Кривое зеркало - Джиа Толентино

Со временем она сдалась. И вот, наступил декабрь, я сидела в аэропорту Хьюстона, ела такос, слушала музыку на своем новом портативном CD-плеере через наушники и буквально кипела от предвосхищения будущего, как переполненный пластиковый стаканчик. В результате я опоздала на самолет, и это сразу же нарушило строгое расписание съемок. Я не успела к прибытию и первому конкурсу, поэтому одному из парней пришлось отказаться от участия, чтобы силы были равны.

Следующие двадцать четыре часа я мучилась чувством вины. Прибыв на остров, уже была готова на все, лишь бы загладить свою глупость, поэтому первой вызвалась на следующий серьезный конкурс. «Я съем все! Я не провалюсь!» – кричала я.

Нас выстроили перед столом, где в ряд стояли четыре блюда, накрытые крышками. Прозвучал сигнал, я подняла свою тарелку и обнаружила море горячего майонеза.

Всю свою жизнь я отказывалась от блюд с майонезом. Я не ем куриный салат, яичный салат и картофельный салат. Я счищаю самые крохотные следы айоли из сэндвичей. Майонез для меня – абсолютное зло. Но на острове я мгновенно погрузила лицо в густую желтоватую субстанцию и принялась жадно ее заглатывать, извозившись при этом с головы до ног, – очень трудно есть майонез на скорость. В конце концов я была вся покрыта противным, жирным желтым веществом. Но поскольку девочки в этом конкурсе победили, я ни о чем не жалела – до следующего конкурса, когда нам предстояло плавать с маской. Я не могла сосредоточиться на роскошном коралловом рифе, поскольку меня мучила изжога и страшная отрыжка, из-за которой стекло маски постоянно запотевало.

По крайней мере, именно об этом я всегда рассказываю. Случай с майонезом был единственным, что мне запомнилось из этого шоу, потому что только об этом я всегда рассказывала: история о том, как в юности я плюхнулась лицом в горячий майонез ради денег, была приятным и надежным способом поразить любых собеседников. Но посмотрев шоу, я поняла, что рассказывала все неправильно. До конкурса я добровольно вызвалась есть майонез. Мое блюдо не было прикрыто. Майонез не был для меня неожиданностью. На самом деле я сознательно выбрала майонез. Рассказывала же я так, словно никак такого не ожидала.

Похоже, такую ошибку я сделала вполне осознанно. Большую часть жизни я была убеждена (хотя никогда об этом не говорила), что все странное случается со мной случайно – я над этим не задумывалась, пока не начала писать. Мне казалось, что я просто наивная дурочка, которая постоянно сталкивается с абсурдными неожиданностями. Рассказывая про шоу «Девочки против мальчиков», я всегда говорила, что оказалась в программе совершенно случайно. Меня заманили на прослушивание, когда я, как последняя идиотка, убивала свободное время в торговом центре.

Эта история нравилась мне больше, чем альтернативная и более точная: я всегда чувствовала себя особенной и вела себя соответственно. Да, в реалити-шоу я оказалась случайно. Но согласилась с радостью, чувствуя себя просто обязанной сделать это. Отцовские двадцать долларов были не мотивом, а прикрытием мотива. Я могла убеждать себя, что не эгоизм заставил меня отправиться на прослушивание: просто получила возможность купить новый классный топик, который идеально подошел бы к мини-юбке и стильным босоножкам. Позже я описывала в дневнике это прослушивание с восторгом, но без малейшего удивления. Теперь, как, впрочем, и всегда, я понимаю, что шестнадцатилетние девушки не носятся на экране в бикини и с хвостиками на голове, если не мечтают, чтобы их увидели.

Яркий рассвет, белоснежный пляж. Подростки стреляют друг в друга футболками из специальных пушек, девочки проигрывают. ПЭРИС влюбляется в ДЕМИАНА, которому больше приглянулась ДЖИА, а та говорит, что не собирается встречаться ни с кем из участников. ДЕМИАН считает, что сумеет ее уговорить. Драма разворачивается вокруг РАЙДЕРА – он отличный спортсмен, но большой позер. Участники проходят полосу препятствий, девочки проигрывают.

КЕЛЛИ пытается отвлечь влюбленного КОРИ от соревнований. ПЭРИС падает с бревна. ЭЙС хочет соблазнить КЕЛЛИ. «У нас образовался небольшой треугольник с КОРИ и ЭЙСОМ, – улыбаясь, говорит в камеру КЕЛЛИ. – И становится довольно жарко».

Наша программа была уже четвертым сезоном реалити-шоу, которое начало выходить в 2003 году. Первый сезон снимали во Флориде, второй – на Гавайях, а третий в Монтане. На зачахшем сайте поклонников перечислены участники всех четырех сезонов. Там даже есть ссылка на мои странички в Myspace, которые давно почили. Групповые снимки с каждого сезона напоминают рекламные плакаты солнцезащитного крема в эпоху мультикультурализма. Имена образуют настоящее созвездие пригородной жизни среднего класса: Джастин, Майки, Джессика, Лорен, Кристина, Джейк.

Это было время расцвета реалити-шоу – время невинности, до того, как долгая череда блеклых программ раскрыла свое истинное лицо. Реалити-ТВ еще не создало совершенно нового персонажа, анимированного камерой существа, накачанного силиконом и достижениями фармацевтики. Мы еще не увидели, как на экране распадается личность, как жизнь героев переходит в Instagram под спонсорством слабительных чаев, как они за деньги начинают выступать в третьеразрядных клубах в захолустье. В начале 2000-х этот жанр был еще в новинку, как и сама его идея, подталкивающая технологии и культуру XXI века: идея о том, что обычный человек может спокойно и без труда приспособиться ко всему, что можно продать. Когда я подписывала контракт, еще не существовало YouTube. Не было фотографий на телефоне и видеоклипов в социальных сетях. «Реальный мир» снимался в Париже и Сан-Диего. В 2003 году по телевизору показывали «Реальный мир/Правила дороги», первый сезон «Битвы полов», которому и подражала наша программа. «Выживший» только появился, а на MTV огромной популярностью пользовалась программа «Лагуна-Бич».

Наша программа была малобюджетной. У нас было всего четыре камеры, а два продюсера постоянно присутствовали на площадке. В прошлом году я написала одной из них, Джессике Морган Рихтер, и встретилась с ней за бокалом вина в итальянском баре на Манхэттене. Джесс осталась точно такой же, какой я ее помнила: ироническая улыбка, крупный нос и слегка печальные голубые глаза. Эта женщина вполне могла бы играть младшую сестру Сары Джессики Паркер в кино. Нам всем нравилась Джесс. Она была к нам щедрее, чем следовало бы. Когда во время съемок Пэрис начинала плакать, Джесс отдавала ей свой iPod, чтобы успокоить. Весной 2005 года она пригласила нас с Келли и Кристал к себе в Нью-Йорк и показала нам все, что могло бы увлечь шестнадцатилетних девчонок, – «Шоу ужасов Рокки Хоррора» и караоке в Чайнатауне.

В 2006 году Джесс ушла из компании, занимавшейся нашей программой, и перешла в A&E, где проработала семь лет. Она продюсировала программы «Барахольщики» и «Бостонские дома». Сегодня она является вице-президентом по развитию на студии Departure Films и по-прежнему занимается реалити-шоу. («Мы сделали много домов», – с гордостью сказала она о своей последней программе, над которой работала вместе с Габриэль Юнион^[89] и Дуэйном Уэйдом^[90].) «Девочки против мальчиков» были ее первым шоу. Она начала работать за сезон до нашего появления, в Монтане. Когда мы сидели у барной стойки, она напомнила, что тогда ей было столько же лет, как и мне сейчас.