Мировая энергетическая революция. Как возобновляемые источники энергии изменят наш мир - Владимир Сидорович

Немецкая организация планирования и стимулирования развития возобновляемой энергетики является примером высокоэффективного государственного управления, позволяющего мобилизовать колоссальные ресурсы и создать с нуля высокотехнологичную отрасль с сотнями тысяч занятых, с абсолютной народной поддержкой и без бюджетных вливаний.

Разумеется, крупнейшая перестройка энергетической системы не могла не сопровождаться перекосами и недостатками. Когда вводили зеленый тариф, никто не предполагал, что возобновляемая энергетика станет столь доступной и завоюет широкую народную любовь. В результате участников рынка – получателей зеленого тарифа оказалось слишком много, а суммы, которые нужно им выплачивать, превысили все возможные прогнозы, что привело к необходимости регулярно повышать распределительный платеж. Это одна из причин высоких сетевых тарифов на электроэнергию на розничном рынке. Граждане Германии платят сегодня примерно 29 центов за киловатт-час. Справедливости ради необходимо отметить, что распределительный платеж составляет менее четверти тарифа на электроэнергию, оптовая цена которой стабильно находится на низком уровне (3–4 цента за кВт · ч), и является не единственной причиной высокой розничной цены.

Сегодня зеленый тариф резко снижен и стал ниже сетевого тарифа. Это положило конец стимулированию установки частных солнечных электростанций в целях продажи электроэнергии, однако создало рынок современных систем хранения энергии, позволяющих в большей степени использовать вырабатываемую зеленую энергию для собственного потребления. Разумеется, уменьшение размера зеленого тарифа снизило привлекательность новых инвестиций в возобновляемую энергетику. Если в 2012 г. в стране было установлено 7,6 ГВт новых мощностей в солнечной энергетике, то в 2014 г. – всего 1,89 ГВт^[241]. В то же время можно сказать, что развитие ВИЭ приобрело более регулируемый и планомерный характер с ежегодной постановкой целей по вводу определенного количества мощностей – столько, сколько необходимо для выполнения долгосрочных планов на 2020, 2030, 2040 и 2050 гг.

Энергетический разворот сильно ударил по традиционным энергетическим компаниям, до последнего державшимся за традиционные способы производства энергии, недооценивая ВИЭ. Их рыночная капитализация стабильно снижается с 2008 г. «Мы поздно вышли на рынок возобновляемой энергетики. Возможно, слишком поздно», – произнес глава немецкого энергетического концерна RWE, воевавшего с «энергетическим поворотом» все последнее десятилетие и зафиксировавшего в 2013 г. крупнейший убыток (€2,8 млрд) за всю историю^[242].

Второе по размерам (объем выручки $162 млрд по итогам 2013 г.) предприятие Германии, энергетический гигант E.ON, прекращает свое существование в прежнем виде. В ноябре 2014 г. E.ON провозгласил выход из углеводородной и ядерной энергетики. Предприятия концерна, специализирующиеся на данных направлениях, в том числе российский бизнес E.ON, выводятся в отдельное новое юридическое лицо (или разные юридические лица), которое в 2016 г. должно быть продано посредством биржевого размещения. Обновленный Е.ON будет специализироваться на возобновляемой энергетике и управлении электрическими сетями.

Трудности традиционных энергетических концернов в условиях бурного развития возобновляемой энергетики заставляют пристальнее посмотреть на перспективы российского сырьевого экспорта. Германия является крупнейшим покупателем российского природного газа, который используется главным образом для производства тепла, в то время как ВИЭ работают в большей степени в сфере электроэнергетики. Казалось бы, данные рынки пересекаются незначительно и развитие ВИЭ слабо влияет на стабильность газовых потоков. Однако все не так просто.

В июне 2014 г. опубликовано исследование, подготовленное Институтом ветроэнергетики и энергетической системной техники Фраунхофера (Fraunhofer IWES), под названием «Замена природного газа посредством форсированного энергетического поворота»^[243]. В исследовании оценивается возможность «безболезненного» снижения потребления природного газа в Германии с двумя целями: 1) снижение выбросов парниковых газов; 2) сокращение зависимости от импортных поставок газа. Примерно 85 % потребляемого Германией природного газа приходится на выработку тепла (в том числе в рамках когенерации), и только 5 % идет на производство электроэнергии «в чистом виде». Таким образом, возможность сокращения потребления природного газа зависит, во-первых, от способности сократить потребности страны в тепловой энергии и, во-вторых, заместить природный газ иными (возобновляемыми) источниками тепловой энергии.

В долгосрочной перспективе подобная перестройка не является утопией. Известно, что современные энергопассивные дома потребляют на 90 % меньше тепловой энергии в сравнении с обычными зданиями и им практически не нужно отопление, не нужен источник тепла с высокой плотностью энергии. Тенденция замены теплового оборудования, сжигающего углеводородное топливо (нефтепродукты и природный газ), иными способами отопления очевидна уже сейчас. Если в 2000 г. доля газа в отоплении в новостройках составляла 76,7 %, а нефтепродуктов – 13,4 %, то в 2013 г. на газ (в том числе биометан) приходилось 48,3 %, а на нефтепродукты – 0,7 % новых жилых единиц^[244].

Конечно, существующий фонд зданий состоит из объектов, построенных ранее и в разное время. Его реконструкция (энергетическая санация), а также установка альтернативных систем отопления требует времени и колоссальных инвестиций. Тем не менее рассмотренные в указанном исследовании сценарии «энергетического поворота» позволяют авторам сделать следующие выводы.

Отказ от природного газа возможен. В соответствии с нынешними действующими законодательными нормами (в первую очередь действующей редакцией Закона о возобновляемых источниках энергии – EEG) его потребление Германией сократится на 24 % к 2030 г. и на 42 % к 2050 г. В случае же «форсированного сценария», предлагаемого (и обосновываемого) Институтом, потребление природного газа можно сократить к 2030 г. на 46 %, а к 2050 г. – на 98 %.

Напомним, что доля российского природного газа в немецком импорте данного сырья составляет 38–39 %. Таким образом, средне– и долгосрочные перспективы российского экспорта углеводородов на немецком направлении достаточно туманны и нуждаются в тщательном мониторинге и сценарном анализе.