Написано кровью моего сердца. Книга 1. Перипетии судьбы - Диана Гэблдон

Это понравилось всем – даже мужчина, который, похоже, был приятелем Белдена, зашелся смехом. Погонщик не упал, хоть и скукожился, словно высохший лист. Перси мудро не стал дожидаться, пока тот придет в себя, а повернулся и кивнул Фергусу.

– À votre service, monsieur^[81]. Полагаю, вам и вашему сыну – и, разумеется, вашему мулу – пора идти?

– Merci beaucoup^[82]. Предлагаю вам сделать то же самое, tout de suite^[83].

– Эй, не можете же вы украсть этого мула! – перестав смеяться, крикнул приятель погонщика.

Фергус повернулся к нему, величественно, как французский аристократ, которым он, по мнению Перси, являлся.

– Разумеется, нет, сэр, – небрежно кивнув, согласился он. – Ведь никто не может украсть то, что уже принадлежит ему, так ведь?

– Но что… что, если это не так? – смутился мужчина.

Фергус не ответил. Выгнув темную бровь, он прошел несколько шагов, повернулся и воскликнул:

– Кларенс! Écoutez-moi!^[84]

Когда погонщик перестал ему мешать, Жермен с горем пополам сумел обуздать Кларенса, хотя уши того по-прежнему были недовольно прижаты к голове. Однако при звуке голоса Фергуса уши мула медленно поднялись и повернулись в его направлении.

Фергус улыбнулся, и женщина позади меня невольно вздохнула – улыбка у него была невероятно обаятельной. Достав из кармана яблоко, Фергус осторожно насадил его на свой крюк.

– Иди сюда, – сказал он мулу, протягивая правую руку и двигая пальцами, словно собираясь почесать тому голову. Кларенс подошел, не обращая внимания на Белдена, который, сжав колени, сидел и прислушивался к тому, что происходило у него внутри. Мул потянулся за яблоком, пихнул локоть Фергуса и позволил почесать свой лоб. Раздались заинтересованные и одобрительные перешептывания, кое-кто осуждающе посмотрел на стонущего Белдена.

Я уже не ощущала себя так, будто вот-вот упаду в обморок; напряжение схлынуло. С некоторым усилием я засунула нож в ножны, ухитрившись не ткнуть себя в бедро, и отерла ладонь о юбку.

– Что до тебя, sans cervelle^[85], нам с тобой нужно кое-что обсудить, – сказал Фергус Жермену низким голосом, едва скрывая ярость, – эту манеру он явно перенял у Джейми.

Лицо Жермена выцвело до болезненно-желтого оттенка.

– Да, Papa, – прошептал он и опустил голову под грозным взглядом отца.

– Слезай, – приказал ему Фергус и, повернувшись ко мне, громко произнес: – Миссис Фрэзер, позвольте мне преподнести это животное в дар генералу Фрэзеру, чтобы оно послужило нашей свободе!

Сказано это было со столь подкупающей искренностью, что кое-кто даже зааплодировал. Я благосклонно приняла дар от лица генерала Фрэзера. В это время Белден неловко поднялся на ноги и, спотыкаясь, побрел в лагерь погонщиков, молча уступив Кларенса нам.

Я взяла поводья, радуясь и испытывая облегчение от того, что мул нашелся. По-видимому, чувства были взаимны, потому что Кларенс по-дружески пихнул меня мордой в плечо и зафыркал.

Фергус какое-то время смотрел на Жермена, потом расправил плечи и повернулся к Перси, который все еще выглядел несколько бледным, но уже поправил парик и взял себя в руки. Перси церемонно кивнул Фергусу, тот глубоко вздохнул и ответил вежливым кивком.

– Нам, по-видимому, тоже есть что обсудить, мсье, – смирившись с неизбежным, произнес Фергус. – Но, быть может, чуть позже?

Красивое лицо Перси просветлело.

– À votre service… seigneur^[86], – сказал он и снова поклонился.