Единственная для оборотня и теща в нагрузку - Франциска Вудворт

Он вмиг стал серьезным.

– Ты моя пара и никто не посмеет даже косо посмотреть на тебя, иначе будут иметь дело со мной.

«Ага! Женщины, они везде женщины. И если одной посчастливилось там, где другие оказались в пролете, то пощады не жди, – хмыкнула я про себя, но возражать не стала. – Ничего, сама справлюсь. Или вылетят отсюда как пробки, и дорога во дворец им будет закрыта».

– Ты не о том думаешь, – укорил меня он.

– Да? И о чем я должна думать?

– О том, что твои отметины на моей шее практически не видны и не мешало бы их обновить, – с хитрой улыбкой сообщил он, дразня меня и провокационно улыбаясь.

* * *

– Я планировал завтра устроить прием, по случаю нашего возвращения. Как ты на это смотришь? – спросил Кристиан, лениво наматывая на палец локон моих волос. После нашего бурного примирения из постели мы еще так и не выбрались, да и он никуда не спешил, как будто у него не было дел. – Или перенести до возвращения наших людей?

– Давай перенесем, – попросила я. После переезда хотелось осмотреться и обжиться, что ли. – К тому же весь мой приличный гардероб еще в пути.

– Закажи новый.

Я прыснула от смеха при мысли о том, что эти слова являются мечтой каждой женщины. Что ж, не буду отказываться.

– Конечно, закажу. Только позже, когда буду с Катей фасон свадебного платья подбирать. Хочется немного передохнуть после дороги, а не погружаться в бурные хлопоты подготовки. – После увольнения леди Сузанны, было необходимо найти ей компетентную замену, а потом уже приглашать гостей. Неожиданно мне пришла идея, и я заговорила об этом: – К тому же, надо что-то решить с назначением на освободившееся место ключницы. Я думаю временно назначить Ханну. Она здесь всю жизнь проработала и хорошо ориентируется. Посмотрим, если потянет, оставлю.

Бросив взгляд на Кристиана, отметила подозрительный блеск глаз и подумала о том, что, наверное, на эту должность назначает он, но не услышала и слова протеста. Вместо этого, тщательно контролируя голос и не выдавая своей заинтересованности, он спросил иное:

– Значит, ты согласна на торжество?

– Я стараюсь не обманывать дочь. К тому же, участвуя в подготовке к празднику, ей будет легче принять наш брак.

При последних словах, в глазах Кристиана зажглись теплые огоньки. Готова поспорить, что ему доставляет удовольствие, когда я пусть и косвенно, но признаю наш союз. С другой стороны, если учесть, как я материлась, когда мы его заключали, то такие слова для него действительно должны звучать музыкой.

Меня радовало, что в силу юного возраста, Катя не тешила себя надеждами на то, что мы сойдемся с ее отцом и поэтому не воспринимала Кристиана в штыки. Какое счастье, что она новость о свадьбе приняла спокойно!

– Если хочешь, я разберусь с текущими делами, и мы можем выбраться на несколько дней в тихое место. Только ты и я.

– А Катя? – Предложение было заманчивое, только я долго не видела дочь и не могла опять исчезнуть. Брать же ее с собой было сомнительно. Ясно, что он хочет уединиться и не выпускать меня из постели.

Его слова подтвердили мои мысли:

– Не в этот раз. – Его руки чуть крепче сжались на моем теле. – Мы обязательно выберемся все вместе куда-нибудь, но не сейчас. Не могу насытиться тобой. Хочу остаться наедине и то, что я мечтаю с тобой сделать, не предназначено для глаз ребенка.

– Интересно, и о чем таком ты еще мечтаешь после сегодняшней ночи? – с улыбкой поддела его я, потому что чего мы только не творили. Любопытно, это все оборотни такие активные, или просто сказывается вынужденное воздержание?

– Как минимум повторить ее. – Взяв меня за подбородок, он поймал мой взгляд и серьезно произнес. – До сих пор не верю, что ты рядом, что могу прикасаться к тебе, и раз за разом хочется убеждаться в этом. – Он захватил в плен мои губы, целуя их.

Не-е-е, такими темпами, мы точно сегодня из кровати не выберемся. При мысли о том, что в любой момент может вернуться Катя, ища меня, я уперлась ему в грудь.

– Хочу спросить. Почему ты, когда похищал нас из нашего мира, хотел разлучить меня с дочерью? И чем был так недоволен, смотря на меня?

На лице Кристиана появилось смущенное выражение, но он ответил:

– Вы были так странно одеты. Ты в бесформенной одежде. Увидев ребенка, я решил, что она идет с няней. Вокруг больше никого не было, и я приказал забрать девочку. Когда ты бросилась за ней, а потом ухватилась за Андриана, он сообщил мне, что от вас пахнет одинаково и вероятно ты ее мать. – Его рука переместилась мне на бедро, погладив. – Помню, как ты сняла с себя верхнюю одежду и оказалась в обтягивающих брюках, не оставляющих простора для воображения и тунике. Все мои люди пялились на тебя, а меня это злило. Надо было тогда еще понять, что за моим раздражением и желанием одеть тебя в приличную одежду стояли инстинкты оградить свою пару от чужого внимания.

Надо же, я тогда думала, что его мое присутствие бесит, а он злился из-за внимания ко мне.

– Но почему ты решил, что твоя пара Катя?!

– Наличие ребенка указывало на то, что у тебя есть муж, и сначала ты показалась мне старше, чем была на самом деле. К тому же ведьма сказала, что подарок судьбы будет в странной упаковке, и я решил, что это намек на юный возраст суженой.

Его взгляд стал задумчивым и он неожиданно усмехнулся.

– Помню, как пришел к Кате с утра, решив пожелать ей доброго дня и внимательно рассмотреть свою суженую, но нашел детскую пустой. Поднял на ноги слуг, но мне доложили, что и тебя нет. Тогда я направился в твою комнату лично убедиться, разъярившись, что ты посмела сбежать. И тут ты появляешься из ванной в одной полупрозрачной рубашке, с распущенными волосами…

– Нормальная была рубашка! – возмутилась я.

– Прозрачная, – мечтательно возразил он. – Ты была такая соблазнительная, домашняя, что меня как молнией пронзило от желания. Я обозвал себя извращенцем за то, что нахожу мать суженой привлекательной и с того момента начал убеждать себя, что ты мне не нравишься. Ну, вот ни капли. Но ты как заноза не давала мне покоя, и все мысли вертелись вокруг тебя.

– Ты хорошо это скрывал. Твои придирки ко мне вывели бы из себя и святого.

– А ты была вежлива со всеми, и лишь мне дерзила, что невероятно бесило. – Внезапно он зарылся рукой в мои волосы и потянул за них, заставляя запрокинуть голову. Вглядываясь в меня напряженным взглядом, признался: – Люблю тебя! Мое сердце бьется лишь для тебя. Оно остановится, если ты меня покинешь.

Его признание выбило меня из колеи. Попав в плен его глаз, я беспомощно молчала. Одно дело, когда говорят о любви в пылу страсти, а совсем иное, когда серьезно глядя на тебя и такое чувство что тебе душу преподносят на ладонях. В груди появилось тянущее чувство. Я не могла ответить тем же. Слишком много противоречивых эмоций, слишком быстро… Но его откровенные слова не оставили меня безучастной.