Вселенная неудачников - Сергей Мусаниф

В общей сложности мы проторчали на Коляновой вилле три дня. Старшие товарищи постоянно квасили и беседовали за жизнь, а я был предоставлен сам себе и умирал от скуки. Никаких развлечений, кроме плавания в бассейне, телевизора, показывающего всего три канала, и Интернета, отключающегося сразу после захода солнца (вот такая странная фигня. Особенности латиноамериканского трафика, не иначе), здесь не было.

Казалось бы, живи и радуйся – тропики, джунгли, экзотика… Но душа жаждала действий. За эти три дня я очень хорошо понял Генри Холдена, спивающегося на роскошном пляже от безделья. А ведь он провел тут куда больше времени, чем я.

Поскольку Владимиру не нравились все эти шпионские игры, он изъявил желание покинуть страну как можно быстрее. Колян доставил нас в город на своем джипе, более подходящем для поездок по местным дорогом, чем древнее такси, и я с утра отправился в аэропорт, чтобы договориться о чартерном перелете в Мексику. Вернувшись, я сообщил Владимиру, что обратно он полетит уже один.

Он попробовал возмутиться, дескать, он нанял меня в качестве переводчика, а в Мексике и США вряд ли говорят по-русски, и мне пришлось его долго уговаривать. В итоге я составил ему разговорник из нескольких фраз, которые могли пригодиться при общении с персоналом аэропортов, а он снизил мой гонорар с трех до двух тысяч долларов, но для меня это было уже непринципиально. На две тысячи долларов в Белизе, не особо шикуя, можно прожить год. А если постараться экономить, то и полтора. Я же не собирался задерживаться здесь на столь долгое время. Главное, чтобы хватило денег на обратный билет.

Пока Владимир еще не улетел, я сходил к шефу Маркесу и выпросил у него еще одну папку. Шеф понимающе улыбнулся, папку выдал и дружелюбно пожал мне руку.

Чтобы не терять даром времени, я приступил к изучению документов уже в тот же день.

В принципе ничего нового там не было. Все то же, в более сжатой форме, мне уже рассказал Колян.

Странное золото, землетрясение, зарево над джунглями. Единственная деталь, о которой Колян не мог знать, это то, что вспышки сопровождаются выбросом тепловой энергии, повышающей температуру окружающей среды примерно на пять градусов. Зона температурного феномена исчислялась десятками квадратных километров джунглей, что говорило о нехилом количестве энергии, но все-таки сужало район поисков.

Сия информация была получена при помощи спутника. Сомневаюсь, что у Белиза был свой спутник. Скорее всего, эти страницы шефу Маркесу подкинул Генри Холден.

На следующий день Владимир улетел в Тихуану, а я прямо из аэропорта отправился на пляж. Все-таки не каждый день представляется возможность искупаться в Карибском море.

Когда я вдоволь наплавался и вылез из воды, рядом с моими вещами обнаружился Генри Холден. Он курил свою неизменную сигару, но был трезв.

– Аналитик улетел, – сказал он. – И теперь совершенно неважно, был ли он аналитиком или просто прикрытием. Его отлет означает только одно – ты собрался лезть в джунгли.

– Как быстро здесь распространяется информация.

– Маленький город, маленькая страна, – пожал плечами Холден. – Я не мог не заметить, что у тебя нет снаряжения для похода в джунгли.

У меня и рации нет. И радистки Кет тоже. Даже «вальтером-ППК» и тем не обзавелся. Неправильный я шпион.

– Я решил закупить все на месте, – сказал я. – Какой смысл тащить снаряжение через половину земного шара?

– Никакого, – согласился Холден. – А еще тебе понадобится проводник.

– Найду какого-нибудь индейца.

– Запросто, – снова согласился Холден. – Если он потребует больше двадцати долларов в сутки – это обдираловка. Американских долларов, конечно. Не местных.

– Запомню.

– Предлагаю сделать ход конем, – сказал Холден. – Моего снаряжения хватит на двоих. И я облазил тот район вдоль и поперек. Могу пойти с тобой.

– Интересное предложение. – Я опустился на теплый песок и достал сигарету из пачки. – А не возникнет ли тут конфликта национальных интересов?

– Не думаю, – сказал Холден. – Все равно мы ничего не найдем. А я хоть развлекусь.

– А чего один не пойдешь? – спросил я.

– Скучно. С индейцами даже поговорить не о чем.

– Это очень неожиданное предложение, – сказал я. – Мне надо его обдумать.

– Валяй, думай, – согласился Холден.

Вообще заманчивое предложение. В том случае, если наша экспедиция достигнет успеха, Холден может помочь мне выбраться из страны. Если сам пулю не всадит.

Допустим, мы найдем информацию, важную для национальной безопасности. Тогда Холдену лучше бы знать, что я не из разведки. Можно будет попросить политического убежища в Англии, а потом передать информацию на Родину. А уже потом накатать статью и жить на дивиденды.

Если мы что-то найдем.

Если Холден меня не пристрелит.

Если мы сумеем выбраться из страны.

Если меня не пристрелят те, кто стоит за Холденом.

Если в Англии мне удастся выбраться из-под опеки «Интеллидженс сервис».

Слишком много этих «если».

А если ему отказать? И отправиться в джунгли с каким-нибудь индейцем? Тогда меня тупо грохнут при возвращении. Или тупо грохнут в джунглях. Там ведь до сих пор китайцы ползают, если Холден не врет.

– Девяносто восемь процентов из ста, что мы ни хрена не найдем, – сказал Холден. – Один процент, что все факты, которые у нас есть, не связаны между собой и золото Кортеса не имеет никакого отношения к свечению над джунглями. Полпроцента на то, что это свечение – какой-то локальный феномен. И только полпроцента, что это что-то важное. Но, честно говоря, я в это уже не верю. Как какое-то сияние может повлиять на обороноспособность страны, находящейся в другом полушарии?