Написано кровью моего сердца. Книга 1. Перипетии судьбы - Диана Гэблдон

Рэйчел задумчиво и заинтересованно смотрела на него. К щекам Йена прилила кровь. Интересно, какие из мыслей отразились на его лице?

– Ты идешь по жизни своей дорогой, – сказала Рэйчел. – Я не могу разделить твой путь, но могу пойти рядом с тобой. И пойду.

Стоявшая за ней в очереди женщина глубоко, довольно вздохнула.

– Как ты замечательно и верно сказала, милая моя, – одобрила она Рэйчел и скептически оглядела Йена с ног до головы.

Он был в кожаных штанах и залатанной ситцевой рубахе и считал, что выглядит не так уж странно, даже несмотря на перья в волосах и татуировки.

– Ты вряд ли заслуживаешь такой девушки, как она, – заметила женщина, с сомнением качая головой. – Но все же попытай счастья, ты неплохой парень.

* * *

Неся ведра с водой, Йен шел за Рэйчел через толпу к палатке, где Дензил принимал больных. У палатки притулилась повозка квакеров с нарисованными на откидной стенке птицами. Рядом с ней стояла Дотти, а Дензил передавал ей тюки и коробки.

Встав на цыпочки, Рэйчел поцеловала брата в щеку и ушла в палатку, помогать со сборами.

– Присоединишься к нам позже, Йен? – спросил Дензил, оторвавшись от тюков, которые связывал.

– Обязательно, a bhrathair, – улыбнулся Йен. – Куда направляетесь?

– Да никуда. – Денни снял очки и с отсутствующим видом протер их полой рубахи. – Воскресенье еще не настало, но нам, быть может, придется участвовать в сражении. Поэтому мы устраиваем собрание сегодня вечером, перед ужином. Мы будем рады, если ты придешь, но даже если не придешь…

– Нет, я приду, – быстро сказал Йен. – Обязательно. А… куда идти-то? – Он махнул рукой, указывая на царящую в лагере суету.

Из Нью-Джерси и Пенсильвании все прибывали и прибывали ополченцы, желавшие присоединиться к Континентальной армии. Офицеры принимали и распределяли их, помогали устроиться в лагере, но людей было много, и они не справлялись. Новобранцы ставили палатки на любом свободном клочке земли, а потом слонялись туда-сюда в поисках воды и еды. Неподалеку велись на повышенных тонах споры, слышались звуки старательного перекапывания земли и ругань – там рыли дополнительные уборные. Те, кто не мог ждать окончания работ, шли в ближайший подлесок. Йен мысленно сделал заметку смотреть под ноги, если ему придется идти в том направлении.

– Ты ведь не собираешься проводить собрание прямо здесь? – поинтересовался Йен.

Люди весь день шли сюда в поисках медицинской помощи и вряд ли захотят ждать, когда окончится собрание.

– Друг Джейми пообещал найти нам подходящее место, – заверил его Денни. – Мы пойдем, как только… Кто это, Доротея?

Дотти укладывала еду, но отвлеклась поговорить с девочкой, которая встала на колени на сиденье повозки и обратилась к ней.

– Денни, там женщина рожает! – сказала Дотти. – В трех кострах отсюда!

– Прямо сейчас? – Денни тут же принялся развязывать тюк, который до того старательно перевязал.

– Ее дочь говорит, что да. – Дотти выпрямилась и убрала растрепавшиеся светлые волосы под чепчик. – У ее матери это будет четвертый. С первыми тремя никаких неприятностей не возникало, но учитывая условия, в которых она сейчас рожает…

Дотти бочком протиснулась мимо вещей к задней стенке повозки и с помощью Йена залезла внутрь.

– Вообще-то ей нужна миссис Фрэзер, но она согласна и на тебя, – тихо сказала она Денни и подмигнула. – Чувствуешь себя польщенным?

– Моя известность распространяется, словно пятно помады по шелковой подушке, – спокойно ответил он. – А твои простые речи меня воспламеняют. Лучше тебе пойти со мной. Йен, присмотришь за повозкой?

Дензил и Дотти пошли за девочкой через лабиринт повозок, лошадей и сбежавших свиней – некий предприимчивый фермер привез в лагерь дюжину худосочных поросят и собрался продать их интенданту, но свиньи испугались мушкетного выстрела и разбежались, внеся свою лепту в суматоху. Ролло нагнал одну свинью и сломал ей шею. Йен слил кровь из его добычи и выпотрошил ее, отдал Ролло сердце и легкие и припрятал свиную тушку под влажным брезентом, лежащим под повозкой Денни. Йен обязательно заплатил бы за свинью, встреться ему незадачливый владелец свиней, но он так и не попался ему на глаза. Некоторое время спустя Йен глянул под повозку и убедился, что укрытый брезентом холмик никуда не делся.

Ролло шевельнулся и издал странный звук, похожий на поскуливание, и Йен тотчас же переключил внимание на пса.

– Что такое, a choin?

Ролло лизнул его руку и добродушно запыхтел, но Йен сразу же соскользнул с повозки, встал на колени в листву и на всякий случай принялся ощупывать огромное лохматое тело пса. Тетушка Клэр называет это «пальпация». Смешное слово.

Он нащупал впадину в мякоти плеча, прямо над передней лапой – память о пуле, попавшей в пса осенью. На спине, в нескольких дюймах от хвоста обнаружилась ямка – Йен нажал на нее, и Ролло дернул лапами и заворчал. Может, пес поранился, когда охотился на свинью.

– Мы уже не те, что были раньше, правда, a choin? – сказал Йен, почесывая Ролло под седой челюстью.

– Никто из нас уже не тот, a mac mo pheathar^[74], – сказал внезапно появившийся из темноты дядя Джейми и сел на деревянный чурбан, с которого Дотти залезала в повозку. Дядя был в полном обмундировании и выглядел впечатляюще. Йен протянул свою фляжку, Джейми взял ее, благодарно кивнул и утер рукавом лоб.

– Послезавтра, – сказал он в ответ на поднятую бровь Йена. – На рассвете, если не раньше. Малыш Жильбер получил под командование тысячу солдат и разрешение преследовать арьергард.

– Ты… то есть мы, идем с ним?

Джейми кивнул и приник губами к фляжке. Он был как натянутая струна, но, в конце концов, под его командованием находятся триста человек – и если все они пойдут с Лафайетом…

– Думаю, меня отправляют с ним в надежде, что моя замшелая мудрость уравновесит юношеский энтузиазм синьора де Лафайета, – со вздохом опустив фляжку, пояснил Джейми и поморщился. – Однако это, наверное, лучше, чем остаться с Ли, – Кипяток счел, что командовать всего лишь тысячью людей ниже его достоинства, и отказался.

Йен хмыкнул, насмехаясь над услышанным и одновременно выражая веру в дядину мудрость. Забавно будет потрепать арьергард англичан. При мысли о том, что вскоре придется нанести на тело боевую раскраску, Йена охватило радостное возбуждение.

– Куда ушел Дензил? – глядя на повозку, спросил Джейми.

– Принимает роды где-то там, – сказал Йен и подбородком указал в сторону, куда ушли Дензил и Дотти. – Он сказал, что ты сегодня вечером устраиваешь собрание квакеров.

Джейми выгнул густую бровь, в которой поблескивали капельки пота.