Третья концепция равновесия - Ярослав Веров

Из рядов немедленно выдвинулся Вспомогательный Ведущий и хорошо поставленным голосом продекламировал:

— Участие неофициальных лиц в Процедуре Ареста не допускается.

В тот же миг по группе захвата прокатилось хорошо оформленное движение и аборигена не стало. Вспомогательный Ведущий вернулся в ряды. Почтительная тишина возобновилась.

— Ну, я пошел, — очнулся Лукреций и засобирался было обратно в дупло.

— Решили еще раз испытать торжественное начало Процедуры Ареста? — деликатно осведомился Первый Ведущий. — Ну что ж, это ваше естественное право.

Лукреций, вспомнив о спрятанной под Магнолистым Знаком оранжерее, решил не усугублять.

— Так я должен что-то сказать?

— Именно относительно самой формы или по существу?

— А у вас есть ордер на арест?

— Наконец! Задерживаемый отказывается от оказания сопротивления и тем самым переходит в ранг Арестовываевымого, — по группе захвата пронесся вздох искреннего сожаления. — Прошу Наблюдателей сосредоточиться на акте официального вручения Ордера.

Первый Ведущий почтительно отступил в сторону. Повинуясь движению жезла Церемониймейстера из рядов выдвинулись двое Уполномоченных. Оба держали в передних по большому опознавательному жетону. Они встали рядом с Лукрецием и в унисон завели:

— Арестовывается Техник-Смотритель Отдела Второго Закона Термодинамики Карантинно-Санитарного Управления, личное имя Лукреций, личный матричный номер 5643674-РП. Вышеназванный Арестовываемый обвиняется согласно пунктам 1, 2, 3, 5, 8, 13, 21, 34 и далее. Арест произвести с санкции Верховного Спонсора Анастаса-1. Форма ареста — парадная.

— Арестовываемый, желаете ли вы заслушать полную парадную форму Ордера?

— Да нет уж как-нибудь.

— Тогда получите ваши опознавательные жетоны из рук Уполномоченных. Вот так. Группа сопровождения может приступать к своим обязанностям.

Первый Ведущий направился к выходу из подвала, куда ранее уже потянулась группа захвата. А Лукреция обступили любезные хлопцы из группы сопровождения, забрали жетоны и заломили ему за спину все конечности.

— Э-э-э… — попытался обратить на себя внимание Лукреций.

— Что такое, дружок? — участливо спросил Начальник группы сопровождения, обернувшись. — Какие-нибудь трудности, неприятные ощущения?

— Нижние-то отпустите или на себе потащите?

— Ох уж эти арестуемые, — заворчал один из группы. — Все им не так. То что-то недовернешь, то чуток перевернешь. Ну и понесли б. Что б нам сделалось?

И они, освободив нижние, повели Лукреция на свежий воздух.

Ветер, налетев, разметушил локоны на голове и спине Лукреция — нет, не стоило раскисать, ни за что не стоило.

Но когда, проходя мимо тускала Управления, он узрел Фомича, спускающегося по ступеням в сопровождении аналогичного эскорта, что-то не в такт заекало в груди. Из морщинистого глаза вытекла невольная мужская слеза.

А Фомич поднял голову и все смотрел на небо. Тут-то Лукреций и заметил, что ночи никакой не обнаруживается. А светло, хотя и не как днем. Тогда Лукреций тоже посмотрел вверх.

Там лучащимся облаком рассыпались необычайно крупные светила. Все сплошь голубые гиганты. В центре же композиции — безудержно сверкая серебристым огнем, безраздельно царил Бриллиант Ночного Неба, размером с хороший грецкий орех. И тогда Лукреций подумал:

— Ну ладно, пускай этот «орешек» — моя работа. Но кто же учудил все остальное?