Этика банков. Уроки финансового кризиса. Учебное пособие - Петер Козловски

В этой связи нельзя все внимание права и этики фокусировать на ней, в этике ее должны дополнять правила, обязанности и добродетели. Правила упорядочивают институциональные взаимосвязи. Порядок – это не что иное, как набор, свод правил. Обязанности формируют побудительные действия, вытекающие из правил и ролевых ожиданий. Добродетели или ценности определяют ориентиры и дух действий. В этом смысле рынок капитала, как и любой рынок, формирует правила, обосновывает обязанности, приветствует добродетель и стимулируется ценностями, но он не реализуется в моральных ценностях.

Лишь организации могут обязать своих сотрудников придерживаться определенных ценностей, а рынки не в состоянии это сделать, потому что непосредственно они являются институтами координации субъективных оценок и ценностей^[24]. Так, Франкфуртская биржа может обязать аккредитованных на ней членов придерживаться в своих действиях определенных ценностей как ориентиров их предпринимательской деятельности, однако сама она не может это сделать в отношении других участников биржи, продавцов и покупателей. Рынок капитала руководствуется правилами и обязанностями, юридическими и моральными правилами и обязанностями и лишь опосредованно – ценностями.

Другой вопрос заключается в том, обязаны ли финансовые консультанты и финансовые посредники, роль которых на рынке капитала становится все важнее, учитывая правила и обязанности по закону, руководствоваться также определенными ценностями рынка капитала.

Ценности являются установками, правилами предпочтительности и предпочтительными действиями, выходящими за рамки экономического смысла этого понятия. Они определяют идентичность организации и дух действий в организациях, прежде всего в формально нерегулируемых сферах и «серых зонах», которые нельзя описать свободно трактуемыми правилами и обязанностями. При этом признаками ценностей являются их идентификация и ориентация^[25].

Ценности – это формулировки общепринятых ориентировок в организациях, но не на рынках и не в государствах. Организация может обязать соблюдать ее ценности, потому что вступление в организацию является добровольным и член организации может вступать в другие организации, не соблюдающие эти ценности. К государствам это неприменимо. В связи с этим проблематично говорить о «шкале ценностей основного закона». Гражданин государства может быть обязанным только соблюдать законы. Его нельзя заставить соглашаться со шкалой ценностей этого закона. Вместе с тем не лишен смысла разговор о шкале ценностей, обосновывающей законы, как и о том, как она в них отражена. Однако эти ценности нельзя сделать обязательными, совпадающими с точкой зрения закона.

Исполнение обязанностей может облегчаться путем распространения ценностей в организациях людей. Через так называемую организационную коммуникацию «указания об идентичности организации» поощряется настрой на эффективность работы внутри организации. Несмотря на это право, в конце концов закон может принудить всего лишь к исполнению обязанности, но не к приверженности ценностям в законах. Рынок капитала является рынком, а не организацией. Он вобрал в себя различные ценности. Одни инвесторы следуют правилам «социально ориентированного инвестирования», другие придерживаются не столь котируемых моральных целей. К примеру, «этический фонд» требует от компаний, в которые он вкладывает средства, более строгого соблюдения моральных «ценностей», а другие фонды, к примеру Фонд Моргана в США, гарантируют своим вкладчикам, что не инвестируют средства в алкоголь, табак и казино.

Правовые обязанности означают в первую очередь соблюдение обязанности заботы, предпосылками которых могут быть возможные определенные установки и ценности. В частности, в этике таких профессиональных специальностей, как врач, адвокат и т. п., от представителей этих профессий ожидается проявление заботы, предполагающее наличие определенных установок и ценностей. Эти возросшие правовые и личные обязанности, как и обязанности соблюдения стимулирующих ценностей профессионального статуса при выполнении профессиональных обязанностей, касаются также определенных групп свободных профессий, но не всех граждан. Гражданин Федеративной Республики Германии должен осознавать свои правовые обязанности, а не подчиняться «шкале ценностей основного закона»^[26]. Требование абсолютной приверженности шкале ценностей государства каждого его гражданина представляется тоталитарным или чересчур романтичным^[27].