Банковская тайна - Шен Бекасов

Татьяна Феликсовна зашла в кабинет, неодобрительно на меня посмотрела и осведомилась:

– Спишь?

Отпираться было бесполезно. Проницательный взор Железного Феликса, моего помощника и секретаря-референта одновременно, обычно сразу засекает охватывающую меня лень, столь свойственную мне по понедельникам после обеда. Скрывать от Татьяны Феликсовны настигающую меня апатию я так и не научился, а поэтому в ответ лишь вяло пожал плечами и украдкой зевнул.

– Позор, – заметила Татьяна Феликсовна. – Андрей, через тридцать пять минут у тебя встреча с этими нефтяниками, а ты сонный и мятый!

– Наверное, в детстве я недоспал во время «тихих часов», – предположил я, сворачивая челюсть в очередном зевке. – Сейчас организм требует компенсации…

– Жалкий бред, – отрезала Татьяна Феликсовна. – Ты просто ленивец. И гуляка. Небось спать лёг поздно ночью?

– Неправда! – возразил я. – Лёг рано… (меня снова скрутила зевота)… утром.

Татьяна Феликсовна, высокопрофессиональный администратор с большим опытом и женщина, недавно ставшая бабушкой, в таких неформальных ситуациях относится ко мне со смешанным чувством материнской укоризны и педагогического негодования. Она действительно редкий профессионал в своём деле, очень уважаемая в банке личность и, готов поспорить, очень уважаемая в своей семье бабушка, а потому я смиряюсь, когда подвергаюсь очередному нравоучению с её стороны. Впрочем, главное достоинство Татьяны Феликсовны заключается в том, что она всегда безошибочно угадывает, когда время учить легкомысленного молодого человека уму-разуму, а когда – чётко исполнять поручения этого легкомысленного молодого человека, который волею судьбы ещё и вице-президент банка, и её непосредственный начальник. Редкий профессионал.

Сейчас я был вял, мят и совершенно не готов к выдаче поручений для их чёткого исполнения. И по мнению Татьяны Феликсовны, можно было в очередной раз воззвать к моей совести.

– Эти ночи высасывают из тебя все силы! – воскликнула она, всплеснув руками. – Ты уже который год таскаешься по ночным заведениям и всё никак не нагуляешься! Вот результат: ты не высыпаешься и бываешь совершенно не пригодным к работе. Если б не твои мозги, тебя давно бы уже поперли с работы…

– Наверное, меня за мозги здесь и держат, – глубокомысленно возразил я.

– Кому нужны твои мозги, если они спят? – осведомилась Татьяна Феликсовна.

Татьяна Феликсовна, конечно, значительно преувеличивала степень моего ночного авантюризма. Я бы с ней поспорил, но всё-таки в тогдашнем состоянии был не готов к защите своего недостойного поведения от критики. Татьяна Феликсовна потратила ещё минут пять на давно знакомые мне филиппики о загубленных лучших годах талантливого молодого человека, о тлетворном влиянии больших денег в столь раннем возрасте, а также о наглом манкировании своими прямыми обязанностями некоторыми членами правления банка. Я в ответ лишь невнятно мычал, возводил очи горе и горько вздыхал. Виноват, Татьяна Феликсовна, тысячу раз виноват, каюсь, исправлюсь, искуплю… Но сейчас буду спать… ну, хорошо, не спать, а чутко дремать, обдумывая план переговоров с этими чёртовыми нефтяниками, которые свалились на мою бедную голову так некстати… Зачем мы их запланировали на послеобеденное время? Ах, у них плотный график… Напомните, пожалуйста, это они за нами бегали или мы за ними? Ах, мы за ними… То есть встречу перенести не получится? М-да. Незваный нефтяник хуже татарина… Нет, Татьяна Феликсовна, нефтяники – это, конечно, святое (встречусь я с ними, куда ж я денусь?), но на эти оставшиеся полчаса я отдамся в руки Морфея! То бишь оздоровительного сна. Помните, как Штирлиц профессионально уснул по дороге из Швейцарии в Берлин? Вот и я так же. Если я сейчас не посплю, то буду профнепригоден до конца рабочего дня, заявляю со всей серьёзностью…

Татьяна Феликсовна покинула меня, ворча и сверля неодобрительными взорами, и мстительно заявила напоследок, что идёт обедать. Я горячо одобрил её порыв и попросил по возможности заэкранировать меня от посягательств всех лиц, жаждущих общения в столь неурочный час. Мне было обещано, что телефоны будут переведены на другую приёмную, а перед приходом нефтяников я буду разбужен и приведён в порядок.

В сладком предвкушении я откинулся в суперкомфортном кожаном кресле и прикрыл глаза. Веки принялись наливаться тяжестью, сознание стало затуманиваться, и я начал проваливаться в забытье…

Грянул гром.

В смысле – раздалась невыносимо громкая трель телефона. Это не был мой мобильный, потому что я его предусмотрительно выключил. Это не должен был быть мой офисный телефон на столе, потому что его должна была переключить на другую приёмную аккуратная и безошибочная Татьяна Феликсовна…

Я открыл глаза. Это все-таки был мой офисный телефон на столе. Судя по его дисплею, звонок был городской.

– Татьяна Феликсовна! – гаркнул я.

Она не пришла ко мне на помощь – видимо, уже была на пути к своему законному обеду. У меня оставалось два варианта – проигнорировать звонок или взять трубку. Я попробовал первый вариант. Но звонящий был чертовски терпелив. Я выслушал примерно два десятка противных трелей, потом коммутатор, судя по всему, сбросил звонок. Я не стал расслабляться и был прав: серия трелей повторилась. Потом ещё раз.

Надежда на терпеливую победу испарилась, и я взял трубку.

– Да? – прорычал я в трубку самым недружелюбным тоном.

– Что за долбаный банк у вас? – достойно отозвалась трубка не менее свирепым рыком.

– В смысле? – растерялся я.

– Какого хрена ваш VIP-клиент не может дозвониться до собственного менеджера?! – пояснил мой агрессивный собеседник.

– Вы – VIP-клиент? – уточнил я, лихорадочно соображая, куда бы его перенаправить, чтобы не ввязываться в назревающие рекламационные разбирательства.

– Да, блин! Так, во всяком случае, меня называл ваш персональный менеджер или как его там… – Собеседник пренебрежительно фыркнул. – Облизал меня с ног до головы, наобещал «пятизвёздочное» обслуживание, а теперь хрен до него дозвонишься…

– А кто ваш менеджер? – спросил я, внимательно разглядывая телефонный аппарат и пытаясь сообразить, как вообще на нем можно перевести входящий звонок.

– А я, блин, помню, что ли? – возмутился недовольный клиент. – Его визитку я потерял. А ваш коммутатор долго не мог меня ни с кем толком соединить, пока не перевёл на какого-то идиота, который, я так понимаю, вообще ни хрена не знает…