Триумф христианства - Барт Д. Эрман

Когда же Бог, избравший меня от утробы матери моей и призвавший благодатью Своею, благоволил открыть во мне Сына Своего, чтобы я благовествовал Его язычникам, – я не стал тогда же советоваться с плотью и кровью, и не пошел в Иерусалим к предшествовавшим мне Апостолам, а пошел в Аравию и опять возвратился в Дамаск (Гал. 1:15–17).

Из этого текста можно сделать вывод, что «откровение» явилось Павлу не по дороге в Дамаск, а в самом Дамаске. Не случайно он говорит, что после путешествия в Аравию – под которой здесь имеются в виду не пустыни Саудовской Аравии, а Набатейское царство – «возвратился» в Дамаск. Рассказ прискорбно краток, однако по крайней мере в одной детали явно противоречит истории из Деян. 9: здесь Павел говорит, что поначалу ни с кем не советовался о своем видении. В Деяниях же он, по указанию Иисуса, первым делом идет поговорить с учеником по имени Анания.

Так что же именно произошло в момент обращения? Все, что говорит сам Павел – «Бог благоволил открыть мне Сына Своего»^[44]. Но что это значит? Что Павла внезапно «озарило», и он понял истинное значение Иисуса? Или что он пережил настоящее откровение – явление Христа?

Возможно, это означает и то, и другое. В других местах Павел говорит вполне ясно: ему явился Иисус после воскресения. Прямо говорит он об этом в 1 Кор. 15:8. Как Петр, Иаков, иные апостолы и прочие видели Иисуса, воскресшего из мертвых, – так же видел его и Павел. В 1 Кор. 9:1 он предполагает, что именно поэтому стал апостолом: он видел воскресшего Господа. Значение этого события для Павла было не только в том, что однажды он увидел нечто поразительное. Это видение полностью перевернуло его мышление, превратив его из жестокого гонителя христианской веры в ее самого страстного и успешного проповедника. Это произошло потому, что Павел – сразу ли на месте, или спустя дни, недели или месяцы напряженных размышлений, – понял, что означало его видение. Оно означало, что Бог полностью изменил свое обращение с родом человеческим. И теперь Павел должен рассказать об этом людям.

Разумеется, мы не знаем, что на самом деле видел Павел. И откуда нам это знать? Сам он пламенно уверял, что видел Иисуса, снова живого. Верующие скажут: ему действительно явился Иисус. Неверующие возразят: он это себе вообразил. Так или иначе, кристально ясно одно: он поверил, что увидел Иисуса – и это полностью изменило его мышление.