Длинные руки нейтралитета - Михаил Иванов

По приходе в съёмный домик Неболтай не преминул похвастаться своим успехом в практической магии невесте. Та, в свою очередь, превознесла достижения наречённого, но после этого заметила вроде между прочим:

– Хорошо бы мне поговорить с Тарротом.

Неболтай уверил, что наставник хотел именно этого.

Дом в Константинополе был обставлен по английским понятиям достойно. Турок счёл бы обстановку аскетичной. В гостиной разговаривали двое. Хозяин дома был светловолосым голубоглазым европейцем; одежда его не выделялась бы ни в Лондоне, ни в Берлине. Другой носил наряд, вызывающий ассоциацию с Турцией. Разумеется, речь не шла о феске (хотя этот человек пришёл в дом именно в ней), но и костюм, и обувь были оттоманского происхождения; впрочем, это заметил бы лишь внимательный наблюдатель. Стоит упомянуть, что турок, будучи тёмным шатеном, отличался почти такими же голубыми глазами, как и европеец. Вполне возможно, он был выходцем из Северного Кавказа.

– Роберт-эфенди, почтительнейше отмечаю, что попытка силового захвата выглядит сомнительной, коль скоро речь идёт об этих иностранцах. У нас уже был опыт: пятеро джигитов не справились с одной женщиной. Точнее, двоих она пристрелила, ещё двое были взяты под стражу полицией, пятому посчастливилось удрать. Вот если бы вы приказали убить…

– Нет, – твёрдо возразил хозяин дома, – трупы разговаривать не могут. Нам же нужны сведения. Полагаю, русские офицеры не смогут их дать в нужном объёме. Они лишь используют механизмы, не создают их. Тогда… – тот, кого назвали Роберт, чуть замедлил речь. Разумеется, его не прерывали, – тогда ваша задача вот какая: наладить слежение за предметами, проносимыми на этот корабль. Любыми. Уголь, дрова, продовольствие, бочки с любым содержимым – короче, всё. Неплохо бы знать систему охраны. И выжидать благоприятного случая. Средства на все ваши действия получите в том же отделении банка, что и раньше. Доклады жду каждую неделю. Идите, Мухаммад.

Турок почтительно поклонился, уверил хозяина в совершеннейшей преданности и исполнительности, после чего удалился.

Хозяин дома на самом деле не был от рождения ни Робертом, ни эфенди. Во-первых, крещён он был Дугласом, во-вторых, к его имени полагалась приставка «сэр». Но в Константинополе об этом знали лишь те, кому положено. Родом занятий этого респектабельного господина была разведка. Правды ради добавим, что и в отношении турка ситуация была сходной: имя Мухаммад тоже не совпадало с тем, которым звала его мать. По удивительному совпадению, в его обязанности также входило выведывание чужих секретов.

По уходе велеречивого турка хозяин первым делом раскурил недурную, хотя и не первоклассную сигару. Пепел трижды упал с её кончика, прежде чем курильщик пришёл к решению.

Да, на турок надежды мало. Но есть и другие способы получения информации. Нужные контакты найдутся в Санкт-Петербурге. Там имеется Английский клуб, а в него ходят весьма высокопоставленные господа со свободно подвешенными языками. Это будет едва ли не более быстрый способ добыть сведения о новейшей русской разработке – даже если она и не русская. Осталось лишь отослать нужному человеку бумагу… нет, не с поручением, это было бы неосторожно – всего лишь с невинным пожеланием доброго здоровья и с расспросами относительно родственников и знакомых.

Днём перед отъездом Семаков собрал у себя на квартире весь офицерский состав «Морского дракона». Хотя на столе красовалась бутылка рома, а также всё, что к нему полагалось, господин капитан второго ранга был почти полностью официален.

Первым делом он объяснил товарищам, что уезжает в столицу по распоряжению «оттуда» (палец указал в зенит). Потом последовали разъяснения и распоряжения.

– …Я исхожу из худшего, господа. Нам ясно дали понять, что пришельцы используют любую возможность, дабы покинуть наш мир. Не важно, сделают ли они это самостоятельно или с помощью извне. В любом случае нет никаких оснований полагать, что в дальнейшем иномиряне охотно будут тратить алмазы лишь для того, чтобы заслать сюда людей. Если я правильно понял, это слишком дорого. Малый портал – дело другое, до сих пор он действовал безукоризненно. По сим причинам в моё отсутствие вам предстоит непростая работа.

Во взглядах подчинённых удивления не читалось. Командир продолжал:

– Не удивлюсь, если за это время наши гости отбудут восвояси. Поэтому… – Многозначительная пауза – абсолютно лишняя, слушатели и без того были предельно внимательными. – Вам, Михаил Григорьевич, надобно выяснить подробнейшим образом: сколько ещё продержатся наши движки, нельзя ли их подновить или заменить лишь нашими силами, без участия гостей, и если да, то что для этого надо сделать. То же и к «Гладкой воде», и к механизму связи, и…

– Сварка также, – подсказал Мешков.

– Да, и сварка. А на вас, Иван Андреевич, возложу все вопросы по вооружению. И не только по гранатомётам. Для нас как бы не важнее гранаты. Думаю, чугун наши литейщики уж как-нибудь спроворят, а вот их начинка… Но этим список не исчерпывается. Ещё картечницы, винтовки, пистолеты. С пулями, осмелюсь предположить, проблемы большой не будет, однако ж кристаллы, будь они неладны…

– Ещё кристаллы защиты, – подсказал Шёберг.

– Истину глаголете, Иван Андреевич, и этот вопрос также будет за вами. Хотя… нет, не так. Вы, Михаил Григорьевич, спросите о защите для всего, что в вашей ответственности, а вы, Иван Андреевич, то же самое спросите по своей части. И вообще, господа, держите уши открытыми… Вот вроде и всё.

– Не всё, Владимир Николаевич.

– Что ещё?

– Мариэла с Тихоном обжениться намерены. Уболтал он её, выходит; даром что фамилия неподходящая…

Офицеры дружно рассмеялись.

– …И намерен он туда отбыть с ней. Учиться желает, я сам слышал. Вроде как через десять дней, на Михайлов то есть, играть свадебку собираются.

– Насчёт «пожениться» мне уже сказали. Но я на торжество не успею всяко.

– Только что дарить?

Потока идей не было. Некоторое время за столом висело молчание, потом Мешков осторожно начал:

– Господа, а если подойти к подарку с обратной стороны… имею в виду, решить прежде, чего дарить НЕ надо – каково?

– Известно, что не надо: часов.

– А ведь верно, Иван Андреевич, время-то у них по-иному измеряют. Вот что значит опытный штурман!

Похвала была всего лишь наполовину серьёзной. Шёберг ответил полушуточным поклоном.

– Есть идея. Слыхал я, что у них фарфора нет или он очень редок.

– Чай они или там кофе пьют?

– Очень даже. Достоверно знаю.

– Шесть чашек, шесть блюдечек…

– …И кувшинчик для сливок, меня из такого кузина потчевала…

– Полный чайный или кофейный сервиз Императорского фарфорового завода дорогонько встанет…

– Нет нужды. Всё вами перечисленное видал я в продаже. Если шесть кофейных пар да тот кувшинчик, то их уступят подешевле, всего пойдёт за четвертную, а то и поменее.