Омерзительное искусство. Юмор и хоррор шедевров живописи - Софья Багдасарова

Немецкий художник Генрих Лоссов специализировался на эротических, а подчас даже на откровенно порнографических изображениях. Популярна была его серия гравюр «Верный слуга его жены» (ок. 1890 года), своего рода справочник по самым разнообразным сексуальным позициям.

В иллюстрацию греческого мифа художник вкладывает опыт порнографа, наполняя сцену игривым сладострастием, вполне достойным мастеров французского рококо. Конец XIX века («Прекрасная эпоха») проявляется по сочетанию рыжих волос и зеленой травы — резкой гамме, которая была немыслима в более спокойные времена, а в эту эпоху встречается и у Моне, и у Тулуз-Лотрека. Для нагнетания эффекта возбуждения автор максимально увеличивает размеры лебедя, делая его практически аналогом взрослого человека. Лебедь впивается в шею женщины невозможным с точки зрения реальной анатомии поцелуем, а его крылья расположены под таким странным углом, как будто птица занимается предварительными ласками женских гениталий.

Бог Зевс очень любил изменять своей жене Гере. Она пыталась это как-то пресечь, но ей было далеко до изобретательности критской царицы Пасифаи, гадила по мелочи да зарабатывала себе неприятности. Поэтому Зевс себя практически ни в чем не ограничивал. Но подобная вседозволенность ему наскучила через несколько веков, и он изобрел новое развлечение — клеить женщин анонимно, под разными аватарами. Да, кстати, слово «аватар» — это не просто иконка в профиле в Интернете! В мифологии индуизма оно значит именно форму воплощения бога в другое существо — человека или животное. Первопроходцы Интернета были людьми образованными, с юмором.

Чтобы добиться полового акта, Зевс превращался в: а) змею; б) быка; в) облако и т. д., см. полный список ранее. Впрочем, женатые искатели секса с сайтов знакомств бывают еще изобретательней. И в реальности отличаются от своих фотографий в сети примерно в той же степени, что Зевс от муравья, да.

Зачем же могущественному богу требовалось так много превращений? Неужели только от скуки?

Современные исследователи античного мифа о Геракле (Г. Л. Олди) выдвигают теорию, объясняющую эту необходимость в превращениях в терминах психотравмы. По их мнению, Зевс, будучи однажды в виде человека, потерпел в постели неудачу: произошло закрепление, и больше в человеческом обличье у него ничего не получалось. Западные психотерапевты со своей стороны документируют случаи похожих перверсий (plushophilia, фурри, петплей) у современных американских жителей мегаполисов.

Официальное объяснение своеобразных брачных игр Зевса выглядит так: он обычно выбирал не абы кого, а цариц и царевен, которых охраняли весьма серьезно. Просто так подобраться к ним было невозможно. Поэтому он и превращался в кого-нибудь на первый взгляд безобидного, чтобы просочиться через охрану. Но это кажется странным, если учесть, что в других мифах описываются вполне очевидные случаи телепортации олимпийских богов…

Леда (таково имя жертвы изнасилования в данной истории) тоже была царицей. Ее муж правил в городе Спарта, одном из самых сильных политических центров той эпохи. Как-то она гуляла со своими служанками по берегу реки Эврот и увидела необыкновенной красоты (и размеров) лебедя. В те времена, если ты была царицей и красавицей, то вероятность того, что к тебе пристанет какой-нибудь олимпиец, стремилась к ста процентам, поэтому к явлениям нестандартных животных следовало относиться подозрительно. Но наивная Леда не подумала ничего плохого, стала играть с милой птичкой, подкармливать хлебушком, который принесла, чтобы кормить уток. Почему не испугалась? Такие птицы с огромным клювом и в реальной жизни на самом деле очень страшные.

Играли они в обнимашки, ворковали, лебедь ластился к ней своей белоснежной шеей и головой. И вдруг, выждав подходящий момент, со всей своей гигантской птичьей эрекцией накинулся на царицу Леду и начал ее, выражаясь сленгом юного натуралиста, топтать. Можно сказать и по-другому, Салтыков-Щедрин, вон, о том же событии написал так: «…однажды, одевшись лебедем, он подплыл к одной купавшейся девице, дочери благородных родителей, у которой только и приданого было, что красота, и в то время, когда она гладила его по головке, сделал ее на всю жизнь несчастною».