Территориальные кластеры. Семь инструментов управления - Владислав Тарасенко

Сейчас можно уверенно говорить о том, что XXI в. – это век развития промышленного уклада, основанного на функционировании территориальных кластеров. Последние постепенно становятся одним из ведущих движущих факторов эволюции мировой экономики и даже берут на себя роль ее локомотивов, традиционно отводившуюся крупным предприятиям и холдингам.

Современные производственные и информационные технологии существенно снижают затраты предприятий и организаций малого бизнеса, ассоциированных в кластеры, нивелируя экономические преимущества, свойственные крупным компаниям. Сокращение транспортных издержек, совершенствование технологий малой распределенной энергетики создают дополнительные стимулы для формирования кластерных сетей предприятий, демонстрирующих высокую адаптивность как к новым вызовам внешней среды, так и к требованиям покупателей. Развитие кластеров, в свою очередь, стимулирует изменение социальной структуры постиндустриального общества, обусловливающее появление новых форм организационного и потребительского поведения людей.

Для ответа на вопрос о том, что такое кластер, нам необходимо понять, что в силу целого ряда причин предприятия распределяются по территориям неравномерно. В некоторых регионах происходит не просто концентрация компаний, а производство дополнительных социальных благ и экономических выгод из-за их синергии и коллективных взаимодействий. В таких местах постепенно формируется территориальный кластер, представляющий собой множество конкурирующих и кооперирующихся друг с другом предприятий, компактно локализованных в определенном регионе и производящих конкурентоспособную продукцию. Последняя определяет экспортную специфику региона или специфику его межрегиональных экономических связей.

Если еще 15–20 лет назад многие вопросы, связанные с формированием кластеров, являлись дискуссионными, а соответствующий научный аппарат и управленческий инструментарий были сформированы недостаточно, то сейчас можно с уверенностью констатировать наличие ярко оформленной концепции территориального и отраслевого развития, основанной на кластерном подходе. В мире созданы научные школы, изучающие территориальные кластеры, функционируют кластерные национальные обсерватории.

Пионером в области исследования региональных экономик и особенностей локализации предприятий на территории является Альфред Маршалл^[1], сконцентрировавшийся на анализе эволюции промышленных округов, развивающихся, в первую очередь, на базе трудовых укладов, семейных и ремесленных форм организации труда, характерных для кооперирующихся малых предпринимателей^[2].

В 1970-е гг. представители новой экономической теории сформулировали идеи, связанные с влиянием концентрации региональных предприятий на общий экономический рост, а в 1990-х гг. Пол Кругман^[3] предложил тезисы новой экономической географии, объясняющей неравномерность распределения предприятий и делающей акцент на возможностях экономического развития агломерационных систем^[4].

Майкл Портер^[5] в своих работах, в т. ч. в масштабном труде «Конкуренция», доказывал связь между конкурентоспособностью предприятий и их участием в национальных и глобальных цепочках ценности (value chain), вовлеченностью в успешно работающие кластеры^[6].

Суть современного кластерного подхода к развитию экономики состоит в том, чтобы различные заинтересованные лица (стейкхолдеры) – бизнес-сообщество, общественные, научные и образовательные организации, органы власти, финансовые институты – смогли консолидировать свои усилия по кооперации большого числа конкурирующих между собой предприятий в кластер. Предполагается, что успешная кооперация конкурентов стимулирует экономический рост и социальное развитие как отдельных регионов, так и страны в целом.

Эта кооперация может осуществляться через организацию различных совместных проектов (инфраструктурных, научных, социальных, маркетинговых), а также развитие программ государственно-частного партнерства участников кластера.

Органы государственной власти и местного самоуправления ряда государств, международные организации используют кластерный подход при формировании и реализации решений, связанных с комплексным развитием территорий и отраслей, формируя так называемые кластерные политики – меры, учитывающие интересы различных групп и организаций, связанные с поддержкой роста территориальных кластеров.

Кластерный подход – это не очередная мода или легкое увлечение. Это серьезный инструмент государственного и социального управления, который, по мнению многих авторитетных экспертов и успешных управленцев, может стать основой формирования современной промышленной политики не только в нашей стране, но и в мире.

Благодаря кластерному подходу управленцы могут взять на вооружение идеи и методы, необходимые для перевода экономики в режим эндогенного экономического роста и позволяющие снять «сырьевое проклятие», освободившись от зависимости от мировых цен на углеводороды.

Там, где кластеры сформированы недостаточно, стóит говорить о кластерных инициативах – действиях групп и организаций по трансформации существующих агломераций предприятий в кластеры, определяющие экономическое развитие регионов.

Сейчас, во втором десятилетии XXI в., уже можно говорить об истории развития кластеров. В 1990-е гг. акцент в мире делался на кластерных политиках, являющихся теми или иными аспектами промышленного прогресса, и кластеры в первую очередь рассматривались в контексте эволюции региональных промышленных систем. В начале текущего столетия акцент постепенно начал смещаться в сторону формирования региональных инновационных систем (РИС), и кластерная политика стала позиционироваться как инструмент реализации национальных стратегий инновационного развития, подразумевающих системные меры по интеграции в национальные экономики укладов и институтов, генерирующих инновации мирового уровня.