Мировая энергетическая революция. Как возобновляемые источники энергии изменят наш мир - Владимир Сидорович

Большая гидроэнергетика отличается высокой капиталоемкостью. Достаточно сложно и вряд ли целесообразно высчитывать среднемировой размер удельных капитальных затрат при возведении ГЭС, поскольку каждое строительство характеризуется своими уникальными географическими и технологическими условиями. При этом очевидно, что создание крупных плотин связано с колоссальными финансовыми и временными издержками (интересно, смог бы кто-нибудь подсчитать удельные капитальные затраты на сооружение, например, отечественной Бурейской ГЭС, которая строилась с 1976 по 2003 г.).

Данные Международного агентства по возобновляемой энергии (IRENA) дают большой разброс удельных капитальных затрат на строительство крупных гидроэлектростанций: $1050–7650 на киловатт установленной мощности^[140]. Министерство энергетики США приводит показатель $2963 на киловатт^[141] (для условной станции мощностью 0,5 ГВт). В России «считается, что удельные капитальные вложения в генерирующие мощности для крупных ГЭС в 1,5–2 раза выше, чем для тепловых угольных станций»^[142]. При этом последующая эксплуатация ГЭС и выработка энергии не связана с использованием углеводородного топлива, соответственно, себестоимость электроэнергии и приведенная стоимость производства электричества (LCOE) с учетом длительного срока службы станций находятся на достаточно низком уровне. Упомянутое выше исследование IRENA приводит также достаточно широкий интервал затрат $0,02–0,19 на произведенный киловатт-час.

Несмотря на возобновляемую природу, большая гидроэнергетика является довольно опасным занятием. Как, впрочем, любое крупное вмешательство человека в окружающую среду в попытке подчинить себе силы и энергию природы. Еще свежа в памяти страшная катастрофа на Саяно-Шушенской ГЭС, унесшая жизнь 75 человек. Но крупнейшей техногенной катастрофой является до сих пор прорыв дамбы Баньцяо в 1975 г. в Китае, количество жертв которой составило 171 000 человек^[143].

Кроме того, строительство крупных гидроэлектростанций во многих случаях влечет за собой значительные, но трудноизмеримые негативные экологические и социальные последствия. Достаточно легко подсчитать количество CO₂, не попавшего в атмосферу в результате работы ГЭС, но весьма сложно оценить издержки экосистемы в целом.

После наполнения в 40-х гг. прошлого века чаши Рыбинского, крупнейшего на то время в мире, искусственного водохранилища ушла под воду и была изъята из хозяйственного оборота восьмая часть ярославской земли, в том числе 80 000 га лучших в Поволжье пойменных заливных лугов, травы которых по своему качеству не уступали травам с альпийских лугов, более 70 000 га веками возделываемой пашни, более 30 000 га высокопродуктивных пастбищ, более 250 000 га грибных и ягодных лесов^[144]. В прибрежной зоне изменился микроклимат – увеличилась сила и повторяемость ветров, весной водохранилище оказывает охлаждающее воздействие, осенью – отепляющее; вегетационный период сократился на 4–5 дней^[145].

При строительстве водохранилища пришлось переселить 130 000 человек, были затоплены сотни населенных пунктов, самым известных из которых являлся древний город Молога. Вместе с ним на дно искусственного моря погрузились многочисленные храмы, монастыри, памятники истории и культуры.

Крупнейшее в истории «переселение народов» в связи со строительством ГЭС произошло в Китае при возведении самой большой в мире электростанции «Три ущелья» (установленная мощность: 22,5 ГВт, строительство завершено в 2012 г.). Оно затронуло более 1,2 млн человек.