Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

Мы стояли, вцепившись друг в друга, и тяжело дышали после забега. Гулко бились наши сердца и было очень жарко от этих объятий, но прерывать их никто не торопился.

— Никуда не отпущу больше! — серьезно заявил Матей и уткнулся носом мне в шею, еще крепче прижав к себе.

— А-га, — прерывисто согласилась я, ощущая как от его действий жар перемещается в низ живота.

Матей слегка отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза. Обожающий и очень честный взгляд, полный нежности и любви, а руки просто бесстыжие! Задрали вверх мою несчастную сорочку и гладят все, что под ней спрятано было! На миг я опешила от такого диссонанса. А потом вдруг пришла мысль — а диссонанс ли? Ну и, собственно, тоже вцепилась в его штаны и вниз их стянула, докуда смогла… Чтоб диссонанса не было… Подхватив меня под ягодицы, Матей практически вынудил залезть на него, обвив ногами. Оказалось, что в этой весьма интересной позе очень даже удобно. Правда, лично мне немного мешала мысль, что Матею тяжело удерживать меня на весу. Но недолго, вскоре из головы вообще все мысли вылетели…

В общем, консумировали в очередной раз. Утром. Отправиться на поиски энькиной резиденции смогли только после полудня. К вечеру вышли к исходной поляне, но дальше не пошли. Смысл в темноте-то? Сотворили себе уютненький шалаш прямо посередине поляны и заночевали.

Ночь была бурной и страстной. В шалаше стало жарко. Снесли. Смотрели на звезды. Так и заснули. Проснулись поздно. Убрали следы ночевки, намечтали друг другу наряды свадебные и пошли на поиски по уже знакомым камушкам.

На этот раз на ромашковое поле мы почему-то не вышли. И вообще никуда из лесу не вышли. Так и бродили, пока не начало темнеть. Я устала и еле плелась, Матей периодически поминал Энию незлым тихим словом… И вот наконец между деревьями замаячил свет. «Резиденция!» — обрадовались мы и ускорили шаг. Однако, в энькину резиденцию нам попасть было не суждено и в этот раз. Подойдя поближе к источнику света, мы увидели цветущие деревья и летающих между ними светлячков. Деревья сильно напоминали земную глицинию, сама я ее воочию ни разу не видела, только на фотографиях, но разве ж такую красоту забудешь? С веток свисали длинные соцветия белого, розового и голубого цвета, а летающие между ними светлячки придавали месту таинственности и волшебства.

— Какая красота! — потрясенно выдохнула я и, совершенно забыв об усталости, потянула Матея вперед.

— Да, — согласился он, даже не думая сопротивляться.

Мы вошли в этот светящийся сад как в храм, затаив дыхание и во все глаза разглядывая чудесные цветы. Светлячки тотчас слетелись к нам со всех сторон, окружили и принялись выписывать в воздухе различные фигуры. Что-то мне это напоминает… Я многозначительно взглянула на мужа, а он мне подмигнул и притянул к себе за талию.

— Потанцуем? — тихо спросил он.

— Да, — кивнула я и тут же спохватилась: — А музыка?

— Сейчас будет, — заверил меня Матей и повел в воздухе рукой. Мелодичные звуки вальса тотчас заполнили пространство цветущего сада. Мы начали танец…

Это был самый нежный и романтичный танец в моей жизни. Даже на нашей земной свадьбе мы с Матеем так не танцевали, полностью отдаваясь мелодии и друг другу…Светлячки вторили нашему танцу, кружа над нашими головами. Наконец, мелодия стихла. На миг мы замерли… Поцелуй получился сам собой, без всякого церемониального подтекста, просто как естественное завершение танца. О том, что он все же стал частью церемонии, мы узнали секундой позже, когда света вокруг нас вдруг стало больше. Это были уже не светлячки, а стихии этой планеты, поведением почему-то очень похожие на адельтеррские. Они кружили вокруг нас разноцветным коконом, благословляя и даруя частицы своей силы, а когда поцелуй закончился, просто рассеялись в пространстве, точнее, вернулись в свое обычное состояние. Я тихонько выдохнула слово «благодарю», обращаясь к стихиям, Матей повторил его вслед за мной…

Эту ночь мы провели в волшебном саду. Практически не спали, нашлись занятия поинтереснее. Да и разве можно спать в таком месте? Правда с рассветом нас все-таки сморило…

Разбудила нас Эния, примерно в обед.

— Опять? — начала она вместо приветствия. — Опять провели церемонию в обход меня? Кто на этот раз?

Я не без труда разлепила веки и осмотрелась. Круглая кровать, которую мы себе с Матеем намечтали ночью, была на месте, в смысле, под нами. Деревья, похожие на глицинию, тоже присутствовали. Кстати, днем цветы смотрелись красиво, но совсем не так волшебно, как ночью.

— Светлячки… нет, стихии… — ответила я Энии, заворачиваясь в простыню.

— Ёлки… эти могут, не учла, — сосредоточенно пробормотала она и с размаху опустилась на край кровати. — Но я все равно не понимаю, почему вы мою резиденцию не находите-то?

— А ты сама-то в ней присутствуешь? — подал голос Матей, не открывая глаз и не меняя позы.

— Я? — переспросила Эния, растерянно хлопая ресницами. — А что, надо?

— Эния! Хочешь сказать, тебя там не было? — возмущенно вскричал Матей и резко сел на кровати. — Вообще-то, хозяева, когда гостей ждут, дома обычно находятся! Эдак мы в поисках твоей резиденции будем вечность болтаться по этой планете и ничего не найдем!

— Ёлки-палки… — совсем растерялась она. — Но подожди… а почему, когда мы с Ареем испытания проводили, всегда в резиденцию попадали? — Матей одарил ее снисходительным взглядом. — Точно, это же моя резиденция! — догадалась она, хлопнув себя ладонью по лбу. — Значит, я сейчас в резиденцию, а вы на исходную! — с этими словами она схватила нас за руки и вуаля — мы снова на знакомой поляне. — Надеюсь, до скорой встречи! — пропела Эния, перед тем, как исчезнуть.

— Энька, ты — зараза! — прокричал ей вслед Матей, вскакивая на ноги. А потом он обнаружил на себе свои неизменные домашние штаны… — Я их уже ненавижу! И это тоже! — последний возглас относился к моей сорочке, которая вмиг превратилась в легкое летнее платье.

— Матейчик, не переживай! — воскликнула я, бросаясь к нему. — Я сейчас придумаю что-нибудь другое!

На этот раз мне в голову почему-то пришло нарядить мужа в льняную рубашку и льняные же брюки. Одежда Матею понравилась, но он еще долго не мог успокоиться, костеря Энию налево и направо.

— Вот все у нее так! Нерационально и нелогично! Она хоть бы иногда вспоминала, какие условия ввернула в свои же магические плетения!

— Может, это и не она? — вступилась я за подругу, которая уже обыкалась, наверное. — Может, Арей это самое условие намагичил?

— Может, — буркнул Матей, но все же ругать Энию перестал. — Я есть хочу… — хмуро признался он некоторое время спустя.

— Я тоже. Пойдем, что-нибудь поищем?

— Боюсь фруктами я не наемся, а ничего более существенного здесь нет… — грустно вздохнул Матей.

— Можно поискать орешки, — предложила я. — Где-то я их видела…

В поисках пропитания мы провели добрых три часа, два из которых искали ореховое дерево, виденное мною в азарте побега, и еще час грызли то, что на нем нашли. Благо, хоть проблем с очисткой от скорлупы не возникло. Матей применил какое-то спецзаклинание.