — просвет между деревьями, за которыми, судя по всему, было очень солнечно. Он осторожно подкрался и, раздвинув ветви кустарника, выглянул наружу.

Кристиан действительно был там — он стоял спиной к нему, у самого обрыва. Ветер развевал его длинные золотистые волосы, рука опиралась на огромный Ключ. Вид его был преисполнен какого-то особого, горького величия, и Балиан, не удержавшись, со всей силы бросил яблоко с таким расчетом, чтобы непременно угодить старшему брату по затылку.

— Балиан, — Кристиан даже не обернулся, когда крепкий незрелый фрукт достиг цели. — Ты такой добрый.

Но по его голосу Балиан понял, что он улыбается, хотя и не так весело — и не так угрожающе — как хотелось бы.

— Слушай, — Балиан подошел и хлопнул его по плечу. — Хватит драматизировать. Ты не виноват.

— Против факта не поспоришь, — невесело усмехнулся Кристиан.

— Еще как поспоришь! Вот мы с Юаном уверены, что это все золотой пергамент. Ну, согласись, не бывает таких совпадений! Ты ведь не специально для этого козла Врата открыл? Вот и все. Забудь.

Кристиан вздохнул и покачал головой.

— И что ты будешь делать? — Балиан начал закипать. — Упиваться единственной в своей жизни ошибкой?

Кристиан легонько ударил ладонью по его лбу.

— Еще чего. Но спасибо, что утешаешь.

Балиан покраснел до корней волос и пробурчал что-то неразборчивое.

— Ты прав, конечно, — продолжил Кристиан, глядя на раскинувшийся перед ними пейзаж. — Таких совпадений не бывает. Но, кто бы ни был виноват, это дела не меняет.

— Ну тогда что… Вернемся? — нерешительно предложил Балиан.

— Нет. Розетта говорила о Тараносе, но пергамент был у Ареса. Мы не можем уйти, пока нет уверенности в том, что и он тоже сумел вернуться в Этериол. Надеюсь, что он все еще здесь.

— А если нет?

— Давай подождем, — сказал Кристиан. — Немного. Я понимаю, что ты хочешь поскорее доставить Розетту в Этериол, но…

— Нет! — тряхнул головой Балиан. — Забудь. Это важнее. Розетта поймет. Ну что, пошли? Юан весь испереживался.

Кристиан кивнул и, в последний раз с тоской посмотрев на Ключ, словно спрашивая, за что он так с ним обошелся, заставил его исчезнуть. Балиан внимательно наблюдал за ним. Видя, что брат еще не до конца уверен в своей невиновности, он сказал:

— Знаешь, что надо сделать? Нужно пойти к Роланду. Вот прямо сейчас. Поспрашиваем там у ребят, может, видели — не одна же Розетта углядела, правильно? Выясним, был там этот Арес или нет, — Балиан, улыбнувшись, протянул ему руку.

Кристиан улыбнулся в ответ и сжал его ладонь в своей. Хоть он уже и успел немного успокоить себя трезвыми размышлениями, рядом с Балианом ему стало в десятки, даже в сотни раз легче.

Они вернулись к стоянке и сообщили Юану и Розетте о своих планах. Юан очень обрадовался и заверил братьев, что он уже отдохнул от вчерашних приключений и вполне готов к новым. Розетта была не столь радостна, но, поборовшись с собой, она заявила, что пойдет с ними. Балиан пытался ее отговорить, однако все было безуспешно. Никто не понимал, чем вызвано такое решение, и, конечно, Розетта не спешила об этом сообщать. После того как Балиан столь резко отказался от ее общества (хотя он просто хотел поговорить наедине с Кристианом), девушка стала опасаться, что они могут уйти в Этериол без нее.

В конце концов, смирившись с таким положением дел, они собрались отправиться в путь вчетвером. Но когда они уже подошли к спуску в низину, их нагнал Ричард.

— Ты же вроде больной! — приветствовал его Балиан.

— Отстань, — надулся Ричард — повязки с него уже сняли, и через левый глаз тянулся устрашающий шрам. Впрочем, глаз действительно не пострадал, а лекарь уверил юношу, что в скором времени от багровой полосы останется лишь слабый белесый след.

— Так вот, — протараторил Ричард. — Я с вами! У меня срочное донесение к королю Роланду.

— Любовное? — съязвил Балиан.