Ключ Иоко - Варвара Еналь

1

– Попасть в Вороний Удел можно только через портал, другого пути нет. Для нас, по крайней мере. Башня, которую можно увидеть прямо отсюда, – вон она, острая и высокая, с четырьмя жуткими каменными воронами по краям, – принадлежит слугам Хозяина. Тамошнее воронье сожрет нас живьем, и лучше не соваться к ним, – поясняла Ниса.

– Что тогда делать? – непонимающе проговорила я.

– Нам надо пройти через портал. Тогда мы попадем в скрытую башню, которую сейчас не видно. Там нам помогут. Наверное, – добавила Ниса.

Не стоило спрашивать, почему так. Я догадалась, что все, кто когда-то противостоял Хозяину и его слугам, сейчас прячутся, скрываются от вездесущих воронов, меняют облик и надеются на то, что однажды придут лучшие времена.

Но, чтобы они пришли, нужно сначала освободить время и вернуть его в этот мир. Не так-то просто это сделать…

Дальше мы двигались молча, и каменная дорожка под нашими ногами извивалась как змея. Она петляла, огибая одинокие и пустые башни, спускалась в узкие лощины, где остатки каменных стен возвышались до самых облаков, и поднималась к тонким ажурным каменным мостам.

– Ты знаешь, где портал? – спросил Хант.

Он все так же нес меня на руках и шагал без устали, словно я не имела никакого веса.

– Конечно. Я знаю Туманную Зыбь, – заверила его Ниса.

Видимо, она была осведомлена больше других, и нам с Хантом оставалось лишь следовать за ней.

Внезапно Ниса свернула за угол высоченной башни, и дорожка из синего камня осталась за нашими спинами. Хант ступил вслед за Хранительницей на серый булыжник, которым была выложена площадка перед старым, покрытым пылью и копотью зданием. Где-то сбоку скрипнули ржавые ворота, и под самые ноги Ханта опустился засохший лист дерева.

У каменных развалов, где сколотые и обглоданные временем кирпичи покрывались серой пылью, похожей на пепел, показалась лохматая голова маленького тролля. Сверкнули хитрые глазки-бусины, дернулся круглый, похожий на картошку нос, и существо хихикнуло.

– Ниса, мы тебя видим, – пропищал тролль и тут же пропал за кирпичной кладкой.

– Поганцы, – прошипел Хант, но Ниса не обратила на существо никакого внимания.

Она остановилась посередине площади, оглянулась, подняла Посох и вздохнула.

– Видимо, пора, – тихо проговорила она. – Настало время распечатать портал в Вороний Удел.

Она повернулась и подошла к покосившейся железной створке. За проржавевшим узором, покрывавшим погнутые ворота, возвышались темные деревья, на ветках которых не было ни одного листочка. Голые ветки неподвижно замерли на фоне низкого серого неба.

– Отбросьте тень, – велела Ниса.

Наверное, ее приказ относился к ржавым створкам.

Свет от ее разноцветного Посоха мгновенно залил булыжники площадки, осветил рыжую ржавчину и заплясал на каждом завитке в диковинном железном узоре. Тень легла на пыльную землю, и мы с Хантом увидели в ней необыкновенно красивые ворота. Словно призрачное отражение, перед нами возник совершенный образ дверцы с искусным переплетением линий.

– Теперь можно идти, – сказала Ниса и толкнула уродливую створку настоящих ворот.

Тень на земле поползла в сторону, открывая проход, и мы вошли.

Перед моим лицом засияли яркие всполохи, запахло вдруг прохладной росой и еловыми шишками, и грязная туманная пелена, что тянулась с самого неба, пропала. Как будто грязное оконное стекло протерли тряпкой с чистящим средством или с оконного проема вдруг убрали серую штору – настолько ярким и невероятным предстал передо мной мир настоящего Вороньего Удела.

Тут же рядом с нами появились остальные наши спутники: Миес и ее братья, Тимай и Лука. Ворота радостно и звонко скрипнули, пропуская нашу компанию, и закрылись. Сияние прекратилось, и портал перестал работать.

– Это место спрятали от Хозяина, да? – уточнила Миес, хотя все и так было понятно.

– Это место ждало нас, – ответила Ниса. – Мы должны были сюда прийти. Так было предсказано незадолго до того, как Хозяин прибрал к рукам Мир Синих Трав. Добро пожаловать в дом к Вороньей Матери!

2

Даша Костикова появилась у нас в пятом классе. Невысокая, светленькая и тихая, она зашла бочком, встала у крайнего ряда парт и уставилась в пол. В ней не было ничего выдающегося или замечательного, кроме очков.

«Подумаешь, очки!» – скажете вы. Кого сейчас удивишь очками?

Но Дашины приспособления для зрения как раз и были ее особенностью, вроде моего родимого пятна. Девочка видела очень плохо, и потому утолщенные линзы ее очков слишком увеличивали глаза. Получались прямо-таки глазища, серые, с черными стрелками ресниц, беспомощные. Этот растерянный взгляд делал Дашу похожей на крота или на гнома – не могу точно сказать.

Она переминалась с ноги на ногу и упрямо разглядывала потертый линолеум, словно вдруг узрела в его трещинах диковинные картины.

– Знакомьтесь, это ваша новенькая, Даша Костикова. Садись, Дарья. – Математичка в тот день была скупа на комментарии.

– А где? – еле слышно пролепетала новенькая, упорно продолжая таращиться в пол.

– Где видишь свободное место, там и садись, – щедро распорядилась учительница.

Свободное место было только рядом со мной. В пятом классе меня все еще дразнили Страхолюдиной, хотя в глаза так уже не называли. Детское прозвище постепенно блекло и терялось в школьных буднях, и временами даже появлялась надежда, что меня наконец посчитают своей.

Даша оторвалась от впечатлившего ее линолеума и взглянула на парты и множество детских голов, поднимавшихся над ними. Посмотрела растерянно и грустно – видимо, ей не сразу удалось разглядеть свободное место. Но очки, скорее всего, здорово помогали ей видеть предметы вдалеке, потому что, уставившись на мое лицо, она заколебалась, открыла рот, потом снова закрыла и сделала два неуверенных шага куда-то в сторону.