Психопаты. Достоверный рассказ о людях без жалости, без совести, без раскаяния - Кент А. Кил

Первым из психиатров, описавшим это состояние, был директор знаменитейшего в мире приюта для душевнобольных – больницы Бисетр на окраине Парижа. Филипп Пинель (1745–1826), основоположник современной психиатрии, написал о группе пациентов, страдающих «mania sans délire» («безумием без бреда»)^{12}. Этот термин использовали в тех случаях, когда человек обладал нормальным интеллектом, но отличался значительными недостатками поведения с такими типичными чертами, как жестокость, асоциальность, злоупотребление спиртным и наркотическими веществами, безответственность и безнравственность.

Пинеля поразило, что эти люди, как правило, отличались очень развитым умом, но что-то в них было не так. Пинеля учили считать душевнобольными людей с бредовыми идеями и искаженным восприятием реальности. Но ему все больше встречались такие пациенты, страдавшие явным дефицитом морали, и он изменил свой взгляд на них. Пинель первым описал такой тип безумия, которому были не свойственны расстройства мышления и интеллекта, что отличало этих пациентов от психотиков.

Надо понимать, что психотические пациенты (то есть страдающие психозом) и психопаты очень отличаются. Психоз – это фрагментация мышления, приводящая к таким симптомам, как галлюцинации, бред и спутанность сознания. Психотические симптомы показаны в любимом критиками фильме «Игры разума», где актер Рассел Кроу изображает математика Джона Нэша, лауреата Нобелевской премии. Нэш страдал галлюцинациями и бредом, но все же смог разработать теорию игр, которая вызвала переворот в экономической науке. Психоз проявляется в таких состояниях, как шизофрения, биполярное расстройство личности и клиническая депрессия. Эти симптомы, как правило, не наблюдаются у психопатов^{13}. По существу вопроса именно отсутствие психотических симптомов с самого начала позволило отличить психопатов от других пациентов психиатрических больниц.

Повторив Пинеля, американский психиатр Бенджамин Раш (1745–1813) утверждал, что на нравственные качества, как и интеллектуальные, могут влиять повреждения мозга и они тоже должны входить в компетенцию медицинской науки^{14}.

По мере развития судебно-правовой системы в США на первый план вышло понятие свободной воли и ответственности, и психиатры описывали все больше психических болезней, связанных с такими нарушениями, на основании которых защита могла объявить о невменяемости и, следовательно, неподсудности обвиняемого. У психиатрии и закона сразу же сложились бурные отношения. Напряжение достигло максимума в вопросе о «нравственном помешательстве». Первым такой термин предложил Джеймс Причард (1786–1848)^{15}. Причард широко применял его практически ко всем душевным болезням, за исключением шизофрении и умственной отсталости. В начале XIX века концепция нравственного помешательства вызывала оживленные дебаты у психиатров США.

По ту сторону океана приверженец Причарда, ведущий британский психиатр Генри Модсли (1835–1918) в 1875 году утверждал, что: «Как есть люди, неспособные различать цвета, страдающие так называемым дальтонизмом, или другие, не имеющие музыкального слуха, неспособные отличить одну мелодию от другой, есть и те, кто от природы лишен нравственного чувства»^{16}.

Выдающиеся сторонники идеи нравственного помешательства, такие как Айзек Рей (1807–1881), утверждали, что эмоциональные и интеллектуальные способности одинаково важны для определения безумия. Рей считал, что за поведение отвечает исключительно мозг и что эмоциональные аберрации связаны с аномальными состояниями рассудка^{17}.