Царь из будущего. Жизнь за «попаданца» - Борис Орлов

– Кстати, сухопутные силы полностью готовы! – заметил Николай. – На острие прорыва пойдут лейб-гвардии бронекавалерийский Лихославльский и полностью перевооруженные и снаряженные по его образцу лейб-гвардии Атаманский и Кирасирский полки.

– Сколько всего? – спросил Дорофеич.

– На европейском ТВД: три кавалерийских и шесть армейских корпусов, всего около двухсот тысяч человек, – ответил Николай. – Сотня штурмовых броневиков «Медведь», полторы сотни бронетранспортеров «Вепрь», свыше шестидесяти новых гаубиц МЛ-20, больше тысячи пулеметов «Единорог», ручников «Бердыш» два десятка… тысяч. Кроме того, четыре бронепоезда, точные копии «Железняка»…

– Только вместо паровозов мы используем тепловозы с новыми корбутами, аналогичными тем, что мы ставим на эсминцы! – вставил я.

– На Кавказском фронте: один кавкорпус, две горские кавдивизии и три армейских корпуса, – невозмутимо продолжил перечислять Николай. – Плюс двадцать один батальон армянского ополчения. Эти сами в драку рвутся, у них к туркам уже счеты имеются. Хотя резни еще не было…

– Была, – ввернул Альбертыч. – Еще в семьдесят первом была. Не такая масштабная, но осадочек, как говорится, остался.

– Про «Медведей» я слышал, да и видел уже не раз, пока сюда добирался, а вот что это за зверь такой – «Вепрь»? – спросил дядя Илья.

– Прошлогодняя разработка – бронетранспортер на базе пятитонного грузовика «Зубр». Трехосный, полноприводный. Движок восьмидесятисильный. Броня противопульная – двенадцать миллиметров. Вмещает отделение стрелков. Вооружен станковым «Единорогом» на турельной установке. Внешне смахивает на старый добрый советский БТР-152. Правда, выпущен ограниченной партией – не прошел войсковых испытаний. Будем обкатывать в бою – почти все бэтээры пошли в три полка. Мой Лихославльский, Атаманский и Кирасирский. Кстати, бронедивизион в моем полку частично перевооружен новыми пушечными броневиками – с трехдюймовкой в башне.

– Здорово! Это же практически танк уже, только колесный! – похвалил дядя Илья. – Альбертыч рассказал, что вы не стали заморачиваться и просто скопировали ЗИС-3[175], МЛ-20 и ОБ-25?[176]

– Есть такое дело! – подтвердил я. – Отлично зарекомендовавшие себя образцы! Только небольшая поправка: шестидюймовая гаубица только называется МЛ-20, а на самом деле это копия гаубицы Д-1[177].

– Все это хорошо, но ведь воюет не техника, люди! Как обстоят дела с подготовкой солдат и офицеров? – уточнил Дорофеев.

– В целом отлично! – ответил император. – Костяк корпуса – солдаты и офицеры, принимавшие участие в разгроме мятежников и интервентов. Остальные – прекрасно обученные профессиональные военные. Знают и с пользой применяют новую технику и тактику.

– А что флот? – повернулся Дорофеев к генерал-адмиралу.

– Матчасть готова, но мне нужно больше времени на подготовку экипажей! – твердо ответил Алексей Александрович. – Эсминец не пулемет, научиться им пользоваться гораздо сложнее! А ведь, кроме техники, необходимо разработать и освоить новую тактику.

– Сколько тебе еще нужно времени? – напрямую спросил Николай.

– Не меньше пары месяцев, а лучше…

– Даю тебе срок до начала июля! – решительно сообщил император.

Генерал-адмирал только молча кивнул в ответ.

– Да, вот еще что. – Олегыч обмакнул в солонку пучок зеленого лука и принялся им аппетитно хрустеть. – В Болгарии князя менять надо.

– В смысле? – удивился дядя Илья. – Ты там не республику учинить задумал?

– Еще чего не хватало! – хмыкнул император. – Может, им еще генсеком Димитрова поставить? Да нет, я не про то. Просто Кобурги на Балканах – это неправильно. Да и имя у него какое-то не болгарское. Фердинанд…

– А какое ж ты имя для князя болгарского правильным считаешь? – улыбнулся Дорофеев. – Михаил, что ли?

– Ну, зачем Михаил… Евгений, например. Очень хорошее болгарское имя… – вернул улыбку Николай.

– И кто это у нас Евгений? – поинтересовался генерал-адмирал с таким видом, словно почувствовал какой-то подвох.

– Алексеев, Евгений Иванович. Капитан первого ранга и георгиевский кавалер, между прочим… – небрежно пояснил император.

– Между прочим, это мой начальник штаба! – немедленно взвился Алексей Александрович.

– Хороший? – с едва уловимой издевкой спросил Николай.

– Да, таких еще поискать!

– Отлично, значит, сможет и с Болгарией управиться! – рассмеялся Николай.

– Да почему его?! – упорствовал Алексей Александрович.

– Да потому, блин! – начал закипать Николай. – Объясню для тех, кто в тан… э-э-э… на броненосце: бастард он. Дедули моего, незабвенного Александра-Освободителя…

– С чего ты взял? Ну, вот с чего ты взял?! Сплетен бабских наслушался?! – почти выкрикнул генерал-адмирал.

– А ты его хоть раз видел, начштаба твоего? Он же на тебя как две капли похож! Сам-то не ошибаешься типа: кто перед тобой? Начштаба или зеркало?! – тоже повысил голос император.

– Я в отличие от тебя не пью!..

– Чего-о?!

– Того! Не отдам! Толковый начштаба самому нужен!

Император смерил генерал-адмирала тяжелым взглядом.

– Значит, так, – начал он тихим, спокойным тоном, каким в свое время допрашивал пленных. – Прикажу и отдашь. Причем в тот срок, в какой укажу. Это понятно?

– Понятно… – помолчав, сказал Алексей. – Мне вот только не понятно…

– Брэк! – Дорофеич встал из-за стола и вклинился между ними. – Вы что сцепились, горячие финские парни? Нам только драки в День Победы не хватало! Уймитесь!

– Я только не понимаю… – начал было Сергей, но дядя Илья тут же оборвал его:

– Ты вот чего скажи, Олежек, а как ты это с дипломатической точки зрения проводить собираешься?

Помедлив секунд пять, Николай очень толково и доходчиво изложил план «дипнаезда» на Блистательную Порту. Волнения на Крите[178]достигли критической точки, там уже начинается резня местного населения. Российская империя как официальный защитник православия вступается и требует передачи Крита под управление наблюдательного совета с Джорджи[179]во главе. Турки, ясен хрен, не согласятся, вот вам и повод. Проход армий через Румынию и Болгарию уже согласован, а Румыния даже снова готова принять участие в боевых действиях…