Таинственные маги рынка. Лучшие трейдеры, о которые вы никогда не слышали - Джек Д. Швагер

– Это были внешние или внутренние деньги?

– Видимо, и то и другое, но это был классический бум розничной торговли. Все были в этом замешаны, и мои родители были не хуже других. Они вкладывали все свои сбережения в фондовый рынок. В начале 1987 года они продали все свои акции, чтобы купить сельскохозяйственные угодья, что они всегда хотели сделать. Они продали свои акции и купили дом, поскольку условия государственной субсидии требовали, чтобы они владели недвижимостью в течение пяти лет. По истечении пяти лет они смогли продать свой дом и купить ферму. Им очень сильно повезло. Если бы вместо пяти лет потребовалось шесть, их история закончилась бы совсем иначе. Ваш Черный понедельник был нашим Черным вторником. После краха 1987 года в США на фондовом рынке Новой Зеландии тоже лопнул финансовый пузырь. За шесть месяцев фондовый рынок упал на 50 % и не восстанавливался до старых максимумов в течение более 20 лет.

– Какой процент прибыли от своих инвестиций получили ваши родители?

– Не знаю, но рынок Новой Зеландии вырос в шесть раз, и они продали свои акции в течение полугода после пика. Так что, я полагаю, они как минимум утроили свои деньги.

– Итак, тот факт, что ваши родители заработали достаточно денег на фондовом рынке, чтобы купить ферму, хотя и по счастливой случайности, отразился на вас. Сколько вам было лет, когда они продали свои акции и купили ферму?

– Мне было около пяти. Но об этой истории еще долго все говорили, и потому она запомнилась мне. Мой отец по-другому смотрит на его неожиданные доходы на фондовом рынке: он настаивает, что это было чистым мастерством.

– Что еще вызвало у вас интерес к рынкам и трейдингу?

– Это было, когда я учился в университете. У меня была группа друзей, которые вечно говорили о фондовом рынке. Нас было восемь человек, и однажды мы создали инвестиционный клуб. Каждый из нас вложил целую кучу денег на объединенный инвестиционный счет. Изначально он был похож на обычный клуб, где мы проводили встречи, и каждый вносил свой вклад. Но только двое из нас – я и один из участников – в конечном итоге взяли на себя всю работу, а остальные просто согласились с нашим выбором акций. После того как мы закончили учебу, мой друг устроился работать в инвестиционный банк и ему пришлось выйти из нашего клуба. Так что с 2004 года я управлял портфелем самостоятельно. Клуб акций продержался до 2010 года.

– Какова была его производительность?

– До 2008 года она была в лучшем случае средней. Затем в 2008 году в течение шести месяцев мы потеряли 50 %. Однако я видел, что акции были безумно дешевыми. Я убедил некоторых инвесторов удвоить ставку, и в 2009 году портфель вырос на 88 %.

– Почему в 2010 году вы закрылись?

– Я хотел внести изменения в устав нашего клуба в надежде преобразовать его из акционерного клуба в формальную инвестиционную структуру. Чтобы убедить некоторых инвесторов клуба инвестировать вместе со мной в структуру управляемого счета, я использовал высокие результаты 2009 года.

– Сколько времени вы тогда уделяли инвестициям?

– Я тратил столько времени, сколько мог. В то время я работал в Лондоне, и мне посчастливилось получить работу с возможностью работать на дому. Каждый день я вставал очень рано, с утра выполнял свою официальную работу, а во второй половине дня торговал на рынках США. Эта уникальная ситуация позволяла мне быть трейдером на полную занятость и при этом иметь достаточно средств, чтобы платить за аренду.

– Почему вы уехали из Новой Зеландии в Лондон?

– Жители Новой Зеландии в возрасте 20 с небольшим лет часто уезжают в Лондон на несколько лет.

– Вы приехали в Лондон чтобы найти работу, связанную с рынками?

– Да, я подумал, что это хорошая возможность поработать в банке или менеджером фонда, что более соответствовало моим интересам.

– Были ли у вас проблемы с поиском работы в Лондоне?

– Я прилетел в Лондон в сентябре 2008 года! [Говоря это, он смеется, потому что его прибытие совпало с финансовым кризисом.] Я до сих пор помню, как вышел из метро и взял бесплатные газеты, которые они раздают. Каждый день публиковались все новые заголовки о том, сколько людей было уволено в Сити накануне. И эта цифра всегда исчислялась десятками тысяч.

– Как вы нашли работу в такой сложной ситуации?

– Я получил работу по контракту на три месяца, выполняя задания по составлению электронных таблиц. По итогам мне продлили контракт до четырех лет, и затем я уволился, чтобы полностью посвятить себя трейдингу.

– Какую стратегию вы использовали, начав торговать на брокерских счетах?

– Я начал с инвестиционной стратегии по принципу «покупай и удерживай» в комбинации с макроторговлей. В части последней я никогда не достигал большого успеха. Мне она не нравилась, потому что вы торгуете на огромных рынках и всегда найдется кто-то владеющий большей информацией, чем вы. Моим первым значительным успехом было открытие коротких позиций по искусственно взвинченным в цене акциям на внебиржевом рынке. Это были такие акции, цена на которые практически без всяких оснований поднималась с 50 центов до $5 или $10, а затем рушилась в течение дня. Я нашел службы исследований и блоги, посвященные центовым акциям. Большинство из них фокусировались на нагнетании цен таких акций, но меня интересовали ресурсы, фокусирующиеся на продажах.

– Я понимаю, как эти акции могут резко подскочить в цене, а затем вернуться практически к нулю. Но, мне кажется, трудность состоит в том, чтобы оценить, насколько высоко они могут подняться в цене. Если цена бесполезной акции может подняться с 50 центов до $5, то она с таким же успехом может легко подняться и до $10. Как же вам удавалось определять время для открытия короткой позиции, не неся огромного риска?

– Акции, относящиеся к категории «накачки и сброса», очень непохожи на обычные акции. Типичным паттерном является ситуация, когда акции начинают свой рост примерно с 50 центов, ежедневно повышаясь на 20 или 30 центов. Критическим сигналом было то, что в один из дней акции не смогли закрыться на максимумах, – это было сигналом о том, что искусственное нагнетание цены акции заканчивается.

– Иными словами, вы говорите, что эти акции каждый день будут ступенчато подниматься в цене до последнего дня, после чего они обвалятся?

– Да, после первого дня несостоятельного роста они могут упасть на 60–70 % уже на следующий день. Это была отличная стратегия, потому что эти акции всегда постепенно и контролируемо двигались вверх. В случаях с этими акциями у вас никогда не будет диких параболических восходящих движений, которые иногда случаются с нормальными акциями.

– И это всегда срабатывало? Разве у вас никогда не было такого, что вы открывали короткую позицию после первого дня нисходящего движения, а затем цена акции возобновляла восходящий тренд?