Творческая диета. Как сотворить идеальную фигуру - Джулия Кэмерон

Утренние страницы ясно дали мне понять: я ела, чтобы заглушить чувства. Я беспокоилась о сестре — она психически неустойчива и страдает от маниакальной депрессии. Я переживала за одного из своих друзей — он перенес неудачную операцию на мозге и остался частично парализованным. Моя лучшая подруга расстраивалась из-за смерти своей подруги. Все это вызывало во мне печаль, гнев и чувство уязвимости. Да, я знаю, что меня грызло, и ела, чтобы избавиться от неприятных чувств.

«Нет ничего лучше общества анонимных алкоголиков, чтобы избавиться от алкогольной зависимости», — бывает, шутят те, кто ходит на программу «12 шагов». И нет ничего лучше мудрой диеты, чтобы избавиться от переедания. «Мне нельзя это есть», — думаем мы, а сами продолжаем ложками метать мороженое или разогревать макароны с сыром. «Наверное, что-то меня ест», — делаем мы вывод, когда понимаем, что сорвались. Хотя признаться в этом бывает ох как трудно. И тем не менее: что нам теперь делать-то?

«Начать все заново, конечно», — говорит диетолог Сара Риба, и это коренным образом противоречит многим нашим неосознаваемым установкам. Когда мы срываемся и «уходим в запой», то часто подзуживаем сами себя фразами в духе: «Да без толку все это. Я просто буду есть дальше, пока тошнить не начнет».

Много лет подряд я считала, что должна «закончить» свои «запои». Мне даже не приходило в голову, что их не обязательно «заканчивать» — можно просто прерваться, остановиться до того, как начнет тошнить в буквальном смысле. Работая с пищевым дневником, я разобралась, почему и как именно я переедаю. Утренние страницы и четыре вопроса помогли мне стать ближе к самой себе. Я открыла ящик Пандоры, хранилище своих запретных чувств, и обнаружила, что по большей части могу воспринимать их спокойно. Потом у меня получилась очень загруженная неделя, и, к моему ужасу, я вновь стала есть «запоями».

«Что же я творю?!» — взвыла я. Впрочем, было понятно, что: я занималась саморазрушением. И даже знала об этом, но не желала признаваться себе и потому придумывала самые разные оправдания. Например, говорила, что от пары печенек вреда не будет — хотя на самом деле он будет, да еще какой! Когда в организме у меня много сахара, мне хочется все больше и больше сладкого. То же самое касается жиров и углеводов. Нужно было возвращаться к «чистопитанию», но как это сделать? Я в панике позвонила Саре Риба.

«Просто начни сначала, — посоветовала Сара. — Не нужно стараться „закончить“ запой, если ты об этом. Вспомни про воду. Про белки. Поставь себе цель три дня соблюдать принципы „чистопитания“. Сначала будет трудно: ты станешь злиться, возможно, голова разболится от недостатка сахара. Но к третьему дню ты почувствуешь себя лучше, стремление есть все подряд уменьшится. Оно того стоит, точно».

«Ну уж три-то дня я выдержу», — сказала я себе, взяла мешок для мусора и выкинула из холодильника все «запрещенные» продукты: мороженое, миндаль, печенье, торты и пироги, макароны с сыром, лазанью. Поразительно, сколько вредного я успела купить и почти съесть всего за неделю своего обжорства! А потом я поехала в магазин и загрузила холодильник вкусной «разрешенной» едой: свежими фруктами и овощами, низкожировым творогом и йогуртом, замороженными овощами. А чтобы немного побаловать себя, купила нежирного лосося, диетические желе и пудинги.

Предстояло учиться возвращаться в строй после таких срывов. Предстояло понять, как прервать саморазрушительную «запойную» драму и вернуться к стабильности и последовательности.

Моя подруга Розмари поведала мне историю, как она пробовала избавиться от переедания с помощью гипноза. «Гипнотизер сказал мне: „Вы страдаете так называемым синдромом чистой тарелки. Пока вы не съедите все до крошки, вы не остановитесь“. И он был прав. Если уж я открывала коробку с печеньем, то приканчивала ее всю; съедала всю шоколадку и торт до последнего кусочка. Мне просто не приходило в голову, что можно остановиться после пары печенек или трех долек шоколадки».

Те, кто интересуется глянцевыми журналами, возможно, следили за Кирсти Элли и ее многолетней борьбой с лишним весом. «Вижу себя этаким образцом стойкой воли», — шутит она. Секрет ее успеха, как признается сама Кирсти, — в том, что она умеет начинать все сначала, а не опускать руки, когда диета катится к черту.

А секрет успеха диеты Южного берега — в том, что ее автор прекрасно знал, что такое срыв и «запой» от еды.

«Все мы люди, и всем нам свойственна слабость. Диета Южного берега позволяет предотвратить эту слабость, — рассказывает одна из практикующих ее женщин. — Хитрость в том, чтобы как можно быстрее осознать, что вы сорвались, понять, как это на вас влияет, и как можно быстрее вернуться на правильный путь».

Для многих из нас ключом к выходу из «запоя» является мягкость к себе. Переедание — само по себе деструктивно, и мы ужасно его стыдимся. А значит, нужно научиться мягко вмешиваться в происходящее и аккуратно поворачивать ситуацию в свою пользу, не усугубляя и не давя.

«Для меня в таких случаях важна забота о себе самой, внимательность к себе», — говорит Бетти. Симпатичная женщина, она, увы, часто пренебрегает приятными и нужными мелочами жизни: маникюром, педикюром, стрижкой, косметическими процедурами, массажем. Еда была единственным ее способом позаботиться о себе, единственной радостью, которую она себе позволяла. Стоит ли удивляться, что Бетти часто злоупотребляла ею?

«Я сделала новую, шикарную стрижку и внезапно стала обладательницей целого букета комплиментов. „Вы красивая женщина“, — говорили мне. Такая оценка мне льстила, и я пользовалась ею как барьером между мной и очередным запоем. Ведь я же хотела оставаться „красивой женщиной“? Конечно. Благодаря комплиментам мне стало легче справляться с диетой».

Марго, участница программы «12 шагов», рассказывает об одной из встреч, на которой обсуждалась тема самоубийств. Она была шокирована количеством людей, которые на самом деле собирались когда-то покончить с жизнью.

«Я просто не могла поверить, что можно до такой степени себя ненавидеть, — вспоминает Марго. — Но в то же время мне стало ясно, что переедание — столь же разрушительный процесс, своего рода медленный суицид, только прикрытый якобы заботой о себе».

Не всем так везет, как Марго, не все осознают, что не спеша убивают самих себя. Однако нужно все-таки посмотреть в лицо проблеме: переедание — это самоубийство. А еда, для многих из нас, — это орудие смерти, а не способ позаботиться о себе.

«Каждый раз, когда я останавливаю свой запой и начинаю заново приводить себя в порядок, мне кажется, что я демонстрирую, как сильно я себя люблю, — говорит Дороти, мать семерых детей. — Раньше я жила по принципу „все или ничего“: мне нужно было либо идеально соблюдать диету, без срывов, либо вообще не следить за питанием».

Однако нам вовсе не нужно «идеально» соблюдать диету. Нам нужно научиться прощать себя за срывы и начинать все заново. Это победа, а не поражение — каждый раз, когда мы находим в себе силы вновь следить за собой. И если срыв и переедание — это проявление ненависти к себе, то новое начало — проявление любви.