Дао знания. Единство науки и магии. Обучение Силой - Владимир Дюков

Меня кидает из эйфории в глубочайшую депрессию – в «печаль воина»[15]. Состояние «сияющей Пустоты» сменяется состоянием мрачной Пустоты, но «пустотность» все равно остается.

Бывает, забросит в такую тоску, что впору в петлю. И если бы я не осознавал динамики со мною происходящего, то мог бы однажды не выдержать и покончить со всем. Наверное, такую скорбь испытывают истинные религиозные подвижники, познавшие Бога. Недаром же в Библии сказано: во многом знании много печали (Проповедник 1,18). Знание Бога – это как раз и есть «многое» знание. Прав был и Ошо – высшая истина причиняет очень сильную боль…

А бывает, приходит радость какая-то неземная, «благодать великая». И я купаюсь и нежусь в волнах божественной любви… Осознанный, контролируемый маниакально-депрессивный психоз. Как в песне: «То мы буйно помешанные, то мы вяло бегущие»…

Нахожусь в точке разрыва, где все рядом и переключение из одного состояния в другое происходит сразу же. Как у ребенка: только что плакал, а через секунду уже смеется. Кстати, йоги, используя эти механизмы, могут мгновенно генерировать колоссальное количество энергии, с быстротой молнии переключаться – ведь форма йога стала очень подвижной и он умеет в одно мгновение менять ее, приспосабливаясь к обстоятельствам, отражая их как в зеркале. Точно так же мастер боевых искусств должен обладать способностью мгновенно взрываться, переходя из полностью расслабленного состояния в состояние чудовищной концентрации. И не нужна ему для этого разминка и подготовка. Он всегда готов. Как пионер.

Еду в подземке. Сижу расслабленный на скамейке, удобно развалился на ней. Сзади группа каких-то агрессивных людей начала курить. Я задумчиво смотрю в окно, спокойно созерцаю пейзаж, вдыхаю дым… И вдруг что-то словно взорвалось во мне: резко обернувшись, бью одного из курящих по сигарете пластиковой сумкой и яростно кричу: «Это мешает мне!» Я мгновенно переключился из состояния абсолютного спокойствия и расслабления в состояние полной боевой готовности. За долю секунды стал готов к драке. Противники тоже приготовились к поединку, но моя энергия, мой дух заставили их не идти на обострение, что-то подсказало им: парень не в себе, ну его на фиг, лучше не связываться. А я, поняв, что выиграл, не борясь, тут же перешел из максимальной ярости в полное спокойствие и расслабление, сел к ним спиной и непринужденно начал вести беседу со своим знакомым, вошедшим в вагон на остановке. Во мне не было ни страха, ни адреналинового выброса, ни ожидания нападения со спины. Я с абсолютной уверенностью знал (мое тело знало), что в долю секунды смогу мобилизоваться вновь.

Я мог позволить себе расслабиться и не готовиться к возможному бою, потому что моя «ци предыдущего неба», как сказали бы древние мастера, функционировала правильно. (Есть еще и «ци последующего неба».)

Так происходят всплески энергии и мгновенная адаптация к ситуации, когда нет блокировок для «переключателя». Когда энергия ярости течет свободно. Как, впрочем, и энергия спокойствия…

«Боевое искусство есть ответ мистического, религиозного самоосознания на внешнее воздействие окружающей среды», – сформулировал один Мастер. Мое мистически-религиозное самоосознание очень качественно отреагировало на внешнее воздействие в подземке. Так я начал понимать, что мастерство в боевых искусствах – это не только совершенные внешние техники, изощренные приемы и трюки, – оно так же связано с мистически-религиозным знанием и самоосознанием. Мастера боевых искусств обладали таким знанием, они «видели» суть вещей. Они рассматривали бой как часть всеобщего процесса Вселенских перемен, не выделяли его особо из контекста жизни. Кто-то из них сказал: «Ступени совершенствования в

Будо соответствуют различным уровням циркуляции жизненных сил в организме и степени просветления сознания».

Мастерство. Мы не хотим быть мастерами, хотим быть лишь подмастерьями – у мастеров боевого искусства: Оямы, Уесибы, Фунакоши; у великих деятелей духа: Будды, Иисуса, Ошо… Мы надеваем черные пояса, рясы, получаем мастерские даны и духовные саны – но все равно остаемся лишь подмастерьями у кого-то. Мастер же сам по себе… Мастер одинок, одновременно будучи единым со всей Вселенной, с Богом.

Мастер может проиграть схватку – но он проиграет как Мастер, а не как ремесленник, он может выиграть – и выиграет как Мастер, а не как подмастерье. Познавший Бога может и проиграть в религиозном диспуте, не будучи таким искусным в споре, как богословы, но он знает что-то важное – он познал Творца. Он Мастер, а не подмастерье, не ремесленник. Он состоялся, и его состояние, его знание всегда с ним, чтобы ни случилось. Победы и поражения не влияют на его состояние и его познание. Победы и поражения ничего не значат для него – он неизменен, проигрывает он или выигрывает.