Рыцарь в серой шинели - Александр Конторович

– Все?

– В смысле – все?

– Суд закончен?

Он приподнялся с кресла и подошел к краю.

– Жители деревни Верхний Лес! Вы все видели, к чему приводит пренебрежение установленными законами! Такая и даже еще более тяжкая кара постигнет всякого, кто отступит от установленного порядка! Идите по своим домам и помните это!

Посмотрев на расходящихся крестьян, Гарт повернулся ко мне:

– Я вижу, милорд, у вас есть вопросы?

– С вашего позволения.

– Тогда… пройдемте в харчевню. И, хоть ее хозяина больше с нами нет, еда там еще осталась. Мои люди приготовят что-нибудь. Вы ведь, наверное, голодны?

Надо отдать должное расторопности его свиты. Мы еще не успели дойти до дома, а там уже хозяйничали люди управляющего. Нам принесли пива. Не того пойла, которое я тут уже пробовал, а вполне приличного пива. Не «Хайнекен», но на настоящее пиво уже похоже. Гарт по-хозяйски расположился во главе стола, заняв лучшее место. Черт с ним, мне и сбоку неплохо.

– Итак, Гарт, что означает этот клинок? Чем он знаменит? И кто такие эти «Серые рыцари»?

– Считается, что убитый ими человек попадает прямо в ад!

– Сразу и без пересадки? Независимо от его прочих заслуг и поведения?

– Пересадка?

– А! Не обращайте внимания, это так… к слову пришлось…

– Именно так все и обстоит. Никакие заслуги в прошлом не влияют на то, куда попадает человек, убитый Рунным клинком.

– А это известно достоверно?

– Так говорят… Никто, как вы понимаете, не проверял.

– Хорошо… А дальше?

– Ничем другим этот клинок не знаменит. Единственное, что он дает своему владельцу, так это возможность понимать речь других людей. Все.

– То есть в остальном это обычная железка?

– И да и нет. Клинок нельзя сломать. Совсем. Он не тупится, его не надо точить. Его невозможно расплавить и перековать. Нельзя украсть. Хозяин рано или поздно его опять обретет. Как – не знаю.

– Это все?

– Не совсем. Пока у вас с собой этот клинок, вам никто не откажет в приюте и в еде. Серого рыцаря примут в любом доме.

– Неплохо!

– Не торопитесь. Это отнюдь не следствие горячей к вам любви и уважения.

– То есть?

– Считается, что Серые рыцари борются со злом… так это или нет, никто точно не знает. Но вот искоренять зло – это прямая обязанность Серого рыцаря. А положа руку на сердце – кто из нас безгрешен? Достойны ли мои поступки внимания Серого рыцаря? А если да? А все ли мои домочадцы без греха?

– Круто… не ожидал…

– Поймите здешнего крестьянина. Его жизнь и так нелегка. Заработок его, как правило, скуден и недостаточен. Если он сможет украсть – украдет непременно. И вот приходите вы… в ваших глазах его воровство непростительно. Должен ли он вас любить?

– Ну… не должен, я полагаю.

– Тогда учтите еще и то, что вас всегда будут хотеть убить!

– За что?

– Вас мало. За всю жизнь крестьянина второй такой же гость в его ворота может и не постучать. Да и кроме того… не каждый осудит человека, напуганного столь страшной перспективой. Адские печи, знаете ли… хороший аргумент. Крестьянину, да и не только ему, ваша правда не нужна. Ему важна только выгода для него и его семьи. А достичь ее только по закону… способен далеко не каждый.

– То есть если бы Вилем меня убил…

– За вашу смерть никто не стал бы мстить. Даже я.

– Но я ведь не напрашивался на эту должность!

– Достаточно ОДИН раз взять в руки меч для нападения или защиты. Если вам это удалось – меч признал вас хозяином. Все. Обратного пути нет.

Звякнувшая по клинку пуля… защита, как ни поверни.

– Вас не любит церковь. Во всяком случае, ОЧЕНЬ не любила до недавнего времени. Потом… как-то договорились. Двоих посмертно даже канонизировали!

– Да уж… перспектива… Остается только в берлогу залезть да там и жить.

– Это еще не все.

– Да вы мне тут уже сколько понарассказывали…

– Закончу и вовсе нерадостно. Вы, Алекс, не имеете более права на ошибку. Любое ваше неправедное деяние – и в ад попадаете уже вы!

– Ничего себе перспектива!

– Вот и подумайте, кому охота иметь рядом с собой человека, способного либо отправить тебя в ад, либо угодить туда самому. Так что не обольщайтесь мнимым радушием. Вас тут никто не ждет, не любит, и никому вы здесь не нужны.

– Совсем никому?

– Ну… бывают исключения, не спорю. Но я не помню сам и не слышал от кого-либо еще хоть об одном Сером рыцаре, который был бы счастлив в своей жизни. Они все погибают. Рано или поздно, так или иначе. У них нет семьи, дома, даже друзей – и тех нет.

– Зачем же тогда они приходят?

– А вот этого я не знаю. Вам надо поспрошать у отцов церкви, может быть, они знают что-нибудь? Могу сказать одно. Насколько можно верить легендам, Рунный клинок не попадает к человеку случайному. Мы знаем о случаях, когда такой человек отказывался взять клинок в руки. Даже и для защиты своей жизни.

– И что же?

– Он погибал. Всегда. И очень быстро.

– Однако…

– Такова жизнь, милейший! Не я придумал эти правила.

– А кто?

– А я знаю?

– Так что же теперь получается, я должен днем с огнем искать неведомых злодеев повсюду? А найдя – тут же искоренять?

– Относительно того, что вы должны, а что нет – вопрос не ко мне. Я этого не знаю. Да и мало кто вам тут может помочь. Никакого писаного закона конкретно для вас нет. И никогда не было. Но вот пройти мимо беззакония вы не можете, обязаны вмешаться. И трудно сказать, кто в ваших глазах будет виновным…

– А что вообще о них, в смысле – о Серых рыцарях, известно?

– Практически ничего. Появлялись они не так уж и часто. И всегда это были люди издалека. Почти никто из них ничего о себе не рассказывал, может быть, просто не помнили? Или у них были причины молчать? Никто из них не прожил достаточно долго, чтобы поведать о себе хоть что-нибудь интересное.

– А что же они тогда делали? Служили где-то?

Гарт хмыкнул. Поставил на стол пустую кружку, которую тут же утащил кто-то из его подручных.

– Я вот как-то даже и не представляю себе владетеля, который рискнул бы взять себе на службу такого… – он развел руками.

– Почему?

– Вы неуправляемы.

– Я?

– Я имею в виду Серых рыцарей. Им нельзя приказать сотворить что-то, идущее вразрез с их понятиями. Пример Корвуса Второго научил многих…