Оборотень по объявлению. Алрик - Наталья Буланова

Мира снова выросла рывком, в одно мгновение став размером со взрослую медведицу, и бросилась биться не на жизнь, а на смерть.

– Отошли все! – крикнула я гортанно.

Я сейчас не думала ни о чем – просто знала, что надо быстрей спасти Миру. Что сама меньше сверхов, что слабее – не думала. Расшвыряла их в стороны, видя перед собой только перепуганные глаза сестры в звериной шкуре. Она уже прилично подрала парней и по инерции бросилась на меня. Я успела подставить руку, и тут же ее пронзила боль. Зубы у сестры были что надо!

Мира застыла, глядя в мои глаза, медленно разжала челюсти и на глазах обернулась обратно.

Женя тут же сорвал скатерть со стола, а я помогла замотать голую сестру. Мира вцепилась в меня клещом, рыдая и постоянно повторяя:

– Прости, прости, прости.

Она всегда так вела себя, если даже царапала меня. Колючка, злючка и вреднючка, стоило ей нанести реальный вред, она тут же посыпала голову пеплом.

– У тебя кровь не останавливается! – Ваня частично размотал Миру под ее обиженное «эй» и оторвал от скатерти длинную полоску ткани. Он тут же кинулся обматывать мою руку, которая стала красной, словно мои туфли на шпильке. В итоге накрутил непонятно что.

– Лекарь из тебя аховый. – Я прижала к себе голову Миры, поцеловала в макушку. Она все еще повторяла «прости», но уже тише, так, чтобы слышала только я.

– Ну вот, теперь лазанья отменяется, да? – Женя разочарованно вздохнул, но взгляд у сверха был невероятно сосредоточен. Особенно на Мире.

– Заживет. Я же сверх. – Я была равнодушна к травме, но не к сестре: – Мира, все хорошо. Это гормоны. Ты справишься.

– Ты бы так никогда не сделала! – Нижняя губа Миры задрожала.

– Неправда. Когда я была в твоем возрасте, то покусала главу, – шепнула я.

– Правда? – Ваня даже руку мою отпустил от удивления.

– А за какое место? – уточнил Женя. Как помощника главы, его явно неспроста интересовал этот вопрос.

– Не скажу, – вспомнила я те деньки. – Мне за это до сих пор стыдно. Так что, Мира, не ты первая, не ты последняя.

– Ага, только помни, что слово может ранить даже сильнее твоих зубов. У оборотней не только регенерация хорошая, но и память. Ты бы перед сестрой не только за рану извинилась, но и за фокусы.

Мира подняла на меня взгляд. Я читала ее эмоции, будто она была открытой книгой. И обняла ее крепче, зная, что мы самые близкие друг другу существа на этом свете.

– Нам нельзя ругаться, помнишь? – шепнула я ей на ухо. – Ничто в этом мире не может нас рассорить.

Мира смотрела на меня взглядом побитой собаки. Кивнула и шмыгнула носом.

– А теперь приводи себя в порядок, а я здесь уберусь.

Скоро нагрянет очень важный для сестры гость. Судьбоносный.

– Оденься красиво, – шепнула я, чувствуя себя так, будто отдаю правую руку человеку с двумя руками. Дурацкие эмоции!

Я же обещала, что сестер ничто не поссорит. Алрик ее, надо помочь им встретиться как следует.

Я начала разматывать бинт, но Ваня поймал мою руку:

– Рано.

– Мне нужно приготовить лазанью.

– Еще не затянулось.

– Спасибо за помощь, я сама.

Ваня посмотрел на меня так, будто хотел еще что-то сказать, но тут его телефон зазвонил.

– Да, глава. Понял. Скоро буду. – Он повесил трубку и сказал Жене: – Поехали. Дело срочное.

Мы с сестрой встали, и я продолжила разматывать руку. Краем глаза заметила, как Ваня остановился на выходе.

– Что?

– Ничего. – С каменным выражением лица он пошел прочь.

Мира проводила его долгим взглядом, а потом вдруг спросила:

– Ваня тебе нравится?

– Мне? – Я так удивилась, что кончик лоскута выскользнул из пальцев.

– Да. Ты постоянно с ним то ругаешься, то смеешься. Он тебе нравится?

– Нет, конечно!

На выходе что-то громыхнуло. Когда мы с Мирой подошли посмотреть, что за звук, то нашли у дверного косяка венчик.

***

Алрик

– Зачем вам моя сестра?

Внешне я был абсолютно спокойным, мирным, как поверхность планеты, но внутри меня кипела магма. Я привык к интересу со стороны сверхов к Вильме, но когда о ней спрашивает глава другого клана – хорошего не жди.

– Ну как зачем? Статистика неумолима. Хочу дать шанс своим ребятам. Парень у меня один есть – здоровый, сильный, преданный, на хорошем счету за свои уникальные способности. Расскажи о предпочтениях своей сестры, и мы вместе подстроим их свидание.

И этот медведь называет лис хитрыми? У него, случайно, пузо не рыжее? Может, гибрид?

– Ничего не получится, – откровенно сказал я. – Вильма слишком через многое прошла.

– Я слышал, что к ней невозможно подобраться. Она приветлива, улыбчива, пользуется внешностью, но никогда не подпускает ближе. Неужели ты, как брат, не хочешь ей счастья? Я предлагаю очень надежного парня.

– Так и сватай к своим. Хороших не отдают.

Влад опустил взгляд, будто хотел что-то скрыть от меня.

– По определенным причинам я вынужден действовать так. Потом ты поймешь и скажешь мне спасибо. Я могу за него ручаться. Все-таки слово главы что-то да значит, не находишь?

– Не боитесь, что Вильма будет недостаточно хороша для вашего парня? Вдруг она только красивая обертка? Не задумывались?

– Я изучал ее на нескольких встречах кланов за эти два года. Она по-лисьи умна и по-волчьи преданна. Вы делаете для клана рыжих очень много, а поступки говорят лучше слов. Так что? Одна встреча – и больше не лезем в их жизнь, а ты получаешь доступ к видео и экскурсию в берлогу?

– Я насчет сестры не торгуюсь. Если суждено – встретятся. Судьба очень хитрая госпожа.

– Да уж, судьба – та еще коварная женщина, – кивнул со странным выражением лица Влад.

И тут раздался стук в дверь.

– Входи.

– Глава? – В проеме показался огромный сверх под два метра ростом.

– Это Иван. Тот, про кого я тебе говорил.

И стоило только медведю войти, как в нос ударил знакомый запах такой силы, будто этот Ваня весь терся об нее. О владелицу туфельки.

– Черт! – Влад тоже уловил запах и резко вскочил с места.

Оборот случился словно по щелчку хлыста – резко, хлестко, больно.

– Только не в кабинете! – заорал глава бурых.

Я бессильно зарычал, пытаясь справиться с диким желанием растерзать соперника на части. Нельзя, не сейчас, надо сначала узнать все. Вдруг это ее брат?