Вендетта - Лана Мейер

Роксана

(Спустя пять лет. Время, где происходят основные события истории)

Пешие прогулки всегда помогали мне привести в порядок свои мысли. В такой солнечный день нью – йоркская подземка не казалась мне лучшим вариантом перемещения, поэтому, собрав все необходимое для кастинга в сумочку, я решила добраться до Манхэттена пешком, совершив нереальный подвиг в виде пройденных шести километров. И все это после бессонной ночи и перед кастингом, на котором мне снова придется делать то, что я ненавижу.

Несмотря на все это, я просто обожала Бруклинский Мост, вечно поражающий меня своими масштабами и сумасшедшей энергетикой, которая заставляла меня, чуть ли не лететь по нему, преодолевая довольно большую дистанцию.

Это расстояние между Бруклином и Манхэттеном, разделенное мостом над проливом Ист-Ривер, являлось настоящей символической ямой – вот она, граница между «нижним» и «верхним» миром. Две параллельные страны, существующие в одном городе, две реальности, в которых мне приходилось жить всю жизнь.

И ни к одной из них я не принадлежала по-настоящему.

Конечно, Бруклин был не таким уж и плохим местом, но все меркло в сравнении с роскошью и блеском Манхэттена.

Каждый раз, когда я прогуливалась по центру города, не могла отделаться от этого навязчивого чувства, что являюсь здесь лишней. Рано утром возвращаясь с работы, я замечала женщин в деловых костюмах, спешащих в желтенькие такси. Мужчин, одетых с иголочки: финансистов, биржевых брокеров, высокооплачиваемых менеджеров, спешащих в свои офисы сразу с двумя стаканчиками кофе из Starbucks.

Этот контраст с утренними зеваками из спальных районов было трудно передать словами.

Раньше я работала только в клубах Бруклина или Квинса, но удача улыбнулась мне, и я попала в один из популярных ночных домов Манхэттена, где моя ежедневная выручка увеличилась вдвое всего за одну ночь.

Сняв с головы капюшон, я подставила лицо весенним лучам солнца и всмотрелась в очертания каменных джунглей, простирающихся передо мной.

Многочисленные небоскребы, выстроенные на небосклоне неравномерными зубчиками, как всегда, захватывали дух.

Наверное, я бы не смогла жить в маленьком городке – жизнь там гораздо дешевле, но отсутствие анонимности всегда приводило меня в ужас. Здесь же, в огромном мегаполисе, я всегда могла затеряться в непроглядной толпе.

Я часто меняла клубы, в которых работаю, потому что от меня хотели большего. Каждый раз, когда приходилось выходить на сцену, чувствовала себя ужасно – я не была проституткой, и все же, продавала свое тело. Мне приходилось быть сексуальной, строить из себя не пойми кого, лишь бы получить лишние десять долларов за пояс своего нижнего белья и уйти в гримерную, кусая губы от тошноты и отвращения.

И все же, теперь я не воровала – в конце концов, иногда даже старалась философски подойти к делу: я ведь всего лишь танцую, а танец – это тоже искусство. И плевать, что при этом на тебя смотрят с несколько десятков мужиков, которые мечтают поиметь тебя, заполучить, употребить, словно я кусок мяса, не представляющий больше никакой ценности.

Когда я добралась до Манхэттена, вновь влезла в капюшон и посмотрела на карту в своем телефоне – клуб «Infinity» был совсем новым и располагался в самом сердце Манхэттена.

Мне было плевать, что это за клуб и где он находится, – главное, что за месяц своего существования он взорвал ночную жизнь Нью – Йорка и заполучил славу самого роскошного и дорого клуба города.

А это значит, что я наконец-то смогу оплатить все свои долги, не прибегая к воровству и покушениям на придорожные лавки.

Все что угодно, лишь бы не возвращаться к прошлому, где я была одичавшим зверем, способным пойти на все, чтобы достигнуть возмездия.

Я сжала кулон на своей шее – на удачу – и свернула на улицу, где меня ждал «Infinity», подсвеченный огнями и вывесками, сверкающими в сумеречном свете города под названием Нью – Йорк.

– Девочки, у меня есть шансы?

– А у меня? – Одна из девушек встала посреди гримерной и поправила руками свою грудь, приподнимая ее вверх. За взволнованными танцовщицами наблюдала в зеркале – я почти не успевала накраситься, поэтому впохыхах малевала лицо жирным слоем тонального крема и судорожно перебирала баночки в поисках туши для ресниц.

– Даже не знаю, – ответила другая стриптизерша – рыжеволосая девушка, которая, как я поняла, уже работала здесь. – Дерек выбирает обычно тех, у кого грудь побольше. Да и танцевать нужно пораскрепощенней, так что, все в ваших руках.