Вечный sapiens. Главные тайны тела и бессмертия - Александр Никонов

…В этот момент из каминного зала на веранду выехал сторожевой робот, поднял механическую голову и посмотрел на Тимура Артемьева. Это был явно знак свыше. Маленький, размером с игрушечный радиоуправлемый джип, робот, накопивший сил в своей зарядной станции возле розетки, решил выехать на патрульную поездку по дому, чтобы осмотреть свое хозяйство – все ли в порядке. Само будущее в его лице поприветствовало нас и напомнило о своей неотвратимости. Мы уже шагнули в него. Или оно железной пятой наступает на нас.

Я почесал затылок:

– Зачем бороться со старостью, если нас всех все равно ждет сетевая жизнь без всякого тела? Как в религиозном раю…

Этого не видно широкой публике, но борьбой со старостью занимается довольно много людей в мире. Нет, если сравнивать с китайцами, то их, конечно, мизер. Но ведь и Циолковский был когда-то один. А вон оно как все потом обернулось… В вопросах бессмертия мы сейчас примерно на уровне циолковщины. Или на уровне молодого Королева. Еще буквально вчера геронтологов вообще не воспринимали всерьез. А теперь миллионеры скидываются на мышей, а руководители государств уже позволяют себе в разговорах друг с другом прямо на камеру высказаться о необходимости принятия мировой программы по борьбе с природной порчей нашего носителя. Правда, понимания у коллег еще достигают не всегда.

Пока что успешнее работают другие методики продления жизни: оздоровительного плана. Помните смешной, но удивительно точный вопрос доброго доктора Блюма, который делает людям очень больно:

– А вы в бессмертие человека потащите с его геморроем в заднице? Не знаете? Так спросите об этом у Батина…

Я пошел и спросил Батина, мне не жалко. Михаил Батин – глава фонда «Наука за продление жизни». Энтузиаст вечной жизни в бессмертном теле. Именно он, потратив 200 тысяч евро своих личных денег, привез в Россию испанского врача итальянского происхождения Паоло Макиарини, который вырастил первый в мире искусственный орган для человека – трахею. Теперь и в России!..

Выращивание и трансплантация искусственных органов – та самая промежуточная ступень на пути к бессмертию, о которой я беседовал в Даламане с другими энтузиастами бессмертия индивидуального разума. И мы шагнули на эту ступень тоже. Все перспективы, отмеченные в Даламане, пока четко осуществляются…

Пересадкой сердец, печеней и почек нас уже не удивишь. Но Паоло Макиарини не стал пересаживать своей пациентке трахею от трупа. Он сделал немного по-другому. Его пациентка имела проблемы с левым бронхом из-за перенесенного туберкулеза. В результате левое легкое не могло нормально работать. Обычно в таких случаях легкое удаляют. Это, я считаю, чересчур – выкидывать нормальный орган из-за ерунды. Все равно что выкидывать компьютер из-за поломавшейся кнопки включения. Так же считал и Макиарини, работающий в Барселонской клинической больнице.

Он решил применить к людям методику, прежде обкатанную на свиньях. Взял у скончавшейся женщины кусок трахеи длиной в 7 сантиметров и отмыл его от всех клеток, которые могли вызвать реакцию отторжения у реципиентки. Остался только белковый коллагеновый каркас. Снаружи его покрыли клетками хрящевой ткани самой пациентки, которые вырастили из ее стволовых клеток, взятых из костного мозга. Внутри каркас покрыли клетками эпителия, взятыми с ее бронхов. Далее, полученную конструкцию поместили в биореактор, чтобы клетки разрослись и срослись с каркасом. Это заняло четверо суток.

После чего дефектный бронх удалили, а новый поставили. Через десять дней пациентку выписали. Ее левое легкое работало в полную силу. Никаких воспалительных процессов, никакого отторжения.

Первая операция была очень дорогой. Ее буквально «собирали», как собирают опытный термоядерный реактор ИТЭР – в разных концах мира. В одной клинике Европы выращивали клеточную культуру, в другой делали коллагеновый каркас, в третьем месте стоял биореактор. Операция длилась несколько часов, но ее подготовка заняла недели. Сейчас Макиарини разработал упрощенную схему, и вскоре подобные операции будут делать на потоке, как сейчас делают аортокоронарное шунтирование.

Эти два пути – искусственные органы и роботизация порой живут в конвергенции и приводят к самой настоящей киборгизации человека уже сейчас. Так, например, в Германии разработан искусственный сфинктер. Сделали эту штуку в Немецком центре аэрокосмических исследований в Вайслинге. Она представляет собой силиконовую манжету с дистанционным управлением на основе технологии «блютуз» и имплантируется вокруг уретры или прямой кишки. Манжета заполняется жидкостью из специального резервуара с помощью миниатюрного насосика. Все это монтируется в организм пациента. Никаких выводов контактов для подзарядки аккумулятора – он заряжается раз в неделю бесконтактно, как это происходит в электрических зубных щетках.

Механизм рассчитан на 10-летний срок службы и 330 миллионов циклов «открыть-закрыть». На пульте управления всего две кнопки – «вкл» и «выкл». Главное – не забыть пульт управления дома! Если такое случится, система при нарастании давления в уретре выше критического сначала будет пищать, подавая хозяину сигналы о том, что пора опорожнить мочевой пузырь, а потом просто откроется в аварийном режиме. Что ж, лучше описаться, чем мочевой пузырь лопнет!..

Обо всем этом я и хотел поговорить с Батиным. Батина я нашел в Физтехе. И почему-то ничуть этому не удивился. Он, как выяснилось, отвечает там за инновации.

Я начал разговор решительно. Сел перед Михаилом на стул. Закинул ногу на ногу. Наставил палец.

– Вы – фантазер, – сказал я ему. – Сущий фантазер! Люди зарабатывают деньги, а вы тратите на пустые мечты. Вы все равно не доживете до бессмертия. Ваше поведение нерационально.

Батин остался спокоен:

– Занятия, направленные на радикальное продление жизни, я считаю самым рациональным поведением, которым только может заняться человек. Это просто концентрация здравого смысла.

– А вы доктора Блюма знаете?

– Знаю. Это человек, который ремонтирует людей, – дал весьма точное определение Батин. – Он очень помог одному моему знакомому математику, у которого были очень серьезные проблемы.

– Так вот, доктор Блюм интересуется: вы что, потащите в бессмертие человека с геморроем в жопе?

– Да! Безусловно! И у нас будет уйма времени, чтобы дождаться, когда наука сможет ему помочь. Мы потащим в бессмертие слепого, глухого, немого – лишь бы его вылечить.

– Странно. Неужели вы полагаете, что достичь бессмертия проще, чем научиться лечить геморрой или рак?

– Ну, геморрой уже сейчас можно вырезать, а насчет рака… Некоторые ученые придерживаются мнения, что проблема рака сложнее проблемы старения. Зато если мы остановим или затормозим старение, мы уменьшим статистику рака, поскольку рак – возрастозависимое заболевание.

– Вы просто какой-то сущий Прометей! Причем вы стараетесь для людей, – я неопределенно махнул рукой вокруг, обозначая неопределенное, но явно большое множество, – которые этого не оценят, которым это даже не надо. Люди не хотят жить вечно! Так говорят опросы.