Душа ночи - Светлана Ледовская

Я стёр все следы нашего прибывания в клубе. Ни один кадр не попал к ищущим убийц человеческих отбросов. У Миланы остался ожог от кислоты на шее, который никак не удавалось залечить полностью. Ублюдки пытались подчинить её смесью мака, горянки и уксуса. Сегодня я решил добавить немного своей крови в её ужин для лучшей регенерации. Заодно решил проверить, как она отреагирует на неё. У меня появилась навязчивая идея привязать ведьму к себе.

Пока я бежал в тот переулок, в голове билась одна мысль: "Не могу её потерять. Это меня убьёт".

Мы переехали за город. Ведьме здесь нравилось. Несколько следующих дней девушка тоскливо смотрела в окно, усевшись на подоконник и кутаясь в мягкий плед. Я подносил ей чай и настойчиво целовал, пока она не опрокидывала полупустую чашку и льнула ко мне, как кошка. Мы занимались любовью медленно, без жадности и я с удивлением понял, что получаю больше энергии. Лана шептала мне нежности, покрывала лицо лёгкими поцелуями. Но меня не покидало ощущение, что она готовится уйти. Ее тяготила зависимость от меня. И ещё…

Я начал питаться от доноров. Однажды все восставшие приходят к этому. Вместе с кровью я получал силу и часто всё заканчивалось сексом. Механическим, но вполне питательным. Даже мужчины натуралы готовы были меня удовлетворять, но я довольствовался девками из эскорта. Выезжая в город, всегда посещал квартиру для удовлетворения особых нужд.

Ведьма чуяла на мне посторонние запахи и её сердце сбивалось с ритма при моём возвращении из чужой постели. А ещё она прятала взгляд. Мне приходилось запрокидывать её лицо, чтобы видеть влажные глаза.

— Ты моя? — спрашивал я и каждый раз она кивала, сдаваясь моему напору.

Мы понимали, что иначе не выйдет и я не могу голодать. Или это понимал только я.

Я зашел в спальню и застал её спящей. Темные волосы рассыпались на подушке, губы приоткрылись и длинные ресницы отбрасывали тени на слишком бледную кожу. Одеяло сползло с острого плеча. В тусклом свете ночника очень отчетливо виднелось клеймо оставленное раскалённым металлом. Давно. Но недостаточно, чтобы сровняться или исчезнуть. Мне всегда было сложно представить, как она пережила рабство. Милана оставалась такой свободолюбивой… и это могло стать проблемой.

С тех времён, когда мы пили вино в маленьком домике на горном озере моя девушка изменилась. Конечно. Ведь я тоже теперь Другой. Сейчас я почти равен ей по силе. Хотя, я могу здорово ошибаться. Милана не показала мне всего на что способна. Для этого она сильно привязана ко мне. Любит? Она сама почти сказала это. И ведь наверняка, это самое большее что она может мне предложить. Я едва сдержался, чтобы не зарычать. Почему она просто не может быть со мной? Ведь я остался собой. Немного более жесткий и жадный, я всё ещё был тем, кто искал её и готов был… Я вышел в гостиную и от души пнул диван. Ради Ланы я стал чудовищем. Тем, кого презирают и сторонятся. По счастливому обстоятельству в моём роду были инкубы и только это позволило мне остаться разумной разновидностью немёртвых и иметь все их преимущества и никаких недостатков. А голод… Я пнул диван ещё раз… всего лишь часть моей новой сущности. Она должна это понять и принять. Она примет. Я уже не тот слабый и умирающий идиот, который готов был просто быть рядом. Теперь мне этого мало. Я хочу быть вместе с ней. Она моя…

— Валс? — девушка стояла в дверном проёме и настороженно осматривала разбитую мебель. Я сам не заметил, как разнёс всю комнату.

— Милая, — я запустил пальцы в волосы, опасаясь, что она заметит, насколько я зол. — Извини, немного сорвался. Иди отдыхай.