Манифест инвестора. Готовимся к потрясениям, процветанию и всему остальному - Уильям Дж. Бернстайн

Есть вещи, которые нельзя должным образом растолковать неискушенному ни на словах, ни на примерах. Ни одно описание, которое я мог бы привести здесь, не даст вам и отдаленного представления о том, каково терять порядочную сумму денег, которой вы владели ранее^{28}.

В 2009 г. почти все инвесторы потеряли невинность. Теперь любой из них способен без труда ответить на вопрос: «Какова ваша толерантность к финансовому риску?» Еще важнее, как вел себя инвестор последние несколько лет: а) продавал; б) держал то, что имел; в) докупал или г) докупал и рассчитывал на дальнейшее падение, с тем чтобы купить еще. В зависимости от ответа толерантность к риску можно определить, соответственно, как «низкую», «умеренную», «высокую» и «очень высокую». Точно такие же ответы можно было бы получить на вопрос «насколько вы дисциплинированны?». Никто не сказал, что это было просто.

Широко известное правило требует, чтобы доля облигаций в портфеле соответствовала возрасту инвестора. Соотношение акций и облигаций в портфеле 20-летнего должно составлять 80 к 20, тогда как портфель 70-летнего должен включать 30 % акций и 70 % облигаций. С учетом своей толерантности к риску инвестор может изменить эти пропорции следующим образом:

Таким образом, 50-летний с очень высокой толерантностью к риску и 30-летний с умеренной толерантностью к риску могут одинаково распределить активы, закупив акции и облигации в соотношении 70 к 30. 90-летний с умеренной толерантностью к риску и 70-летний с очень низкой толерантностью к риску могут принять одинаковое решение, включив в портфель 10 % акций и 90 % облигаций.

Эта схема служит всего лишь отправной точкой. Сказочно богатая 80-летняя дама, которая тратит на жизнь менее 1 % своего портфеля, вполне может избрать более агрессивный подход, чем ее сверстники, поскольку не останется без средств, даже если вложит значительную сумму в акции. На самом деле ее портфель в большей степени принадлежит ее наследникам и благотворительным организациям, чем ей самой.

С другой стороны, 70-летнему, который ежегодно тратит на жизнь 7 % своего портфеля, рекомендуется сократить свои расходы и использовать основную часть накопленных средств для покупки фиксированного аннуитета – контракта со страховой компанией, который гарантирует пожизненную выплату фиксированного дохода. Это обеспечит ему приемлемые ежемесячные поступления, если он проживет слишком долго. К сожалению, в главе 5 мы узнаем, что, хотя фиксированный аннуитет теоретически обеспечивает «пожизненное страхование», нынешние трудности страховых компаний делают его приобретение проблематичным.

Главное при распределении активов – принять решение о соотношении средств, выделенных на акции и облигации. Возьмите за ориентир правило, согласно которому доля облигаций должна соответствовать возрасту инвестора.

Надо сказать, что молодежь склонна переоценивать свою толерантность к риску. На самом деле, чувство риска приобретается. Как остроумно заметил Швед, одно дело, когда 25-летний инвестор смотрит в ведомость и думает, что у него хватит самообладания для портфеля 80/20, который при чрезвычайных обстоятельствах может потерять 40 % своей стоимости, и совсем другое – пережить подобное злоключение, не теряя головы.

В то же время пожилые люди уже успели повидать спады рынка и знают, что такие периоды рано или поздно заканчиваются. Нередко они сокрушаются, что упустили возможность купить акции по низкой цене, когда были моложе, и решают, что в следующий раз используют такой шанс.

Классическим примером мудрости, которая приходит с годами, могут служить события 1979 г., когда журнал BusinessWeek провозгласил смерть акционерного капитала в знаменитой статье The Death of Equities. Более 10 лет до этой публикации доходность акций оставалась чрезвычайно низкой, отставая от высоких темпов инфляции. В акциях разуверились почти все… кроме пожилых: