Время динозавров. Новая история древних ящеров - Стив Брусатти

^{Стегозавр}

Среди усыпанных листвой улочек Нью-Хейвена, штат Коннектикут, на северной окраине кампуса Йельского университета находится «святилище». Большой зал динозавров в Музее Пибоди, может, и не место духовного паломничества, но для меня это как раз оно. Меня пробирает дрожь, как в детстве во время мессы. Это не обычное святилище — никаких статуй божеств, мерцающих свечей, ни следа фимиама. Да и вид у него не особенно представительный, по крайней мере со стороны: оно спряталось внутри неприметного кирпичного здания, которое сливается с остальными корпусами университета. Но здесь хранятся реликвии, которые для меня столь же священны, как реликвии религиозных храмов, — динозавры. Для меня нет лучшего места на планете, чтобы погрузиться в чудесный доисторический мир.

Большой зал был построен в 1920-х гг. для размещения несравненной йельской коллекции динозавров, которую десятилетиями собирали профессиональные коллекторы по всему Западу и за немалые деньги отправляли ископаемые сокровища на Восток, чтобы их могли изучать элитные студенты Лиги плюща. Залу скоро 100 лет, но экспонаты не утратили ни капли очарования. Это не какая-то новомодная экспозиция с мерцающими экранами компьютеров, голограммами динозавров и ревущим саундтреком. Это храм науки, где скелеты самых знаменитых динозавров стоят в торжественном бдении, свет приглушен и вокруг тишина, которую скорее можно ожидать в церкви.

Всю восточную стену покрывает роспись размером 33 м на 5 м. Четыре с половиной года над ней трудился человек по имени Рудольф Заллингер, который родился в Сибири, переехал в Соединенные Штаты и профессионально занялся иллюстрацией во время Великой депрессии. Будь Заллингер жив сегодня, вероятно, он работал бы раскадровщиком в анимационной студии. Он мастерски ставил сцену из множества разных персонажей, рассказывая грандиозные истории мазками кисти. Его самая известная работа, несомненно, «Марш прогресса». Это схема происхождения человека, которую часто пародируют: на ней обезьяна, опирающаяся на руки, постепенно превращается в человека с копьем. Пожалуй, один этот образ помог представить суть эволюции большему числу людей, чем все учебники, школьные лекции и музейные экспонаты.

Но до того как начать рисовать людей, Заллингер был одержим динозаврами. Роспись Большого зала под названием «Эпоха рептилий» — венец этого этапа его карьеры. Она изображена на американских почтовых марках, ее репродукцию публиковали в журнале Life, и до сих пор ее можно увидеть на всевозможной атрибутике, связанной с динозаврами. Это Мона Лиза палеонтологии, безусловно, самое известное художественное произведение, посвященное динозаврам, из всех когда-либо созданных. Хотя правильнее было бы сравнить ее с гобеленом из Байё^[4], потому что роспись рассказывает эпическую историю завоевания. Это сага о том, как морские существа впервые вышли на сушу, колонизировали новую среду и превратились в пресмыкающихся и земноводных; затем эти пресмыкающиеся отделились от млекопитающих и ящериц, протомлекопитающие пережили расцвет, а ящерицы впоследствии породили динозавров.

На второй половине росписи, через 18 м и 240 млн лет от ее начала, после долгого путешествия через незнакомые пейзажи с первобытными чешуйчатыми чудовищами картину, наконец, заполоняют динозавры. Это происходит постепенно, по мере перехода от ящериц и протомлекопитающих. И вот динозавры оказываются повсюду, всех форм и размеров, одни огромные, другие сливающиеся с фоном. Внезапно роспись начинает походить на нечто совершенно иное — советский пропагандистский плакат, на котором Сталин приветствует толпу крестьян, или одну из тех нелепых самодовольных фресок во дворцах Саддама. В динозаврах с одного взгляда чувствуется мощь. Сила, контроль, власть. Динозавры были у руля, и мир принадлежал им.

^{Теропод дейноних охраняет роспись Заллингера в Музее Пибоди в Йельском университете}

Эта часть росписи Заллингера прекрасно показывает мир, в котором динозавры поднялись на вершину эволюционного успеха.

Чудовищный бронтозавр нежится в болоте на переднем плане, поедая папоротники и вечнозеленые деревья на берегу. В стороне аллозавр размером с автобус терзает окровавленную тушу зубами и когтями, попирая ее ногами для большего оскорбления. На безопасном расстоянии мирно пасется стегозавр, демонстрируя полный арсенал костяных пластин и шипов на случай, если хищнику что-то взбредет в голову. На заднем плане, где болото исчезает среди заснеженных гор, другой завропод вытягивает длинную шею и объедает кусты на суше. Между тем пара птерозавров — летающих рептилий, тесно связанных с динозаврами, которых часто называют птеродактилями, — гоняются друг за другом в вышине, выписывая пируэты в мирном голубом небе.

Скорее всего, нечто подобное представляют многие из нас, когда речь идет о динозаврах. Динозавры на пике развития.

Роспись Заллингера — не выдумка. Как любое хорошее произведение искусства, она позволяет себе пару вольностей тут и там, но в ее основе лежат факты. Она основана на знаниях о тех же самых динозаврах, которые выставлены в Большом зале: старые знакомые вроде бронтозавра, стегозавра и аллозавра. Эти динозавры жили в позднем юрском периоде, около 150 млн лет назад. К этому времени динозавры уже стали доминирующей силой на суше. Победа над псевдозухиями виднелась «в зеркале заднего вида» на расстоянии 50 млн лет, и не меньше 20 млн лет длинношеие гиганты плескались в лагунах Шотландии. Динозавров больше ничто не сдерживало. Мы много знаем о динозаврах поздней юры, потому что из этого времени есть много ископаемых в разных частях света. Причуда геологии: некоторые периоды представлены в летописи окаменелостей лучше других. Как правило, происходит это из-за того, что в некоторые периоды формируется больше горных пород, или же породы лучше переживают эрозию, наводнения, извержения вулканов и другие катаклизмы, которые словно сговорились, чтобы помешать нам найти окаменелости. Что же касается поздней юры, нам повезло даже дважды. Во-первых, в те времена очень разнообразные динозавры жили вдоль рек, озер и морей по всему миру — то есть в идеальных местах для захоронения окаменелостей. Во-вторых, эти породы сегодня выходят на поверхность в местах, удобных для палеонтологов, — в малонаселенных засушливых районах Соединенных Штатов, Китая, Португалии и Танзании, где досадные мелочи вроде зданий, дорог, лесов, озер, рек и океанов не мешают собирать ископаемые сокровища.