Адские механизмы. Книга 3. Механическая принцесса. - Кассандра Клэр

Тесса судорожно сглотнула. Ее кожу покалывало, пульс участился. Она поняла, что столько лет не чувствовала этого, этого особого вида возбужденной нервозности, что уже почти позабыла его. - Да.

- После Уилла, ты никогда никого не любила?

- Разве ты не знаешь ответ на этот вопрос?

- Я не имею в виду то, как ты любишь своих детей или друзей. Тесса, ты знаешь, о чем я спрашиваю.

- Нет - сказала она. - Думаю, мне нужно, чтобы ты сказал мне.

- Однажды мы должны были пожениться, - сказал он. - И я любил тебя все это время - полтора века. И я знал, что ты любишь Уилла. Я видел вас вместе на протяжении многих лет. И я знал, что эта любовь была настолько велика, что она могла сделать другую любовь, ту, которая у нас была, когда мы были так молоды, маленькой и несущественной. Ты целую жизнь была влюблена в него, Тесса. Так много лет. Детей. Воспоминания, которые я не могу надеяться на...

Он прервался после такого сильного начала.

- Нет, - сказал он, отпуская ее запястье. - Я не могу этого сделать. Было глупо так думать - Тесса, прости меня, - сказал он и, отойдя от нее, нырнул в толпу людей, идущих через мост.

Тесса на минуту замерла в шоке, это было просто на мгновение, но этого было достаточно времени для него, чтобы раствориться в толпе. Она протянула руку, чтобы не упасть.Камень моста был холодным под ее пальцами - холодным, так же, как это было в ту ночь, когда они впервые пришли в это место, где они впервые заговорили. Он был первым человеком, которому она выразила свой наибольший страх: что ее сила сделали ее чем-то другим, тем, что не было человеком. Ты человек, сказал он. Во всех смыслах этого вопроса.

Она вспомнила его, вспомнила милого умирающего мальчика, который торопился успокоить испуганную девушку, которую он не знал, и не сказал не слова о своем собственном страхе. Конечно, он оставил свои отпечатки на ее сердце. Как могло быть иначе?

Она вспомнила, как он предложил ей нефритовый кулон своей матери, протянув свою дрожащую руку. Она вспомнила поцелуй в карете. Она вспомнила, как зашла в его комнату, залитую светом полной луной, и серебряного мальчика, стоящего перед окном, терзающего музыку более красиво, чем хотела скрипка в ??его руках.

- Уилл, - сказал он. - Это ты, Уилл?

Уилл.

Мгновение её сердце колебалось.

Она вспомнила, как умер Уилл, ее агонию, долгие ночи в одиночестве, поиски на кровати каждое утро, когда она просыпалась, годами ожидая найти его рядом, и только медленное привыкание к тому факту, что другая сторона кровати обычно пустая.

Моменты, когда она находила что-то забавное и поворачивалась с шуткой к нему, только заново шокировали ее тем, что его там не было.

Ужасные моменты, когда, сидя в одиночестве за завтраком, она понимала, что забыла синеву его глаз или глубину его смеха, что, как звуки скрипки Джема, они отошли на такое расстояние, где воспоминания молчат.

Теперь Джем был смертным. Он состарится и умрет как Уилл, и она не знала, сможет ли она снова это вынести.

И все же.

Большинство людей счастливы хотя бы раз в жизни найти большую любовь. Ты нашла две.

Внезапно её ноги задвигались, почти без ее желания.

Она бросилась в толпу, пробежала мимо незнакомцев, выдыхая свои извинения, когда она чуть не споткнулась о ногу прохожих или стукала их своими локтями.

Ее не волновало.

Она бежала через мост, резко затормозив, остановилась в самом конце, где ряд узких каменных ступеней вел вниз, к воде Темзы.Она перескакивала через две, чуть скользя по влажному камню.

В конце лестницы был небольшой цементный причал, окружённый металлическими перилами.

Река была высока и плескала между зазорами в металле, заполняя небольшое пространство запахом ила и реки.

Джем стоял у перил, глядя на воду.

Его руки плотно застряли в карманах, отчего он сгорбился, будто против сильного ветра.

Он слепо смотрел перед собой, так недвижимо, что казалось, не услышал, как она подошла к нему сзади.

Она взяла его за рукав, разворачивая к себе лицом.

- Что? - спросила она, затаив дыхание. - О чём ты хотел спросить меня, Джем?

Его глаза широко раскрылись. Его щеки горели, она не была уверена, то ли от бега, то ли от холодного воздуха. Он посмотрел на нее, как будто она была каким-то причудливым растением, которое появилось из ниоткуда, удивляя его. – Тесса, ты шла за мной?

- Конечно я пошла за тобой. Ты убежал в середине предложения!

- Это было не очень хорошее предложение. - Он посмотрел вниз на землю, а затем на нее снова, со знакомой улыбкой, как и в ее собственных воспоминаниях, дергая уголком рта. Он вернулся к ней тогда, потерял память, но не забыл: улыбка Джема всегда была как солнечный свет. - Я никогда не был хорош со словами, - сказал он. - Если бы у меня была своя скрипка, я был бы в состоянии сыграть тебе то, что я хотел сказать.

- Просто попытайся.

- Нет - я не уверен, что смогу. У меня было шесть или семь приготовленных речей, и всегда с них сбегал, я думаю.

Его руки были засунуты глубоко в карманы джинсов. Тесса протянула руку и нежно взяла его за запястья.

- Ну, я хороша со словами, - сказала она. - Итак, позволь тогда мне спросить тебя.

Он вытащил руки из карманов, позволяя её пальцам обхватить его запястья. Они замерли, Джем смотрел на неё из-под тёмных волос, овеваемых ветром с реки. Была ещё одна частица серебра в нём, поразительно контрастирующая с чёрным.

- Ты спросил меня, любила ли я кого-нибудь кроме Уилла? - сказала она.

- Мой ответ да. Я любила тебя. Всегда любила и всегда буду любить.

Она услышала его резкий выдох. Пульс бьющийся на горле, различимый под бледной кожей, испещрённой исчезающими рунами, нанесёнными Безмолвными братьями.

- Говорят нельзя любить равно сразу двоих, - сказала она. - И возможно для других, это так. Но ты и Уилл — вы не похожи на двух простых людей, двух людей, которые, возможно, ревновали друг к другу, или кто воображал мою любовь к одному из них моей уменьшенной любовью к другому. Вы объединили свои души, когда вы оба были детьми. Я, возможно, не любила бы Уилла так сильно, если бы я не любила тебя также. И я не могла любить тебя так, как сейчас, если бы я не любила Уилла.

Её пальцы слегка сжались вокруг его запястий, чуть ниже манжетов джемпера. Было так странно прикасаться к нему, и всё же её хотелось этого ещё больше. Она почти забыла, как много она упустила прикосновений человека, которого любила.

Она заставила себя отпустить его и дотянутся рукой до чего-то под ее рубашкой. Осторожно она достала цепочку, висевшую на шее и показала так, чтобы он видел свисающий с нее нефритовый кулон, который он дал ей так давно.