Черно-белое знамя Земли - Вячеслав Шалыгин

— Все, кроме Бороды, — заметил Чижов. — Внешне медведь, а на самом деле большо-ой змей. Хитрый и чуткий. Даже по воздуху к нему не подкрадешься. Только насчет шпионажа все ясно, командир. Джейсон наводил модификантов и до, и после нашего бегства с Алтая на орбиту. Это все можно опустить.

— Не все ясно, майор, не все. — Воротов пристально взглянул на Чу. — Признайся, Джейсон, что это была за прихоть? Модификанты шли за нами следом и могли напасть в любой момент. Почему ты дал нам передышку в Онгудае? Хотел насладиться игрой, которую вел с глупыми доверчивыми людишками? Или тебе нужно было выдержать паузу, пока «дозревает» выгодная ситуация в Совете и правительстве?

— Не надо вешать на меня чужих собак, командир! — Джейсон поднял руки и помотал головой. — Когда стучал, тогда стучал, я уже покаялся, а «игры» с правительством… увольте. Слишком сложно для меня. И насчет Конфуция — все чистая правда. Ничего, кроме цитаты, не было!

— Было, Джейсон. Так же, как было на борту станции, в тюрьме и в гостинице на Форпосте. В первую очередь была хитрейшая маскировка. Ты отлично знал, что шансы у твоей затеи пятьдесят на пятьдесят, поэтому использовал для себя лучшее прикрытие — ты стал одним из тех, кто тебя ловит!

— Да какая затея, о чем вы?!

— Не перебивай, пожалуйста! — строго сказал Алекс. — Эту схему впервые ты опробовал, внедрившись в организацию Штейнбока. Сумасшедший профессор наивно полагал, что тебя ему послало провидение. Он думал, что это удача — заполучить человека, готового добровольно превратиться в киборга-модификанта. Он верил, что с твоей помощью сумеет перехватить инициативу, которой тогда безраздельно владел Золотой Дракон. Штейнбоку, а впоследствии нам и в голову не могло прийти, что могущественный Золотой Дракон — лидер и властитель дум миллиардов модификантов — способен на такой оригинальный и дерзкий ход. Что он станет первым «Хартманном»! Ты не просто использовал весь потенциал компании «Манитек» и наработки проекта «Хартманн» для пользы ШНЦ, Джейсон, ты буквально проглотил конкурирующую фирму вместе со Штейнбоком. Проглотил и переварил, но так ловко, что сам Штейнбок понял это лишь за минуту до смерти. За минуту до того, как ты, Золотой Дракон, выплюнул не переваренные остатки проекта «Хартманн».

— Останки… Штейнбока… — тихо сказала Анжела.

— Я?! — Джейсон нервно хихикнул. — Золотой Дракон?! Вы совсем рехнулись, командир! Окончательно и бесповоротно!

— Но увеличения потенциала ШНЦ, поддержки в правительстве и новой ипостаси — сверхчеловека без кавычек — тебе показалось мало, — спокойно продолжил Воротов. — Ты не был до конца уверен, что справишься с масштабом авантюры. Как ты мог подстраховаться от неудачи и прямой угрозы лично тебе? Успех затеи с поглощением проекта «Хартманн» подсказал тебе простое, хотя и рискованное решение — стать одним из нас и контролировать процесс прямо с места событий. Ты приказал своим людям в правительстве, а они «подсказали» Штейнбоку, как добраться до глотки его главного конкурента — Золотого Дракона, используя шпиона в группе «Омега». Круг замкнулся.

— Ну вы вообще. — Джейсон покрутил пальцем у виска. — У меня, конечно, нервы вдвое толще, чем у любого из вас, но тоже не стальные канаты. Нашли крутого заговорщика! Командир, очнитесь, это же я!

— Вижу, что ты, — спокойно сказал Алексей. — Только не знаю, как тебя зовут на самом деле. Документы кадровой службы ШНЦ исчезли одновременно с лабораторными файлами. Это тоже стало косвенным доказательством того, что ты из Шанхая, Джейсон.

— Из Циньдао, — буркнул Джейсон. — И звали меня изначально Чжен Линфань. Несете какую-то белиберду!

— Джейсон Чу, Чжен Линфань, Золотой Дракон. — Воротов кивнул. — Имя не важно. Важно то, что ты тот самый «химик», который придумал и испытал изомеры для модификации — для процесса, превращающего людей в ночных существ. Скажи, где ты испытывал первые образцы? На ком? Ты ставил опыты на заключенных в тюрьмах Формозы, спутника Дао, верно? Там же впоследствии ты построил первые фабрики по производству своей «дряни». Оттуда же изомеры попали на Землю, и когда твои покровители сумели наконец обмануть Совет Земной Федерации, твоя «дрянь» при посредничестве ШНЦ пошла в народ. И сразу же по планетам начала расползаться новая великая идея — мир не может прокормить всех, так пусть выживут сильнейшие! В результате модификации сильнейшими — по жребию: «дневными» или «ночными» — становились те, кто подчинился воле Золотого Дракона. Это значит, что особого выбора у «нормальных» не оставалось. Либо присоединиться, либо погибнуть. Твоя власть росла, империя ширилась, но для полного успеха тебе не хватало «качества продукта».

— Вечная проблема, — хмыкнул Чижов. — Стрелять учатся день, попадать — всю жизнь.

— Модификация шла, как лавина с горы, но Золотому Дракону требовалось время для тщательной проработки всех деталей своей авантюры. Как он мог затормозить процесс, который сам вызвал к жизни?

Воротов на секунду замолчал и взглянул на Вакидзаси.

— Никак, — сказал офицер. — Поэтому пришлось «ускориться» самому. С помощью «Хартманна». Как сказано в «Дао дэ цзин»: кто превозмогает других, тот силен, кто превозмогает себя — тот могуществен. Дракон руководствовался этим принципом. Правда, только им. «У вэй» — отказ от борьбы и желаний — он почему-то проигнорировал. Своеобразная трактовка заветов Лао-Цзы, не правда ли?

— Ему Кун-Цзы[8]ближе, — заметил Чижов. — Даже цитирует.

— Мое уважение, офицер Вакидзаси, это была ключевая догадка. — Алекс кивнул. — Ваша догадка. Так все и было. Став «Хартманном», Дракон решил сразу три задачи: устранил возможную помеху в лице амбициозного и талантливого изобретателя Штейнбока, «усовершенствовался», став «самым модифицированным из модификантов», и увеличил производственный потенциал Шанхайского проекта за счет присоединения к нему лабораторий компании «Манитек».

— Зачем же он уничтожил «хартманнов» второй генерации? — задумчиво спросил Чижов. — Ведь это, получается, его потенциальное «имущество».

— Вспомни, что он говорил десять минут назад. Это была правда, умело подмешанная ко лжи. — Алекс кивнул Вакидзаси. — Ключевые слова — «пятая колонна».

Вакидзаси щелкнул пальцами, и в каюте зазвучал фрагмент записи недавних рассуждений Чу.

«…Он уже тогда догадывался, что нам пытается подыграть „пятая колонна“ в стане врага — сам Золотой Дракон! Задумайтесь, командир, что получилось. Дракону была нужна власть над ночным народом, только и всего. Он, если задуматься, и с этой задачей едва справлялся, а ШНЦ и Штейнбок пожелали сделать еще пару видов, стократ круче „ночных“. Что оставалось Дракону? Только попытаться как-то остановить ШНЦ и Ганса, оставшись в то же время при своих интересах, то есть не конфликтуя с ними напрямую. „Омега“ оказалась идеальным вариантом для проведения столь тонкой саботажной операции. Вот почему Анжела легко нашла профессора Ли на Форпосте, и вот почему этот липовый „эксперт“ так много знал о Шанхайском проекте. Я уверен, что никаких промышленных шпионов в природе не существовало и никто из ученых свой ШНЦ не предавал. Текст для выступления фальшивого Ли был написан самим Драконом!..»