Самая темная страсть - Джена Шоуолтер

Оливия рыдала, пока ее слезы не иссякли, прижимая к себе тело Аэрона.

Она едва заметила что солнце опустилось и снова взошло.

Едва заметила как подошли друзья Аэрона.

Увидев, что осталось от воина, Страйдер упал на колени и взревел.

Торин оплакивал друга.

Люциен ожидал, чтобы сопроводить его душу, но она не появлялась, и никто не знал почему.

Мэддокс яростно требовал ответов, все остальные замерли в шоке, не веря своим глазам, мертвенно побледневшие, потрясенные.

Только Гидеон отошел в сторону, потому что его слезы убивали ее.

Ее просто уничтожила ее, разорвала ее сердце на куски, реакция Сабина.

— Только не он, — отрывисто произнес воин.

Только не этот человек.

Заберите меня вместо него.

В ней кипело тоже самое чувство.

Как и она, они не хотели покидать склон.

Камео пыталась убедить ее подняться, отпустить Арона, чтобы остальные могли обнять его и попрощаться.

Она отказывалась.

Даже их сильные руки не смогли оттащить ее от него.

Наконец, они оставили ее в одиночестве, но она знала, что они ждали поблизости, наблюдая, желая вернуться обратно.

Это не может быть концом всего, оцепенело подумала она.

Просто не может быть.

Никакой бессмертный не сможет восстать после того, как его обезглавили.

Она знала это.

Но это все равно не может быть концом.

Аэрон не мог умереть вот так, в одиночку.

Эти слова вертелись в ее сознании, во второй и в третий раз.

Аэрон не мог умереть в одиночку.

Аэрон не мог умереть в одиночку.

Эта смерть была во всех смыслах неправильной.

Бессмысленной, беспощадной.

Аэрон не мог умереть в одиночку… и не умерет.

Надежда внезапно озарила тьму к ее душе, и эта мысль заняла все оставшиеся у нее силы, Оливия наконец, выпустила воина из рук… нет, держать его, никогда не отпускать…и опустилась рядом на землю.

О нет.

Он не умрет в одиночку, поклялась она.

— Оливия, — сказал один из ждущих, приближаясь к ней, в его словах было столько печали, столько сожаления, столько боли.

Не обращать внимания.

Закрыв глаза, она развела руки и подняла голову к сияющему солнцу.

Действуй.

— Я готова вернуться домой.

Занять принадлежащее мне место на небесах.

Стать ангелом, тем, кем я и была создана.

Тотчас же она поднялась в небо, крылья выросли у нее за спиной в одном прекрасном порыве.

Она обернулась и посмотрела на них, с удивлением обнаружив отсутствие золотых вкраплений.

Теперь больше не воин.

Забавно.

Она больше не воин, но никогда раньше она не собиралась так много бороться за все.

Аэрон не умрет в одиночку.

Лисандр появился рядом с ней секундой позже, его лицо выражало муку, как будто он испытывал физическую боль.

— Прости, Оливия, но это должно было произойти.