Самая темная страсть - Джена Шоуолтер

Впервые в жизни она испугалась падения.

— Вода, — крикнула она Легион.

— Не забывай…

Она не успела договорить, т. к. что то твердое сжало ее рот.

Что то другое, такое же сильное, сжимало ее талию, прижимая ее к стене.

Они выровнялись и начали подниматься в верх, и подниматся все выше и выше.

Мужчина, подумала она.

Мужчина, держал ее.

Не Аэрон и не Лисандр.

От него исходила угроза.

Изо всех сил она пыталась вырваться на свободу, она не могла видеть царапины на его коже, но она чувствовала его, Она била ногами по его ногам, пока он поднимался с ней.

— Ты бы не делала этого, если бы знала кто я, сказал он.

Голос из ее комнаты.

— Кто ты? Что ты сделаешь со мной?

Они взмыли в облака, скрывшие их из поля зрения.

— Мне по настоящему больно.

Я думал, что моя репутация меня опережает.

Гален, догадалась она.

Главный враг Аэрона.

Аэрон когда-то рассказывал Торину, что он нашел Плащ Невидимку.

Вот как он смог незаметно пробраться в крепость.

Вот как он пробрался я спальню Аэрона.

Вот как он погубил то, что осталось от ее жизни.

Торин не устанавливал камеры в спальнях, но у него были камеры которые могли видеть ее падение и полет.

Любой просмотрем съемку, мог решить что она просто возвратилась на небеса.

Если Легион не раскажет ему что на самом деле произошло, Аэрон будет считать что Оливия солгала ему.

Он будет считать, что она ушла не попрощавшись.

Кровь застыла в ее венах.

Она должна убедить Галена вернуть ее обратно.

— Не знаю чего ты добиваешься, но я уверена что ты не достигнешь желаемого.

Аэрон не заботится обо мне.

По крайней мере, не так как бы она этого хотела.

— Он позволил мне уйти.

— Я очень сомневаюсь, но не из-за тебя я был в крепости.

Ты стала просто последним шансом.

— И чего же ты хочешь?

Его руки сжались вокруг нее.

— Ты действительно думаешь что я расскажу тебе все свои секреты?

— Ты собираешься причинить мне боль? Скажи мне хотя бы, это.

— И испортить мой сюрприз? усмехнулся он.

— Нет.

Лучше я тебе покажу.

Он сложил крылья и они начали падать…

Аэрон очнулся от толчка.

Только что он растворялся в жгучей боли пробивающееся через него, превращая его органы в пепел, и вот прохладный дождь пронесся по его телу.

Прохладный дождь он сразу узнал.

Река Жизни.

Оливия здесь, и она снова спасла его.

Но. открыв глаза он замер, он увидел что это Легион, крутилась над ним, и волна разочарования накрыла ее.

— Сработало.

Она улыбнулась сияющая и счастливая.

— Это действительно сработало.

Он очень хотел ее спросить о падшем ангеле, но не смог.

Не желая вызывать других проблем.

— Другие? Его голос стал грубее чем обычно, и виной тому был не дым, который он вдыхал.

Вода исцелила его.

Но мысль что Оливия навсегда покинула его убивала.

— Меня это должно волновать? Ты знаешь, — добавила Легион, прослеживая пальцем линию его груди.

Она опустила ресницы, но он успел заметить ее взгляд.

В нем не было желания.

Нет, в глубине ее глаз горела решимость.

— Теперь, когда ты исцелился, мы должны завершить одно дело.

В ужасе он схватил ее за запястье.

— Остальные, Легион?

Как они?

Она вздохнула, озабоченно глядя на него.

— Они все еще больны.

Доволен?

Теперь все хорошо? Но им намного лучше чем было тебе.

Уверена.

Нет, те пули внесли яд в их организм.

— Ты хочешь сказать что им не дали Реку Жизни? — Может быть Оливия, оттуда где она была наблюдает за его друзьями.

Как ей это нравится.

Заботится, приносить пользу.

— Нет, они не получили.

в голосе Легион чувствовалось растущее напряжение.

— Вернемся, к незавершенному делу.

Черт ее побери.

Она заставила его спросить.

— Есть она в флаконе Оливии?

Наконец отказавщись от попытки обольшения, Легион отвернулась от него.

По крайней мере ее гнев испарился, и он отметил, что она красивая, идеальная.

— Нет, сказала она.

Все закончилось.

Мне жаль.

Врятли.

В прошлый разтам было достаточно чтоб спасти целую армию.

Аэрон сел и провел рукой по своему лицу.

И так.

Если у Оливии не было воды, это означает что это сделала Легион, она только что дала ему, и только что флакон был здесь.

Но почему Легион, он догадался об ответе и нахмурился.

Ну конечно.

Она экономила для него.

— Почему бы нам не устроится поудобенее, — поинтересовалась она.

В конце концов она не отказалась от обольшения.

Он вздрогнул.

— Отдай мне воду, Легион, и не пытайся переспать со мной.

Я знаю мы должны это сделать но не сейчас.

Гнев начал просыпаться в его голове, подтягиваясь и зевая.

— Нет, я…

— Легион.

Я пожертвовал своей жизнью, чтобы сохранить твою.

Минимум, что ты сейчас можешь сделать, это отдать мне воду.

Нахмурившись, она скрестила руки на груди.

— На самом деле это звучит как я…

я не знаю, что это губит тебя.

Он наклонил голову, его молчание сказало само за себя.

Жизнь без Оливии, какой бы она не была, будет для него наказанием.

Легион для него была ребенком.

"Детка" больше не казалось важной.

Ты не сможешь ненавидеть ее.

Отлично.