Ночная гостья - Юлия Архарова

Джаред Дэш

3-й день Атанарил-лин

223 года от О. В.

Светало. Ночь неохотно уступала бразды правления своему младшему брату — рассвету. Первый, еще робкий лучик солнца скользнул по водной глади, заигрался в прибрежных волнах и наконец достиг берега.

Я поморщился и накинул на голову капюшон. Ну не люблю я солнце. С кем не бывает… Мое время — ночь и сумерки.

— Капитан, думаешь, «Грета» сегодня придет? — спросил Тарид.

Тот же вопрос читался на лицах и других моих людей. Они все устали, бессонная ночь ожидания вымотала их. А еще они боялись… Боялись, что корабль не придет.

Этот страх не был проявлением слабости. Нет, мои люди вообще не робкого десятка, да иные бы и не выжили в трущобах Старого города. Вот только слишком много всего было завязано на этот корабль.

Именно благодаря «Грете» мой сектор стал самым богатым и сильным. Но если корабль однажды в гавань не вернется… Есть люди в Новом городе, которые приложат все усилия, чтобы уничтожить сектор и меня. Впрочем, последнее им вряд ли удастся — по воле богини Матери Араш я принадлежу к существам, убить которых не так и легко.

— Да. — Немногословность — одно из тех качеств, которые очень сильно выручают в случаях, когда просто нечего сказать. Когда лучше просто промолчать. Желательно с умным и непроницаемым видом.

Как будто так и надо.

Как будто ничего не случилось.

Как будто корабль не выбился из графика и не опаздывает на восемь дней.

Но «Грета» должна прийти. Сегодня. Она уже совсем близко. Сизый гарут в моем перстне нагрелся и излучал приятное голубоватое сияние. А это могло означать только одно…

Как бы ни восхваляли эльфийских магов, но люди до Открытия Врат тоже были способны на многое. И одно из доказательств их былого могущества скрывалось под кожаной перчаткой на моей правой руке. Перстень — сердолловый, невзрачный и довольно массивный — весь покрыт царапинами и какими-то вмятинами, которые при ближайшем рассмотрении складывались в сложный узор. Сам камень был тусклого серовато-голубоватого цвета. В мой перстень была вставлена одна его половина, другая украшала точно такой же перстень на руке шкипера моей «Греты».

Да, такая ирония. Капитана корабля называли шкипером, дабы не путаться и не плодить двух капитанов. В глазах моих людей Капитан — это прежде всего я.

При приближении своей второй половины камень в перстне буквально на глазах преображался. Он постепенно обретал прозрачность и глубину, меняя цвет с невзрачно-сизого на чистый голубой, и тогда сизый гарут легко было спутать с сапфиром, если бы не мягкое тепло, которое он излучал.

Как сейчас. Корабль или, по крайней мере, его шкипер очень близко.

В Учебную гавань я прибыл с людьми еще до заката, нужно было забрать свою долю улова у рыбаков, выделить охрану для лодок и самой пристани. И хотя с этим обычно легко справлялся Тарид, сегодня я решил проследить за всем лично.

Наша Учебная гавань — лакомый кусок на карте Старого города. Маленькая и уютная, защищенная скалами со всех сторон от волн и ветров, она находится почти на границе с Мертвым городом, и выход из нее в Скалистое море крайне затруднен многочисленными скалами и рифами, которые образуют целый лабиринт. Без хорошего лоцмана ничего не стоит заблудиться, посадить корабль на мель или, того хуже, налететь на риф. В истории и экономике Танниса эта гавань никогда не играла решающую или хоть сколько-нибудь заметную роль. Казалось бы, что мешало магам могущественной Империи немножко поработать с рельефом дна и изменить ситуацию в корне? Но удобных и гораздо более вместительных бухт на Нисском полуострове и без того хватало, а тратить на это силы немногочисленных магов сочли нецелесообразным. Наоборот, из представившейся ситуации смогли извлечь выгоду и построили на одном из утесов, окружавших Учебную гавань, Морскую Академию, а саму пристань отдали в пользование юным морякам. Пусть учатся. В этом и была причина того, почему гавань во время Последней войны практически не пострадала. В ней просто не было кораблей.