Дао знания. Единство науки и магии. Обучение Силой - Владимир Дюков

Жизнь коротка. И ее не хватит и на постижение Бога и на достижение материальных богатств. Или – или… Или мы идем за Иисусом, или за тем, за другим… Или, как подвижники, следуем за Спасителем всерьез, или же лишь играем в религии.

Божественная, немирская сторона человека неизменно борется с его материальной, мирской стороной. Так день борется с ночью, а добро со злом.

Иисус – это даже не личность, не физическое тело, а совокупность идей, в частности тех, которые изложенны в Библии. Идей, за которыми «надо следовать» практически, чтобы верно понять и осмыслить их. Эти идеи имеет смысл рассматривать не столько как исторические факты, а как метафоры. Или как руководство к действию.

И я принялся практически реализовывать сказанное Иисусом – практиковать Библию.

Я начал освобождаться от того, что имею. Как в психозе, свалил все в квартире в одну кучу: и новое, и старое, и чистое, и грязное – и принялся все лихорадочно выбрасывать – «раздавать нищим». В мусор полетело все, и какой-то бродяга еще долго приходил к мусорным ящикам у моего дома в надежде снова найти в нем совсем не мусор.

Оказалось, что ничего, в сущности, не нужно, без всего можно прожить. «От чего бы мне еще освободиться?» – снова и снова задавал я себе вопрос. И однажды, дойдя до предела, я ощутил состояние, когда у меня уже ничего нет – я отдал все свое имущество и богатство, раздал «имение»… Какие-то вещи еще были в моей квартире – я просто устал выбрасывать, но для меня их уже не было, я был внутренне от них свободен, как, впрочем, и от самой квартиры тоже… И вот только тогда я понял и переосмыслил слова Библии. Освобождение от всего материального, «раздача богатства» – это метафора десоциализации, символ пребывания «не в миру», символ непривязанности к мирскому. Я понял, что важнее быть свободным, немирским внутренне, а не внешне. Быть полностью внутренне непривязанным, к тому, что имеешь. И тогда уже не важно, владеешь ли ты «имениями» или нет – ведь в любой момент ты можешь легко бросить их и пойти за Ним…

Потихоньку «завод» кончился. Я прекратил выбрасывать, начал делать совсем противоположное – сортировать, осмысливать, наводить порядок в том, что у меня еще осталось.

Ничего не иметь, даже самого желания «не иметь». Освободиться и от желания «освободиться». Быть ни к чему не привязанным, даже к достижению непривязанности. Быть свободным даже от поиска свободы…

– Учитель, я ото всего отказывался, я так много страдал, чтобы познать Бога. От чего мне еще надо отказаться?

– Откажись от страдания.

Бывает, что видишь какую-то вещь, предмет, записанный телефон, бумажку, а не можешь вспомнить, откуда они появились. Не можешь вспомнить их предысторию и события, с ними связанные, – не хватает энергии. В состоянии «всезнания» ты можешь вспомнить все, всю свою жизнь по цепи ассоциаций. Как перед смертью – перед умирающим прокручивается вся его жизнь. И тогда, так же тщательно, как на месте преступления перебирает улики криминалист, ты можешь «перебрать» свою жизнь, вернуться к любой ситуации. Осознать то, что казалось забытым и скрывалось в твоем подсознании, те забытые программы – навязчивые идеи, «намерения», которые владеют, управляют тобой, те значимые для тебя в прошлом ситуации, которые оказали влияние на формирование твоих моделей поведения, твоего самоощущения и тебя. Перепросмотреть свою жизнь – это «перебрать» себя, свою жизнь заново, как, например, перебирают мотор автомобиля при капитальном ремонте.

Теперь я стал до ненормальности безупречным, с перебором честным. Возвращаю «с максимальным качеством» все имеющиеся у меня вещи их владельцам.

Вспоминаю, что у кого взял. Вспоминаю о каждой мелочи – о клочке бумаги, канцелярской кнопке, случайно взятых в бюро у знакомого, или иголке, которую попросил когда-то у соседа, чтобы зашить рубашку, и забыл отдать, о книге, журнале, которые забрал, проходя мимо кучи макулатуры, лежащей в подъезде дома – хочу от всего безупречно освободиться. Когда отдам все, то получается, что уже ни у кого ничего не брал и не крал. Я до ненормальности, сверхточно реализую библейскую заповедь «не укради» – практикую Библию. Вспоминаю, откуда все это пришло и как, и тем самым осознаю свои привязанности к социуму, свои социальные контакты, свою жизнь – перепросматриваю ее (как и в описаном выше случае с бумажками). Развязываю все концы с обществом. Меня ничто ни с кем больше не связывает, от меня никому ничего не надо и мне никому ничего не надо возвращать. Я никому ничего не должен…

Свободным можно стать, только ничего не имея. Отдав все. Отдав даже самого себя смерти. Умерев, живя… Ведь только после смерти, слившись с Вселенной и Богом, мы и становимся истинно свободными.

Взял новую записную книжку. Аккуратнейшим образом записал на первой странице свои данные: как зовут, где живу, номер телефона. Ощущаю, что теряю память о самом себе, кто я. Быть может, позже, увидев книжку, вспомню себя.

Также предельно аккуратно переписал карандашом все адреса и телефоны из моих старых записных книжек в новую. Занялся чистописанием. А пока переписывал, перебрал свое окружение – всех своих знакомых, вспомнил все, что связано с каждым человеком. Стер ненужные телефоны, оставив лишь самые необходимые – несколько фамилий… а затем освободился и от них.

Проделав эту работу, понял, чего от меня ожидают, из чего я состою как социальная, общественная единица в кругу своих друзей и врагов, и сделал еще один шаг к осознанию того, кто я есть. Понял, почему не мог делать иначе, чем от меня, от моей формы ожидают.

А затем я выбросил записную книжку и этим внутренне распрощался со всеми. Я больше не намеревался ни с кем из них общаться.

И, выйдя внутренне в тотальное одиночество, смог позволить себе все, так как исчез фактор, препятствующий моим изменениям, сдерживающий неадекватности (а на самом деле лишь проявление во мне других форм), – исчезло мое окружение с требованием «нормальностей» от меня, фиксирующее мое «я».

Те немногие друзья и приятели, которых я еще имел, постепенно от меня отдалялись. Моя форма изменилась, я стал другим и перестал оправдывать их ожидания. Они уже не могли общаться со мной как прежде, стали считать меня неадекватным: «крыша у него съехала» – но я лишь изменился, был просто другим, не тем, кем они меня всегда считали. Так, однажды зашел ко мне давнишний знакомый, состоятельный человек, владелец процветающей фирмы. Я дерзко сказал ему, что он сам – мелкое ничтожество, а его дела и то, что он зарабатывает деньги, – полная чепуха и бред. Ведь я рассматривал все с иной, чем он точки зрения: «Что высоко для людей, может быть мелочным перед Господом». Сказано: «Удобнее верблюду пройти сквозь игольные уши, нежели богатому войти в Царство Божие». А значит, богатство – ничто для Господа…

Мой знакомый извиняющимся тоном попытался возразить: «Я все-таки что-то, пусть не так много, но заработал… Тебе, если позволишь, позвонит из Москвы один хороший человек – врач, психиатр. За мой счет. Пообщайся с ним, будь добр», – и, оставив мне триста немецких марок, недоумевая, поспешно удалился. На каком-то глубинном уровне он понимал магию происходящего и не обиделся.