Банковская тайна - Шен Бекасов

Интересно, как бы он отреагировал, если бы я отказался? Впрочем, подавив мимолётный соблазн, я с готовностью стащил пиджак со спинки рабочего кресла.

– Поедем на моей, – сообщил президент. – Вы ничего не имеете против японской кухни?

Разумеется, это не было предложением выдвигать альтернативы.

Пока мы несколько минут ехали в ресторан, усаживались и делали заказ, президент не проронил ни слова по существу дела. А то, что какое-то неординарное дело имеет место быть, сомневаться не приходилось, ибо, говоря откровенно, я не вхожу в число лиц, улучшающих аппетит и пищеварение нашего дорогого руководителя.

Президент заговорил о деле, когда мы приступили к супу мисо.

– Андрей Викторович, помните, как вы представляли на совместном заседании совета директоров и правления свой план по созданию инвестиционного банка?

Я насторожился. Разумеется, я помнил. Мне было трудно забыть, как президент, по сути, похоронил эту тему на том историческом заседании. Также памятным для меня осталось прохладное отношение к моему проекту со стороны Хозяина – так мы называли между собой главного акционера банка. Поэтому в ответ на вопрос президента я лишь молча кивнул.

– Хорошая была идея, – чуть ли не мечтательно произнёс президент, и я чуть не поперхнулся супом.

– Я тоже так считал, – нейтральным тоном прокомментировал я.

– А сейчас не считаете? – прищурился президент.

– Какая разница? – уклончиво ответил я. – Ведь правление и акционеры думают иначе…

– Правление и акционеры… – повторил президент, покачивая головой, и фыркнул. – Думают… В этом банке только трое думают, а остальные исполняют!

Трое? Это было интересно. Однако беседа мне нравилась всё меньше и меньше. Я благоразумно помалкивал и сосредоточенно хлебал суп, как можно мельче зачёрпывая фарфоровой ложечкой содержимое фарфоровой чашечки.

– Грядут перемены, Андрей Викторович, – заявил президент. – Вы разве не в курсе?

– Смотря о чём вы говорите, – осторожно отозвался я, пожимая плечами.

– О российских банках. О нашем банке.

– Вот как?

– Да оставьте в покое этот суп, Гардези! – не выдержал президент. – Вы думаете, я не знаю, что Хозяин уже готов продать банк иностранцам и для этого назначит вас президентом?

Хорошо, что суп я практически доел, потому что иначе точно подавился бы.

– Вы удивлены? – Президент криво улыбнулся. – Думали, ваша беседа с Хозяином останется между вами? Неужели думали, что такого уровня договорённости могут быть по-настоящему секретными? Что знают двое, знает свинья. Как фикцией для простодушных обывателей является банковская тайна, так приманкой для доверчивых менеджеров выступают доверительные беседы с акционерами…

– А доверительные беседы с президентами? – спросил я, надеясь, что мне удаётся владеть собой.

Президент усмехнулся.

– Всё острите, Андрей Викторович… Вы никогда, как говорится, за словом в карман не лезли. Вместе с вашим интеллектом и удачливостью это убийственное сочетание. – Президент помолчал, пережидая смену блюд. – Уверен, вы не могли не сопоставить смену аудитора банка с поездками Хозяина по Европе вместе с этими новоявленными юрисконсультами. Банк готовят к продаже иностранцам, это очевидно. С ходу можно назвать ещё десяток банков с такой же перспективой. В итоге на российском рынке останутся только госбанки да «дочки» иностранных банков, которых одобрит федеральная власть. Согласны?

Засунув суси в рот целиком, я сделал неопределённое движение головой и издал столь же неопределённое мычание. Президент истолковал это по-своему.

– Ну хорошо, это очевидно не только нам с вами. Но, боюсь, менеджмент нашего банка не до конца осознаёт свои перспективы. – Президент ткнул в мою сторону деревянными палочками. – Что, по-вашему, в нашем банке прежде всего может заинтересовать иностранцев?

Я честно пожал плечами и, разумеется, промолчал.

– Ладно, я вам скажу! Наша филиальная сеть и наш бизнес розничного кредитования. И всё!

– И всё? – искренне удивился я.

– А что ещё, по-вашему? Наши доморощенные банковские технологии им и даром не нужны – ведь мы все эти годы изобретали велосипед, на котором они катались ещё в прошлом веке. Корпоративный бизнес? Корпоративные клиенты – вовсе не образец преданности банку и легко уходят туда, где ниже процентные ставки по кредитам, а уж в этом вопросе мы иностранцам не конкуренты…

– А инвестиционно-банковский бизнес? – ревниво спросил я. – Операции на финансовых рынках?

– Ну, разве что аналитики… – задумчиво проговорил президент. – Наши аналитики, разбирающиеся в наших же предприятиях, могут быть востребованы… некоторое время. Всё равно в российские ценные бумаги по-крупному инвестируют в основном иностранцы, а они в итоге перейдут к своим привычным международным брокерам, когда те, наконец, начнут здесь операции напрямую… Что же касается услуг в корпоративных финансах, то они окончательно сводятся к помощи нашим компаниям в поисках капитала на Западе, а в этом иностранным инвестбанкам мы тоже не конкуренты… Я уж молчу про наш уровень квалификации на международном валютном рынке и в управлении активами…

– Вот как вы оцениваете мой департамент! – горько заметил я.

– Это же объективный процесс, Андрей Викторович! – Президент описал палочками в воздухе круг. – Глобализация! Конкуренция без границ! Всё логично и честно. За эти годы мы на пустом месте создали полуфабрикаты для дальнейшего приготовления и поедания международными банками, подзаработали деньжат акционерам и самим себе, за что нам честь и хвала, между прочим… А теперь время встраиваться шестерёнками в мировой банковский механизм. – Президент засмеялся. – Знаю наверняка, что дочерние банки в России возглавят либо восточноевропейцы, либо индийцы…

– Почему индийцы? – растерялся я.

– Потому что наш банковский рынок на Западе оценивается как раз на таком уровне, что «смотрящими» за нами станут именно индийцы. Как являющиеся на одну-две ступени более квалифицированными банкирами…

Мне совершенно расхотелось есть. Президент наблюдал за мной с нескрываемым любопытством.

– Я, собственно, к чему веду, Андрей Викторович… – Президент отложил палочки и доверительно подался ко мне. – Я хочу заключить с вами джентльменское соглашение. Оно простое. Откажитесь от притязаний на мой пост. Дайте мне время. Я сам хочу довести этот банк до логического конца. А потом вообще уйду из банковского дела.

– И что взамен? – поинтересовался я.

– Взамен я дам зелёный свет всем вашим проектам. Я даже попробую уломать Хозяина согласиться создать инвестиционный банк, с которым вы попробуете ещё несколько лет побороться с иностранцами, если захотите. Поймите, вам нет смысла становиться первым лицом банка, который скоро продадут. Всё равно ни вам, ни мне на этом посту не удержаться при новых хозяевах…