Обреченная на любовь - Алика Мур

– Что значит, ты не смогла отговорить его?

Эллион ошеломленно смотрел на Лину.

– Я… я понимаю, что виновата. Мне не стоило идти у Риккара на поводу, но он… он был в таком отчаянии.

Лина понуро стояла возле машины, не смея взглянуть Эллиону в глаза.Тот глубоко вздохнул и коснулся ее плеча.

– Прости. Это не твоя вина. Риккар – опытный маг и, несомненно, воспользовался даром убеждения. Ты все равно не смогла бы ему противостоять.

Эллион покачал головой. И как он сразу не подумал об этом? Не учел, что шурин не станет стоять, сложа руки, и ждать, пока кто-нибудь спасет его любимую. Что ж, остается надеяться, что Ахрон ни о чем не догадывается.

– Что будешь делать, Эл?

Лина взглянула на него с тревогой.

– Пока Ахрону нужен я, с Ксандрой и Риккаром ничего не случится. У нас остался один день. – Эллион задумчиво коснулся обгорелого перекрытия. – Здесь была комната Касси.

Лина положила руку ему на плечо.

– Ты сильный, Эл. Ты справишься.

– Да, – тряхнул головой Эллион. – Нам пора. За сутки мы должны собрать всех Свидетелей. Бывший жених Ксандры и парень из кофейни у нас. Двое свидетелей у Ахрона. Ими мы займемся позже. Остается девушка, которую ты освободила от власти ахира и два свидетеля, в телах которых сейчас эти темные твари обитают.

Эллион распахнул дверцу автомобиля и кивнул Лине.

– Садись, времени мало. Эта тварь уже напала на след девчонки. Если мы поторопимся, то возьмем сразу двоих.

Лина запрыгнула на сиденье, и машина с гулом рванула в сторону трассы.

***

Анна сидела за столиком уютного кафе. Чашка с ароматным чаем приятно грела озябшие ладони. Завтра. Он прилетит к ней уже завтра. Анна улыбнулась, вспоминая последние слова своего виртуального бойфренда. «Я буду ласкать тебя так, как никто и никогда не ласкал. Ты будешь молить меня остановиться, но поверь, в глубине души ты не захочешь, чтобы я останавливался. Никогда».

Сколько они знакомы? Неделю? Месяц? Анна не могла припомнить, сколько времени прошло со дня их случайного знакомства в Сети. Да это было и не важно. Главное, что он бросал все: свою работу, свою семью и прилетал к ней. Он любит ее. И они будут счастливы.

– Ваш счет, – вежливо сказала официантка, кладя на стол аккуратную книжицу в кожаном переплете.

Анна рассеянно улыбнулась девушке, достала кошелек и машинально отсчитала нужную сумму, включая чаевые. Это ее любимое место. Здесь она проводила вечера вместе с ноутбуком и с ним. Разумеется с ним. Обмениваясь короткими, но до дрожи нежными сообщениями, они словно сидели вместе в этом небольшом уютном кафе. Завтра. Уже завтра она приведет его сюда. Она так хочет, чтоб он окунулся в эту чудную атмосферу, в которой она впервые получила его сообщение.

– Я могу вас рассчитать?

Официантка замерла возле столика.

– Да, конечно.

Анна искренне улыбнулась.Ей хотелось, чтобы весь мир знал о том, как она счастлива.

Накинув кашемировое пальто и подхватив с диванчика сумку, она устремилась к выходу. На улице стемнело. Анна подняла воротник повыше и пошла вдоль светящихся витрин магазинов и вечерних кафешек в сторону парка. Вечерний моцион тоже входил в ритуальный круг счастья.

Она не заметила, как за ней из кафе выскользнула сутулая женская фигура в темном плаще. Незнакомка накинула на голову огромный капюшон и поспешила вслед за Анной.

Счастье. Какое же оно необыкновенное. Как сложно и, в то же время, необычайно просто поймать его за хвост. И вот тут главное не упустить, не разжать ладони, споткнувшись об острый камень обиды или недоверия.

Анна перебежала дорогу, легко перескакивая с одной белой полосы «зебры» на другую. Душа ее пела. Ей хотелось обнимать прохожих, хмуро кутающихся в балахоны и торопливо бегущих по своим норкам. «Люди, ау! Я счастлива!» – Анна улыбалась.

Центральные ворота парка величаво возвышались над суетливыми прохожими. Широкая дорожка, ведущая вглубь, блестела мокрыми плитами в свете старинных фонарей и была пустынна: вряд ли встретишь в такое время любителей пеших прогулок. Но Анна любила гулять. И любила этот парк. Она обязательно приведет сюда его.

Анна неспешно шла вперед, мечтая, как приготовит завтра блинчики с творогом. Как накормит любимого, а затем будет смущенно принимать его восторженную похвалу. Она не слышала, как темная фигура в плаще нагнала ее и не сразу поняла, что к ней обращаются.

– Ну что, сука, – хищно ухмыльнулась совершенно незнакомая ей девушка. – Погуляла и хватит. Привет тебе от Ахрона.

– Что?

Анна непонимающе уставилась на незнакомку, продолжая машинально улыбаться.

В руках той что-то блеснуло, и в следующую секунду живот пронзила острая боль. Стальной клинок по самую рукоятку вошел в ее тело. На какое-то мгновение Анна замерла, не понимая, откуда взялась эта дикая всепоглощающая боль. Мир поплыл перед ее глазами. Вместе с ним в сером тумане растворялась перекошенная гримаса незнакомки.

***

– Горгонья утроба, мы опоздали, – выругался Эллион, торопливо выскакивая из машины.

Он несся по залитой тусклым светом дорожке, разворачивая на ходу Свиток. Лина бежала следом.

– Вон они! – вскрикнула магиня, ускоряя бег.

Впереди отчетливо виднелись две фигуры. Одна из них лежала посередине дорожки. Над ней склонялась другая, в темном плаще. Сомнений быть не могло– это их Свидетели.

Эллион коснулся светящегося пергамента, и магия Свитка завладела его сознанием.

– Эн элатинум корве ла пэрас. Тарви сумм калиум за нардэс. Их ванэ латум ла корва миго, – слова срывались с его губ и разверзали пространство, образуя волнистую рябь в воздухе.

Хиша молниеносно обернулась и испустила пронзительный визг. Вокруг нее образовался огненный круг.

Эллион продолжал читать слова заклинания, в то время как обезумевший ахир пытался вырваться из ловушки.

– Томикус панум кану ликорвэ изидум!

Последний истошный вопль сотряс безлюдный парк.Темная сущность, вылетев изо рта девушки, с молниеносной скоростью устремилась в черную бездну круга, который поглотил пламя и сомкнул свою зияющую рану. В воздухе повисла гнетущая тишина.

Освободившееся от плена тело рухнуло на мокрые плиты.