ДНК и её человек. Краткая история ДНК-идентификации - Елена Клещенко

Теперь пора поговорить о вкладе новых технологий секвенирования. Определение гаплотипов по STR бесценно, но это своего рода штрихкоды – пусть высокоиндивидуальные, однако связанные с личностью человека почти так же условно, как номер паспорта (хотя по номерам паспортов невозможно определить фамилию и родство). Но ведь в ДНК содержится практически вся информация об индивиде, например о чертах лица, о склонности к полноте или болезням. И пусть по геному нельзя определить паспортную национальность, но этническую принадлежность – можно? Интересно узнать все это не только о современных преступниках, но и о древних людях, даже о тех, от которых не осталось ни записей, ни черепов для реконструкции, а только маленькая косточка. Или даже не косточка, а курительная трубка, найденная археологом в раскопе: предок эту трубку каждый день сжимал в зубах и оставил на ней свою ДНК, давайте посмотрим, каким он был. (Кстати, и такая работа уже опубликована^[136].)

Так можем ли мы получить доступ к полным данным ДНК-паспорта? Забудем пока о юридической стороне: технические возможности есть или скоро будут благодаря секвенированию нового поколения. Но прежде чем разбираться с внешними признаками и дальними предками, выполним обещание поговорить о том, как различать близнецов с помощью ДНК-анализа.

“Ошибка возможна, если бы у него был брат-близнец” – часто повторяют специалисты по ДНК-фингерпринту. Но что, если у подозреваемого в самом деле есть идентичный близнец? В природе это случается, бывает и так, что братики вырастают два сапога пара – оба неблагополучные, оба с приводами, и узнать, который из них совершил серьезное преступление, весьма проблематично. Но теперь – возможно.

В 2004 г. на Лонг-Айленде были похищены и изнасилованы две молодые женщины. В 2007 г. преступников арестовали, один отправился отбывать наказание, а у другого оказался брат-близнец. Геномы у близнецов одинаковы – они ведь потомки одной клетки, разделившейся пополам. Свидетельские показания по очевидной причине тоже не особенно проясняли ситуацию. Ни один из братьев не сознавался, и дело затянулось на целых восемь лет. Этот случай, как и другие аналогичные случаи в других городах и странах, помог разрешить тест от немецкой компании Eurofins Scientific. В ДНК происходят мутации, и поэтому даже у близнецов она не совсем одинакова. Вот и в случае насильников с Лонг-Айленда полногеномное секвенирование выявило полдюжины отличий в один нуклеотид и позволило определить, кому из братьев принадлежит образец с места преступления. Стоило это недешево – полиция округа заплатила более $100 000, но сейчас компания заявляет, что снизила цену^[137]. Несомненно, цена и дальше будет падать, так что братья-разбойники могут больше не надеяться на презумпцию невиновности.

Получается, что сейчас вполне в наших силах извлечь из генома сколь угодно полную информацию. Данные мы добудем, осталось научиться их читать.

Дева-щитоносец из Бирки

В озере Меларен, на берегу которого стоит Стокгольм, есть остров Бьоркё, на этом острове – музей и археологическая зона. Самые ранние находки относятся к бронзовому веку, но, вероятно, самые знаменитые связаны с торговым городом Бирка, существовавшим в VIII–X в. н. э., в эпоху викингов. Численность населения этого крупного торгового центра достигала 700–1000 человек. Здесь начинался и заканчивался торговый путь, связывавший Скандинавию с Арабским халифатом – через Альдейгьюборг, он же Старая Ладога, и Хольмгард – Новгород.

На острове найдено около 3000 могил. В одной из них, по всей очевидности, погребен знатный воин. Меч, боевой нож, копье, топор, лук и стрелы, пробивающие доспехи, два щита, стремена; фишки для хнефатафла (настольная игра, похожая на шашки, но более сложная, “стратегическая”); в ногах два конских скелета. В общем, образцовое захоронение храброго вождя, кладезь информации для археологов и сочинителей исторических романов. А потом антропологи провели остеологический анализ, то есть исследовали особенности скелета, и сказали: “А ведь это женщина”. Женщина лет 30, без признаков травм или болезней. С мечом, боевым луком, верными конями…

Вопрос о skjaldmær – “девах-щитоносцах”, женщинах-воинах скандинавских преданий, до сих пор остается дискуссионным. Некоторые историки полагают все это чепухой: массовых сведений о женщинах, владеющих боевыми искусствами, нету, а разрозненные полумифические свидетельства не считаются. Да вы посмотрите на реальные меч, топор, кольчугу – что с ними будет делать женщина? Сказки это все – Йовин профессора Толкиена, Зимушка-Валькирия Марии Семеновой, Бриенна из “Игры престолов”. Не бывает.

А как же сага о Хервёр и Хейдреке? – говорят сторонники исторических дев-щитоносцев. Как же Фрейдис, дочь Эрика Рыжего, которая бросилась на врагов с мечом, обнажив грудь, и обратила их в бегство? Как же свидетельство Саксона Грамматика о воинах “с телами женщин и душами мужчин”, сражавшихся на стороне датчан в битве при Бровалле 750 г.? Конечно-конечно, вспомните еще Брунгильду и Сигрун, и мифических валькирий заодно, отвечают скептики. Поэзия, полуфантастические преданья старины глубокой, а где серьезные свидетельства?

Ну вот, например: находка на Бьоркё, захоронение Bj 581. Хм, говорят противники женщин-воинов. Но кто сказал, что она этим оружием пользовалась при жизни? Может, это символическое захоронение, в знак того, что ее род был славен воинскими подвигами… Никто не слыхивал о таком символизме? Ну хорошо, а может быть, скелет, который мы посчитали целым, на самом деле разрозненный, тазовые кости и череп с типично женским подбородком принадлежат не воину, а какой-нибудь рабыне, погребенной вместе с ним? В конце концов, могли ошибиться и антропологи, мало ли какие бывают варианты нормы у мужчин и женщин!