Северный шторм - Роман Глушков

Эпоху можно считать законченной, когда истощились ее основополагающие иллюзии.

Артур Миллер

– Ну ты и врать, папаша! – расхохотался Фокси после того, как услышал последние новости в изложении нюрнбергского торговца информацией – горбатого старика Руфуса. На пятый день нашего обратного пути к российской границе мы остановились, чтобы выведать у этого отшельника кое-какие сплетни. А поскольку Михаил, помня данный ему Руфусом наказ, раздобыл перед визитом к горбуну по дороге пару бутылок неплохого виски, благодарный информатор предложил нам остаться у него на ночлег. Мы были не против, тем более что радушный хозяин оказался к тому же еще и хорошим кашеваром, а нам уже трое суток приходилось питаться лишь всухомятку.

– Сам ты врешь! – обиделся осмеянный байкером Руфус. – Клянусь, что в Ватикане все именно так и происходило! Я лично разговаривал с одним купчишкой, который по глупости остался в столице перед осадой, а во время штурма чудом слинял оттуда. Так вот он собственными глазами наблюдал это светопреставление! А потом другие добрые люди повторили мне эту историю практически слово в слово. А ты сразу: «брехун»! Да я, к твоему сведению, отродясь не торговал сомнительными фактами! Только подлинными и полученными из надежных источников!

– Ладно, папаша, забудь. Я просто пошутил, – пошел на попятную Фокси после того, как Михаил погрозил невежливому байкеру пальцем. – Только уж больно сказочно звучит твоя правда. Поэтому в нее как-то сразу и не верится.

– А ты, юноша, поверь, – посоветовал Руфус, приступая к опустошению второй подаренной бутылки. – Потому что всем нам рано или поздно придется в это поверить. Ведь никто сегодня не отрицает, что когда-то в Киеве тоже происходила жуткая чертовщина, связанная с колдовством. А поначалу тоже все смеялись и обзывали брехунами многих добропорядочных людей. Однако потом даже Пророк признал, что да, имел место факт злостного колдовства, инициированного неким чернокнижником Максютой, и посему город Киев следует заново освятить, а Максюту – сжечь… Вот такая порой в мире вскрывается прелюбопытная истина.

– Что за истина? О чем вы толкуете, милейшие? – Задремавший с устатку у горящего очага, Конрад Фридрихович встрепенулся и разлепил глаза. Он пропустил мимо ушей весь наш разговор, поэтому проявлял сейчас вполне закономерное любопытство. И его непременно следовало уважить. Все-таки это фон Циммер платил за выпивку для Руфуса и продукты, которые горбун закупил в городской лавчонке. Наша походная казна после сегодняшних трат практически иссякла, но мы надеялись, что нам хватит денег до российской границы.

– Я имел в виду божью кару, что настигла короля «башмачников» в Ватикане, – пояснил хозяин. – После такой истории даже отпетые язычники в Господа уверуют.

– Да, я тоже слышал уже, что Вороний Коготь погиб при взятии города, – кивнул Конрад. Еще в Сиене мы договорились, что, во избежание неприятностей, будем помалкивать обо всем, что нам довелось пережить на Апеннинах. По крайней мере до тех пор, пока не вернемся в Петербург.

– Если ты, приятель, слышал лишь это, значит, ты вообще ничего не слышал! – заявил Руфус, после чего не счел за труд повторить свой рассказ, и впрямь больше походивший на сказку. Я обратил внимание на то, что по ходу повествования к нему добавились некоторые новые детали, привнесшие колорита, но не правдивости.

– Как ни велик Господь, но все же чаша его терпения отнюдь не беспредельна, – начал Руфус свое повествование. – Долго сносил он глумления язычников на священной земле, очень долго. И даже когда их король, которого надо не Вороньим Когтем называть, а Ползучим Гадом, надругался над телом собственного сына, зашив в него древнюю бомбу и взорвав ее в Цитадели, наш Господь и это стерпел. Но «башмачники» не образумились. Возможно, забери они столичное золото и уйди восвояси, все бы им сошло с рук. Но когда они начали издеваться над Гласом Господним, да вдобавок еще и Стальной Крест уронили, тут-то и воспылал божий гнев во всю мощь. Как только Крест на землю рухнул, так сразу светопреставление и началось. Небеса разверзлись, и оттуда на Божественную Цитадель хлынули сонмы ангелов! Кто это видел, те сегодня молятся и благодарят Всевышнего за то, что он не дал им ослепнуть и сойти с ума. Впрочем, говорят, что многие ватиканцы все-таки сошли… Но об этом толком ничего не известно. Зато хорошо известно, как Господь покарал короля язычников. Слетел с небес огромный херувим с пламенным мечом и одним ударом поразил Вороньего Когтя прямо в лоб! Вот так!..